Логика будущего в научных приоритетах нашего времени

«Не думайте, что Я пришел принести мир на землю;

не мир пришел Я принести, но меч»

Мтф. 10: 34

В ХХ столетии Россия пережила два тяжелейших социально-политических кризиса, связанных с утратой духовного единства общества, с разрушением идейно-нравственных и политико-правовых оснований государственной целостности: если в начале прошлого века рухнула под напором народной стихии Российская империя, то геополитическим продолжением нравственного распада коллективного разума в действиях русских масс стал развал в конце столетия Советского Союза. Поскольку нравственная стойкость общества определяется сознательной деятельностью граждан в достижении желанных целей, направляемой общей идеологией в понимании высших ценностей, постольку крушение имперского и советского проектов совместной жизни евразийских народов свидетельствует о несоответствии их идеологических программ повелениям времени. Если императорская Россия мало заботилась о развитии государственного ума в национальных сообществах, то советская держава отвергла участие «державного разума» в организации жизни русского народа, результатом чего и стала гибель союзного государства.

Начало XXI века обнажило глобальный размах наступившей эпохи в истории человечества как времени информационнной генерализации и практической унификации императивов социального развития, обретающих свою максимальную основательность в универсальных законах мироздания, когда содержание «разумной жизни» граждан современного социума начинает направляться всеобщими требованиями объективного мира. Но понимание законов вселенского бытия не сразу утверждается в сознании глобального социума, а лишь по мере роста научных знаний, не всегда созвучных с ценностными предпочтениями мировых правителей. Какие субъективные установки направляют действия людских масс в претворении будущего до появления зрелых форм научного мышления? Таким «нравственным руководством» народных масс в «субъективно-солидарном» устроении будущего служат идеальные наставления религиозной веры, получившей всемирный размах в ценностных приоритетах «свободы» буддизма, «разумного единения» иудаизма, «любви» христианства и «непоколебимости» истин ислама.

Среди этих ценностных предпочтений мировых религий наиболее гуманистический образ действительности предлагает людям христианство, утверждающее что окружающий мир не только создан по воле Бога, но и движется в своих предметных модификациях силой божественной «Любви», когда сама «объективная реальность» содействует стремлению людей в совместном достижении жизненного благополучия. Следуя этой вере, люди могут «забыть» на какое-то время о проблеме «внешнего мира», чтобы в полной мере перестроить внутренний уклад своей жизни в соответствии с наставлениями высшей Справедливости. В глобальном социуме эта субъективная логика «вселенской Любви» замещается в управлении  общественной практикой требованиями «научного Разума». Идейным центром повелений «конструктивного разума» в обустройстве совместной практической жизни людей служит государство, представляющее собой сознательный способ организации их коллективных действий на основе максимально общих и скорректированных между собой законов.

В жизни нашего отечества такой вполне разумный образ государственного устройства, освобожденный от стихийных ограничений исторической случайности и максимально приближенный к социальным запросам народной жизни, попытался наметить в ХХ столетии ученый и религиозный мыслитель Павел Флоренский. Главная установка государства в организации общественной жизни заключается, по его мнению, в претворении «социальной целостности», то есть в повышении единства совместных действий людей. «Государство есть целое, охватывающее своей организацией […] всю совокупность людей» (П.А.Флоренский. Предполагаемое государственное устройство в будущем. http://dl.biblion.realin.ru/text/8_Biblioteka_Bakulina/Bolshaya_Biblioteka/florensky_gosustr.html). Для поддержания правильного государственного устройства, полагает мыслитель, необходимо преодоление односторонних подходов в понимании общества, провоцирующих возникновение социальных конфликтов и моральное разложение людских масс: разумный уклад общественной жизни предполагает подчинение частных интересов людей потребностям коллективного целого. «Бюрократический абсолютизм и демократический анархизм, констатирует он главные пороки общественного устройства, равно, хотя и с разных сторон, уничтожают государство. Построить разумное государство — это значит сочетать свободу проявления данных сил отдельных людей и групп с необходимостью направлять целое к задачам, неактуальным индивидуальному интересу, стоящим выше и делающим историю» (П.А.Флоренский. Указ. Соч.).

