За полгода Москва потратила на благоустройство годовые бюджеты 5 крупнейших городов страны

Что в ближайшие месяцы и годы ожидает мировую и российскую экономику? Какие из российских регионов наиболее привлекательны для инвестиций и с точки зрения поиска работы, и с точки зрения «нормальной» зарплаты? Можно ли надеяться на отдачу национальных проектов? Эти проблемы обсуждали участники XIV Международной конференции «Российские регионы в фокусе перемен» (традиционные организаторы — Уральский федеральный университет, аналитический центр «Эксперт» и журнал «Эксперт-Урал»).

Сохраняется риск глобальной рецессии

По информации Марека Домбровски, профессора Высшей школы экономики и одного из «архитекторов» польского «экономического чуда» 1990-х, мировая экономика настроена оптимистично: развитые страны рассчитывают на 2-3% роста, а Китай, Индонезия и в особенности Индия — на 6-8% (именно эти страны выступают основными драйверами мировой экономики), намечается ускорение на Ближнем Востоке и в Африке.

В то же время сохраняется риск глобальной рецессии. По мнению главного экономиста ВТБ Андрея Клепача, она может наступить уже через год. Возможно, скажутся торможение промышленности в Европе и конкретно в Германии, возвращение к протекционизму и конкретно последствия торговой войны США и Китая, раздувание биржевых пузырей, сокращение трудоспособного, хорошо образованного и квалифицированного населения, потенциальные конфликты в «чувствительных» регионах: в Персидском заливе, в Южно-Китайском море, конфликт между Индией и Пакистаном.

Если говорить о российской экономике, то ее доля в мировом ВВП незначительна и неадекватна. 

Если доля Китая выросла с 3,2% в 2000 году до 18,7% в 2018-м, доля Индии, соответственно, с 4,2% до 7,7%, то доля России сократилась с 3,3% до 3,1%. В этом году, даже по оптимистичным оценкам, рост российской экономики составит лишь 1,2%: эффекты таких крупных инфраструктурных проектов, как строительство Крымского моста, а также от чемпионата мира по футболу, исчерпаны. Более того, объекты, возведенные к мундиалю, из арен для праздника и веселья превратились в бремя для регионов. Экономическое отставание России продолжится, тем более в случае глобальной рецессии и уменьшения цен на нефть и другие сырьевые товары.

191 млрд рублей — бюджет благоустройства Москвы на полгода

В мире идет расслоение на лидеров и аутсайдеров, развитых и отсталых, богатых и бедных, и Россия не в авангарде. Мало того, такой же процесс поляризации, начавшийся несколько лет назад, продолжается и внутри страны. По данным, представленным эконом-географом Натальей Зубаревич, динамика российского ВВП — на уровне начала поворотного 2014 года, инвестиций — середины того же года, доходов населения — осени 2014 года. «Все как-то скорее никак, чем как-то», — охарактеризовала ситуацию Наталья Васильевна. При этом в связи с санкционными шоками деньги (и вслед за ними трудовые ресурсы) идут туда, где четко выражены конкурентные преимущества и инвестиции точно себя оправдают: в Москву и Подмосковье, в Питер и Ленинградскую область, другие крупные агломерации типа Казани и Екатеринбурга, в Тюменскую область с нефтегазовыми Ямало-Ненецким и Ханты-Мансийским автономными округами и другие подобные регионы, в южные, комфортные для проживания территории страны — Краснодарский край и Крым.

Если в среднем по стране объем инвестиций — ниже докризисного 2013 года, то Москва — в недосягаемом отрыве: 20% всех инвестиций в прошлом году, плюс 5% с 2014 года. На столицу приходится почти 30% всех поступлений в региональные бюджеты налога на прибыль и НДФЛ, по итогам января-июля текущего года в Москву ушло более половины выросших акцизов и трансфертов. Рост расходов Москвы на образование, соцполитику, ЖКХ — на 3-6% выше, чем по стране, рост расходов на благоустройство — больше в четыре раза.

В январе–июле этого года Москва потратила на благоустройство 191 млрд рублей, 15% своего бюджета, остальные регионы смогли позволить себе направить на те же цели не более 1-2%. 

Чтобы было понятнее: 191 млрд рублей — это больше всех бюджетных расходов пяти крупнейших городов страны (без Санкт-Петербурга) — Новосибирска, Екатеринбурга, Нижнего Новгорода, Казани и Челябинска — за весь 2019 год. Или больше годовых расходов Крыма (185 млрд рублей).

