Чудо иконы Государя в замке Артштеттен 10 мая 2014 года*

На 28 июня 2014 года приходится столетний юбилей трагического убийства Наследника Престола Австро-Венгерской империи эрцгерцога Франца Фердинанда Карла Луиса Мария Габсбурга-и-д’Эсте (1863-1914) и его жены герцогини Софии фон Гогенберг.

Спланированное международным масонством и осуществленное руками масонов сербских, это убийство послужило спусковым крючком подготовленной теми же силами Первой мировой войны, прямым продолжением которой в свою очередь стала Вторая мировая война.

И первыми сиротами этих войн стали дети эрцгерцога Фердинанда.

Трагическая судьба эрцгерцога Фердинанда, его жены и детей невольно вызывает ассоциацию с другой, еще более страшной драмой ‒ екатеринбургской, а в чем-то и предвосхищает ее. Поскольку жизнь и смерть эрцгерцога, и тем более судьба его потомков мало известны отечественному читателю, расскажем вкратце о них.

 

Эрцгерцог Франц Фердинанд – детство и юность

Франц Фердинанд был старшим сыном эрцгерцога Карла Людвига (1833-1896), младшего брата императора Франца Иосифа I. Мать будущего наследника трона, Мария Аннунциата из рода неаполитанских Бурбонов, принцесса обеих Сицилий, умерла, не дожив до 30 лет, от туберкулеза ‒ болезнь, которую старший сын унаследовал от нее.

Мальчику повезло с мачехой ‒ третья жена его отца, Мария Тереза Португальская, была всего на 8 лет старше пасынка, и между ними сложились теплые дружеские отношения, сохранявшиеся до самой гибели Франца Фердинанда.

Как многим другим Габсбургам, ему предопределена была военная карьера. В возрасте 12 лет был зачислен в армию, служил исправно и постепенно продвигался по службе. Никто не предполагал, что он может стать наследником престола, ведь был молод и здоров Августейший сын императора Рудольф.

Первое большое событие в жизни Франца Фердинанда произошло в 1875 году. Неожиданно юный эрцгерцог, не имеющий большого состояния, стал очень богат. После долгих споров к нему перешло сказочное наследство дальнего родственника, Франца V д’Эсте, герцога Моденского, завершившего род итальянских князей д’Эсте, ‒ в обмен на обязательство принять имя «д’Эсте».

Вместе с новым родовым именем, Фердинанд обрел состояние, сделавшее будущего наследника самым богатым членом императорского дома. Богатство дало ему и определенную независимость от монарших благодеяний.

 

Наследник престола

Через 14 лет случилось другое событие. 30 января 1889 года в замке Майерлинг покончил с собой любимец Австрии кронпринц Рудольф (1858-1889)[1]. Наследником престола был объявлен отец Франца Фердинанда, однако эрцгерцог Карл Людвиг, почти ровесник своего Августейшего брата, не рвался в кайзеры, и почти сразу заявил, что не желает быть наследником.

Строгие австрийские законы наследования заявление Карла Людвига во внимание де юре не приняли, но отношение к Францу Фердинанду со стороны императора Франца Иосифа изменилось. В 31 год Фердинанд был произведен в генерал-майоры, затем получил чин генерала от кавалерии и в придачу построенный в стиле барокко дворец Бельведер в Вене.

Консерватор во взглядах на сакральное значение монархии, сторонник Союза трех императоров, Фердинанд в 1891 году нанес визит в Санкт-Петербург, где был принят чрезвычайно тепло. Сам Государь Император Александр III встретил эрцгерцога на вокзале. Фердинанду был Высочайше пожалован орден Святого Апостола Андрея Первозванного.

В 1893 году Франц Фердинанд совершил большое путешествие вокруг света, посетив на крейсере «Императрица Елизавета» [«Кайзерин Элизабет»] Австралию, Новую Зеландию, Новые Гебриды, Соломоновы острова, Новую Гвинею, Саравак, Таиланд, Японию.

Из Иокогамы он проследовал в Ванкувер на пароходе «Empress of China» и через Канаду вернулся в Европу. В 1895-1896 годах эрцгерцог издал в Вене Дневник своего кругосветного путешествия [Tagebuch meiner Reise um die Erde], обличивший в Фердинанде дар незаурядного писателя.

19 мая 1896 года скончался от тифа отец Фердинанда, незадолго перед этим выпивший стакан воды из реки Иордан. С этого дня 19 мая Франц Фердинанд становится официальным наследником престола.

Заметим, что по крайней мере с началом XX века, 19 мая совпадает с днем рождения Государя Императора Николая II, а значит и со днем Иова Многострадального.