К сожалению, новейшая история России отличается этой склонностью к «социальному безумию», к «односторонним стратегиям» в организации общества — к бюрократизму советского периода и экономическому анархизму постсоветских времен, когда действия людских масс направлялись либо интересами «государственной номенклатуры» в прошлом, либо «личной выгоды» индивидов, как сейчас. Внешним выражением первой крайности стала однопартийная политическая система советского общества, узаконившая «на века» власть «коммунистов», а свидетельством второй крайности стала «радикальная дифференциация» материальных условий жизни граждан постсоветской России, когда вместе с пробуждением социально-классовых антагонизмов разрастаются противоречия между территориями, получив крайнее выражение в нынешнем расколе российского социума на центр и периферию: «столичный центр» ныне перестал играть «собирающую», интегрирующую роль в укреплении общероссийской целостности, а наоборот, выступает для регионов свидетельством социальной несправедливости, служит источником финансовых поборов с граждан «социальной периферии», побуждая население регионов на социальный или национальный бунт. Москва предстает ныне не как консолидирующий духовно-нравственный центр российского общества, объединяющий россиян высоким помыслом практических целей, а как ненасытная «черная дыра» по выкачиванию из регионов жизненных сил: такое мироощущение неизбежно приведет общество к социальному взрыву.

Поскольку христианское мировоззрение признает «очевидность» Истины, запечатленной некогда пришествием Иисуса Христа, постольку возникает вопрос о чувственном облике «истинной социальной целостности», способной в максимальной степени обеспечить устойчивость российской державы. Ответ на этот вопрос был дан нам исторической жизнью еврейского народа, утратившего 2000 лет назад свое национальное государство и вновь создавшего его в современных условиях за счет этнокультурной консолидации своих гражданских сил: этнос служит первоосновой социальной целостности и представляет собой наиболее естественный способ коллективной жизни людей, обусловленный при возникновении особенностями природного окружения и обладающий как внешним сходством своих индивидуальных лиц, так и внутренним духовным единством, определяющим их совместные действия в соответствии с требованиями социально-нравственной традиции. Именно «этнокультурное единство» гражданских масс, «национальная солидарность» людей и позволяет обеспечить в обществе необходимое согласие интересов государства и личностей. «Все то, что непосредственно относится к государству, как целому, как форме […] должно быть для отдельного лица или отдельной группы неприкосновенно и должно безусловно ими] приниматься как условие индивидуального существования, как собственно политика. Напротив, все то, что составляет содержание жизни отдельной личности и дает интерес и побуждение […] это должно не просто пропускаться государством как нечто не запрещенное, но, напротив, должно уважаться и оберегаться» (П.А.Флоренский. Указ. Соч.).

Этнос в своем влиянии на жизнедеятельность как государства, так и индивидуальных лиц передает им потенциал своей созидательной энергии, без которой они погибают духовно и физически. «Государство должно быть столь же монолитным целым [в своем] основном строении, как и многообразно, богато полнотою различных интересов, различных темпераментов, различных подходов к жизни со стороны различных отдельных лиц и групп. Только этим богатством индивидуальных, групповых, массовых проявлений живо государство» (П.А.Флоренский. Указ. Соч.). К сожалению, как во времена СССР, так и в годы постсоветской России власть не сочла нужным образовать в структуре государственной целостности особой русской «национально-государственной автономии», способной поддержать созидательную энергию русского народа в разумном обустройстве будущего и тем самым способствовать устранению перекосов бюрократизма и анархизма в жизни современной России.