IПо мнению Зубаревич, смены «пейзажа» ожидать не стоит, и значит, наиболее мобильная и «продвинутая» часть населения будет по-прежнему «всасываться» немногочисленными растущими городами и регионами. Загвоздка в том, отметил директор ВШЭ-Санкт-Петербург Сергей Кадочников, что за последние десять лет агломерации, сформированные вокруг городов-миллионников, не нарастили свою долю в ВВП страны. «Исчерпан ресурс, связанный с притоком людей, количество не переходит в качество. Каков уровень их образования, их отраслевая занятость — вот центральные вопросы сегодня», — пояснил эксперт.

Приманивая таланты, миллионники служат трамплинами для прыжка за рубеж. Из порядка тысячи состоявшихся инновационных предприятий, созданных за последнее десятилетие студентами и выпускниками отечественных вузов, российскую «прописку» сохранили меньше половины (наиболее крупные центры инновационной активности в России — Москва, Санкт-Петербург, Новосибирск, Томск, Казань, Екатеринбург). Штаб-квартиры других компаний переехали в США, Канаду, Великобританию, страны Евросоюза, Китай, Сингапур. Об этом на конференции сообщил и. о. директора Института экономики и управления Уральского федерального университета Дмитрий Толмачев.

Будущее регионов: отставание и угасание

Нетрудно представить будущее большинства российских регионов: постепенное отставание и угасание. Это видно по положению в Уральском экономическом «кусте» (часть Поволжья, Урал, Западная Сибирь).

По описаниям Дмитрия Толмачева, наиболее динамично развивающаяся экономика Урало-Поволжья и Западной Сибири — в Тюменской области (без автономных округов).

Этот субъект федерации демонстрирует уверенный рост инвестиций, промышленности и валового регионального продукта. Юг Тюменской области без преувеличения «передовик индустриализации»: за 10 лет, благодаря инвестиционной активности властей и бизнеса, объемы промышленного производства там выросли втрое, и сейчас мощности тюменской промышленности сопоставимы со свердловскими.

В категорию «чемпионов» по всем трем показателям (динамика инвестиции, промышленности и ВРП) входит и Ямало-Ненецкий автономный округ, где в настоящее время на берегу Карского моря строится крупнейший в России завод по производству сжиженного природного газа. Значительный прирост промпроизводства и ВРП, выше общероссийского уровня, наблюдается также в Башкортостане и Свердловской области.

Абсолютным аутсайдером по тем же параметрам является Челябинская область: у нее нулевые или отрицательные результаты. В группе «неудачников» и аграрно-машиностроительная Курганская область.

При этом за последние пять лет доходы населения выросли только у жителей Ямала. В Удмуртии, Оренбуржье, Башкортостане темпы прироста доходов сократились, в Свердловской области доходы вернулись к уровню 2007 года, а в Челябинской, Курганской областях, Пермском крае и Ханты-Мансийском автономном округе упали ниже отметок 2007 года. Даже на юге Тюменской области подъем инвестиций, промышленности и регионального валового продукта не сказался на доходах людей. «Связи между экономическими успехами отдельных регионов и динамикой реально располагаемых денежных доходов населения почти нет. Экономические успехи до людей не докатились», — подчеркнул Дмитрий Толмачев.

По прогнозам аналитиков, в ближайшие годы разрывы между регионами-лидерами, такими как Тюменская область и Башкортостан, и остальными территориями (это особенно характерно для ХМАО, Челябинской и Курганской областей) будут нарастать. Аналитики, в частности, предсказывают сокращение населения Зауралья на 20% в течение следующих 15 лет.

«Потребность российских компаний в кредитах и инвестициях — 10 трлн рублей в год»

«Переломить негативные тенденции и реализовать существующий потенциал экономического роста на 3-4% в год — возможно», — убежден Андрей Клепач. Если поднять доходы бюджетников и пенсионеров, подогреть платежеспособный спрос, удешевить и «удлинить» кредиты для бизнеса, поддержать инвестиции, вложиться в здравоохранение и образование, в инновации и транспортную инфраструктуру. Почему бы нет: федеральный бюджет, перечислил Андрей Клепач, в профиците, государственные сбережения, размещенные за границей, достигли 9% ВВП и будут увеличиваться, корпоративная закредитованность невелика.