В 1898 году эрцгерцог назначен заместителем императора в верховном командовании армией, сосредоточивая в своих руках огромную власть.

 

Любовь на всю жизнь

Но уже через два года он готов расстаться со всеми своими привилегиями и даже с надеждой на престол во имя любви, вспыхнувшей в груди уже вполне зрелого 36-летнего человека, – по общему мнению холодного и замкнутого. Любви к чешской графине Софии Хотек.

Графиня не была красавицей в общепринятом смысле. «Не красавица, но изящна и привлекательна», ‒ писал о ней князь Бернхард фон Бюлов.

«Была очень мила и умела очаровывать людей», единодушно отмечают мемуары. Но главное, ее обожал муж. Говорили и писали, что за всю свою жизнь он только ее и любил.

Чтобы заслужить счастье быть с ней рядом, эрцгерцог Фердинанд выдержал публичное унижение, зачитав отречение от прав на престол для своих будущих детей от этого морганатического брака. Графиня Софья стала княгиней, а затем герцогиней Гогенберг. Эти титулы и носят на сегодняшний день потомки эрцгерцога[2].

Венчание Фердинанда и Софии состоялась в июле 1900 года в богемском замке Закупи (ранее Райхсштадт) в семейном кругу без торжественных церемоний. Хотя «молодая была уже немолода» ‒ 32 года по тем временам был нешуточный возраст для невесты, ‒ от нее невозможно было оторвать глаз. Она вся светилась от счастья. Белое шелковое платье со скользящим метровым шлейфом подчеркивало грациозность тоненькой фигуры, а бриллиантовая диадема венчала ее роскошные волосы, как корона.

И символы целомудрия и девственности – цветы мирта и апельсина, украшающие наряд невесты – говорили о том, что многолетняя любовь не склонила пару к соблазну до свадьбы (оба были очень набожными католиками).

И когда влюбленные произносили слова клятвы «…пока смерть не разлучит нас…», никто из присутствующих в тот момент не догадывался, что даже смерть через 14 лет не сможет их разлучить…

Все отмечают, что брак эрцгерцога был исключительно счастливым. Дочь София и сыновья Максимилиан и Эрнст росли красивыми и здоровыми детьми.

И их отец готов был сделать все, чтобы и страна, в которой им предстояло занять все же высокое положение, стала бы устойчивой, спокойной и мирной.

 

Соединенные Штаты Великой Австрии

Фердинанд прекрасно понимал, что большинство внутренних нестроений Австро-Венгрии происходят из-за так называемого дуализма, разделения власти между Веной и Будапештом, с непропорционально большой властью мадьярских дворян, угнетавших многонациональное население Венгрии, занимавшей в те времена почти половину территории Империи.

Около 1906 года Фердинанд составил план преобразования Австро-Венгрии, который в случае его осуществления мог надолго продлить жизнь Империи Габсбургов, снизив градус межнациональных противоречий.

План был составлен самим эрцгерцогом и Аурелом Поповичем, австро-румынским политиком и юристом. В 1906 году Аурел Попович (по происхождению – австро-венгерский румын) издал книгу «Соединенные Штаты Великой Австрии», в которой предложил реорганизовать слепленную из средневековых королевств и герцогств страну в форме федерации.

Попович пророчески писал: «Большое разнообразие происхождения, языка, обычаев и быта разных народов требует от империи Габсбургов такой формы государственного управления, которая бы могла гарантировать, что ни один из народов не будет притеснен, ущемлен или угнетен другим в своей национальной политике, саморазвитии, культурном достоянии — одним словом — в своем понимании жизни.

Времени осталось немного. Все народы монархии ожидают спасительных шагов императора.

Это решающий исторический момент: сохранится или погибнет империя Габсбургов?

Пока все еще можно исправить и сохранить».

Попович предлагал разделить Австро-Венгрию на пятнадцать равноправных штатов по национально-территориальному принципу: три немецкоязычных (Немецкая Австрия, Немецкая Богемия и Немецкая Моравия), Венгрию, чешскоязычную Богемию, Словакию, Хорватию, словеноязычную Крайну, польскоязычную Западную Галицию, румыноязычную Трансильванию, италоязычные Триест и Трентино, украиноязычную Восточную Галицию, наконец, Воеводину – с как сербским, так и хорватским языками. Кроме того, ряду этнических анклавов (в основном немецких) в восточной Трансильвании, Банате и других частях Венгрии, южной Словении, крупных городах (таких как Прага, Будапешт, Львов и др.) предоставлялась особая автономия (Карта 1).