Главная задача государственного управления общественной жизнью, считает Флоренский, заключается в «разумной расстановке» кадров, в полноценном и наиболее эффективном использовании способностей каждого индивида. «Задача государства состоит не в том, чтобы возвестить формальное равенство всех его граждан, а в том, чтобы поставить каждого гражданина в подходящие условия, при которых он сумеет показать, на что способен» (П.А.Флоренский. Указ. Соч.). По мнению мыслителя, индивидуальные склонности и способности людей отвергают социальную обоснованность равенства их прав в политическом управлении обществом. «Политическая свобода масс в государствах с представительным правлением есть обман и самообман масс, но самообман опасный,… Должно быть твердо сказано, что политика есть специальность, столь же недоступная массам, как медицина или математика, и потому столь же опасная в руках невежд, как яд или взрывчатое вещество. Отсюда следует и соответствующий вывод о народном представительстве в осуществлении государственной власти: как демократический принцип оно вредно, и не давая удовлетворения никому в частности, вместе с тем расслабляет целое» (П.А.Флоренский. Указ. Соч.).

Флоренский убежден, что исключительная сложность политического управления обществом, требующая для своего эффективного исполнения особых профессиональных качеств, утверждает «единоначалие» в качестве наиболее разумного способа ведения государственных дел. А для полноценного учета «государственным лидером» нужд общества наиболее разумным способом реализации гражданских интересов служит не либерально-демократическая форма организации государственной власти по воле «большинства», а более «емкая», многоплановая, корпоративно-сословная система народного представительства, раскрывающая все грани жизни народных масс, исключая лишь волю правонарушителей. «Уметь выслушивать всех, достойных быть [выслушанными], но поступать ответственно по собственному решению и нести на себе образ государственной ответственности за это решение — такова задача правителя государством» (П.А.Флоренский. Указ. Соч.).

Главным нравственно-психологическим качеством государственного служащего, в понимании П.А.Флоренского, должен быть «социально-исторический реализм» как способность видеть актуальные возможности наличной действительности в достижении общественно значимых целей. Государственный деятель «должен перестроить себя на положительную оценку реальных сил и на отрицательную оценку сил, переставших быть исторически реальными» (П.А.Флоренский. Указ. Соч.). Исторический реализм предполагает оценку наличной действительности по степени противоречивости социальных процессов и способности государственных служб нейтрализовать возникшие угрозы: современное общество, констатирует мыслитель, пронизано социальными антагонизмами, угрожая человечеству гибелью. «Вся жизнь цивилизованного общества стала внутренним противоречием, и это не потому, что кто-либо в частности особенно плох, а потому что разложились и выдохлись те представления, те устои, на которых строилась эта жизнь»(П.А.Флоренский. Указ. Соч.).

На фоне этих глобальных угроз современной социальной реальности ученый с большим скепсисом оценивает политические возможности различных традиционных видов государственного правления — монархий, республик, теократических систем власти. Поэтому в жизни глобального социума формальные требования сохранении какой-то политической традиции должны отступить на второй план перед интеллектуальным потенциалом творческой силы личности, настроенной на созидание будущего. «Требуется лицо, обладающее интуицией будущей культуры, лицо пророческого [склада]. Это лицо, на основании своей интуиции, пусть и смутной, должно ковать общество» (П.А.Флоренский. Указ. Соч.). В наибольшей мере эта творческая энергия личности раскрывается в научном познании: поэтому деятелям науки должна принадлежать ведущая роль в созидании глобального социума. «Будущий строй нашей страны ждет того, кто, обладая интуицией и волей, не побоялся бы открыто порвать с путами представительства, партийности, избирательных прав и прочего и отдался бы влекущей его цели» (П.А.Флоренский. Указ. Соч.).

Таким образом, исторической предпосылкой утверждения глобального научно-информационного общественного строя должно стать массовое воспроизводство в социальной действительности творчески одаренных личностей, выражающих созидательный потенциал научного разума в освоении мировой целостности. «На созидание нового строя, долженствующею открыть новый период истории и соответствующую ему новую культуру, есть одно право — сила гения, сила творить этот строй» (П.А.Флоренский. Указ. Соч.).

 

Гореликов Л.А. – д. ф. н., профессор, академик Ноосферной общественной академии наук.

Объявления

Наиболее интересное

Ещё похожие новости