Но тот же Клепач признает: проект федерального бюджета на ближайшие три года значимого повышения зарплат бюджетников не предусматривает, дальнейшее увеличение численности пенсионеров в сравнении с группой трудоспособного населения ведет к отставанию пенсий от среднего уровня доходов.

И без того небольшие, на уровне около 4%, доли бюджетных расходов на здравоохранение и образование сокращаются с начала десятилетия и даже к 2024-му, году президентских выборов, по планам, не превысят показателей 2010 года.

Также все эти годы падали расходы на транспортную инфраструктуру (не считая нефтегазовой «трубы»), и через пять лет они в лучшем случае вернутся к уровню того же 2010 года. Наглядный пример: Китай за последнюю четверть века в полтора раза обогнал Америку по протяженности дорог высшей технической категории, по ударным темпам строительства высокоскоростных железнодорожных магистралей обошел весь остальной мир, мы же о ВСМ пока лишь мечтаем. «Хочется надеяться, что при нашей жизни что-то будет», — не без иронии прокомментировал Андрей Клепач.

По подсчетам бизнесмена Андрея Бриля, потребность российских компаний в кредитах и инвестициях — 10 трлн рублей в год, но фонды развития предоставляют лишь несколько десятков миллиардов. Ключевая ставка ЦБ, хоть и понижена за последний год с 7,75% до 6,5%, все равно не вызывает энтузиазма у предпринимателей. По замечанию Бриля, российские банки отказались от своей главной функции — преобразования накоплений клиентов в длинные кредитные ресурсы, процедуры и условия кредитования сложны и дорогостоящи. Плюс сомнительное «удовольствие» взаимодействовать с чиновниками и силовиками. Стоит ли удивляться тому, что, по опросам Левада-центра, настроение у наших бизнесменов вдвое хуже, чем в 2007 году, чистый отток капитала за границу превысил по итогам последних трех кварталов 30 млрд долларов, пухнут остатки компаний на банковских счетах: в условиях неопределенности бизнес инвестировать не рискует.

Национальные прожекты

Официально преподносится, что сделать технологический и экономической рывок, сгладить территориальное неравенство помогут 13 национальных проектов, провозглашенных Владимиром Путиным в самом начале текущего президентского срока и оцененных в 25,7 трлн рублей. У экспертов на этот счет меньше восторженных ожиданий и больше сомнений.

Во-первых, напомнил Андрей Клепач, государственные программы по развитию здравоохранения, образования, науки и технологий, транспорта уже принимались и выполнены далеко не полностью, к примеру, транспортная программа лишь наполовину.

Во-вторых, по словам Клепача, даже в случае полной реализации национальных проектов в образовании и здравоохранении (вклад нацпроектов в эти сферы — по 3% и 6%) мы окажемся ниже уровня 2010 года, и это точно не тот рост, чтобы сравняться с развитыми странами.

IТо же можно сказать о нацпроекте «Наука». «Расходы по нему — мизер, меньше 1% того, что тратится в России на НИОКР, а тратится относительно ВВП в два раза меньше, чем в Китае, причем наш ВВП в пять-шесть раз меньше китайского», — подчеркнул Клепач (упомянув, что инновационную активность в последнее время демонстрируют такие госкорпорации, как «Газпром» и «Росатом»).

От себя добавим, что нацпроект по поддержке малого и среднего бизнеса и индивидуальной предпринимательской инициативы (привет Андрею Брилю) по объемам финансирования — третий с конца, а замыкает список нацпроект «Производительность труда и поддержка занятости», тогда как по производительности мы на четвертом десятке стран.

В-третьих, крупнейшим выгодоприобретателем от исполнения нацпроектов является все та же Москва.

«Восприятие национальных проектов как панацеи меня поражает. Никакими нацпроектами, будь то мост на Сахалин или Трансевропейско-азиатская дорога, проблема поляризации и роста территориального неравенства не вылечивается», — резюмировала Наталья Зубаревич. И Зубаревич, и другие специалисты убеждены: успех принесет смена всей экономической модели — раскрепощение муниципалитетов и регионов, разгосударствление экономики, освобождение личной инициативы и предпринимательства. Но такого национального проекта у нас нет.

Автор — Александр Задорожный

Источникznak.com
СтраныРоссия

Объявления

Наиболее интересное

Ещё похожие новости