United States of Greater Austria

Карта 1. Соединенные Штаты Великой Австрии

Именно этот план поддерживал эрцгерцог Фердинанд. Мы видим, что согласно этому плану Империя превращалась из Австро-Венгрии в Австро-Венгро-Славию ‒ триединое государство, если брать национальный аспект. Но одновременно она становилась как бы Соединенными Штатами Великой Австрии ‒ образовывались двенадцать или более национальных автономий для каждой крупной народности, проживавшей в Империи.

В этой идее Поповича-Фердинанда видят сейчас прообраз Евросоюза, уже тогда способный удержать Европу от войны. Действительно, от реформирования Империи от дуалистической к триалистической и многонациональной модели выигрывали и Габсбурги и славянские народы.

Чехи, например, получали желаемое ‒ свое автономное государство и могли не бороться за свержение власти Габсбургов. То же касалось и других славянских автономий.

При этом официальное название империи Фердинанд видел, как «Австрийская Империя», без венгерской добавки.

Сейчас, из нашего далека можно с уверенностью утверждать, что проект нового государственного устройства Австрийской Империи – буде он осуществлен, – избавил бы народы Европы и прежде всего самих Балкан от миллионов жертв. Уж как минимум, почти миллион сербов не был бы вырезан хорватскими усташами простыми ножами – сербосеками, – как это, увы, случилось в нашей истории.

Главным и злейшим противником триализма являлась венгерская элита, получившая в 1867 году власть над половиной территории Империи. Непримиримость к плану Фердинанда выразил его главный политический оппонент ‒ премьер-министр Венгрии граф Иштван Тисса: «Если престолонаследник вздумает осуществить свой план, я подниму против него национальную революцию мадьяр»[3]. Однако Франца Фердинанда сложно было напугать, – даже враги отмечали его абсолютное безстрашие.

Фердинанд был сторонником сильной армии, но считал, что в многонациональной и неспокойной империи армия нужна прежде всего, как гарант внутреннего спокойствия. Он прекрасно понимал, что его планы требуют мира. Прежде всего с Россией.

Предупреждая рвавшегося в бой начальника Австрийского Генштаба Конрада фон Гётцендорфа, эрцгерцог прямо указывал на тех, кому выгодна война: «Войны с Россией надо избегать, потому что Франция к ней подстрекает, особенно французские масоны и антимонархисты, которые стремятся вызвать революцию, чтобы свергнуть Монархов с их тронов».

Так оно и произошло. Организаторы покушения хорошо знали, кого они решили ликвидировать, какие последствия вызовет это убийство. Кстати, еще в 1912 году в одном из западных изданий загодя появилось предсказание некоего масонского деятеля:

«Эрцгерцог осужден и умрет на пути к трону».

Внешняя сторона убийства эрцгерцога и герцогини Софьи хороша известна. А внутренняя требует еще тщательного рассмотрения. Но нельзя не отметить, что еще в 1930 году вышла книга «Сараевское убийство» советского ученого Н.П. Полетика, который исследовав всю совокупность имевшихся источников, пришел к наиболее вероятному и до сих пор не опровергнутому выводу, что:

«Сербия только выполнила „социальный заказ» Антанты создать повод для самого благоприятного варианта войны ее с Тройственным Союзом», а «Сараевское убийство явилось организованным Антантой скрытым нападением на одного из членов Тройственного союза ‒ Австро-Венгрию, и что тезис Германии: „на нас напали» (wir waren angegriffen) совершенно правилен.

Правда, напали не открыто, а тайком, по разбойничьи, но все-таки напали и напали первые»[4].

 

Судьба детей Франца Фердинанда

 

Скажем несколько слов о судьбе детей эрцгерцога. В 1909 году титул супруги Франца-Фердинанда был повышен до герцогского, а в 1917 году император Карл I разрешил принять герцогский титул старшему из осиротевших Максимилиану, а Эрнст и София остались князьями фон Гогенберг.

Распад Австро-Венгрии лишил их всего имущества в Чехии, и из любимых замков у них остался Артштеттен. Артштеттен расположен рядом с Веной и был унаследован Францем Фердинандом от отца.

Когда в Австрию вошли нацисты, братья Гогенберг, занимавшие твердую монархическую антинацистскую позицию был посажены в концлагерь Дахау. Чтобы сломать и унизить их, а в их лице и всю аристократию, в лагере им было уготована самая унизительная работа – чистить уборные. Леопольд Фигль ‒ в будущем первый послевоенный бундесканцлер Австрии, ‒ вспоминал свое прибытие в Дахау в 1938 году: «Первыми, кого я увидел в Дахау, были братья Гогенберги ‒ с тачками, наполненными содержимым уборных. Лишенные всех титулов, состояния, свободы и элементарных человеческих условий, они все же остались несгибаемыми…

Ежечасно видя смерть перед глазами, они выносили унижения с достоинством, как и подобает представителям великой династии».

Характерно, что ни Максимилиан, ни Эрнст никогда и никому не рассказывали деталей о своем пребывании в концлагере, так как с них была взята подписка о неразглашении. Но сохранились многочисленные воспоминания очевидцев, бывших узников концлагеря, которые свидетельствуют о дисциплине, воле, а порой и героизме братьев Гогенбергов.

Например, Макс никому не рассказывал, как он спас жизнь одному цыгану в концлагере. Это стало известно лишь после войны, когда в Артштеттен прибыла шумная группа цыган с парой гусей под мышкой, разыскивая Макса, чтобы отблагодарить его за спасение их сородича в Дахау. Известны по словам свидетелей, по крайней мере два подобных случая помощи братьев узникам-евреям.

Коммунисты, монархисты и шутцбундовцы не разделяли убеждений друг друга, но в концлагере они делили поровну последнюю сигарету, последний кусок хлеба… Все, кто выжил, сохранили после войны контакты и до конца жизни оставались друг с другом на «ты».

Пока братья были в концлагере, нацистские власти конфисковали все их имущество в пользу Рейха. Это было самая крупная частная конфискация в Третьем Рейхе.

Арест братьев Гогенбергов вызвал многочисленные волны протеста за рубежом. Макс был выпущен из лагеря через полтора года, но до конца войны он находился под домашним арестом под наблюдением гестапо. А Эрнста перевели в другой концентрационный лагерь ‒ Заксенхаузен, откуда он вышел в 1943 году, пробыв в концлагерях в общей сложности более пяти лет.

Эрнст, самый младший из троих детей Франца Фердинанда, умер раньше брата и сестры в возрасте 49 лет в 1954 году. Годы в концлагерях безвозвратно подорвали его здоровье.

Сестра Софи, в замужестве графиня Ностиц-Ринек, тоже хлебнула горя – война отняла у нее двух старших сыновей. После войны, когда в Чехословакии к власти пришли коммунисты, у Софи в очередной раз было все конфисковано, и ее семья вынуждена была на грузовике с минимумом вещей спешно покинуть страну.

Зато Макс был назначен советскими властями мэром Артштеттена, оказавшегося в зоне, освобожденной советской армией. Кажется, это единственный случай в мировой истории, когда коммунисты назначили мэром города герцога.

Duke Maximilian von Hohenberg

Герцог Максимилиан фон Гогенберг

Герцог Максимилиан умер в 1962 году в Вене и был похоронен рядом с родителями и младшим братом в родовой усыпальнице в Артштеттене. Его похороны превратились в многолюдную процессию ‒ как и полвека назад во время похорон его родителей. Церковь в Артштеттене не смогла вместить всех желающих.

Старший сын Максимилиана герцог Франц Фердинанд (внук эрцгерцога Фердинанда) женился на Принцессе Елизавете Люксембургской (сестре Великого Герцога Иоанна).

Их старшая дочь княгиня Анита фон Гогенберг (внучка Максимилиана и правнучка Фердинанда) по-прежнему владеет замком Артштеттен, где похоронены эрцгерцог Франц Фердинанд и герцогиня София.

Поскольку у Франца Фердинанда были только две дочки Анита и София, то титул герцога перешел ко второму сыну Максимилиана Георгу (Georg Hohenberg; 25.04.1929 – 25.07.2019). На сегодняшний день старший в роду Гогенбергов – старший сын Георга герцог Николас фон Гогенберг (род. 3 июля 1961).

Вместе с Анитой фон Гогенберг в Артштеттене проживает ее племянник князь Лео Иоганнес фон Гогенберг (28.09.1964), сын князя Альбрехта (04.02.1931, третий сын герцога Максимилиана) с женой Розалиндой (Розалинда Роке Аллкофорадо) и детьми Женевьевой (08.03.1998) и Адриеном (29.10.2003).

Учитывая наследственные симпатии к России семьи Гогенберг, не вызовет удивления факт, что с 9 по 11 мая 2014 года, по приглашению правнуков эрцгерцога Франца Фердинанда ‒ княгини Аниты фон Гогенберг и князя Лео фон Гогенберг, и австрийских монархических кругов, состоялся визит в Австрию советника Первоиерарха Русской Православной Церкви Заграницей, начальника Войсковой Православной Миссии Игоря Евгеньевича Смыкова. В рамках отмечаемого в том году столетия трагической гибели эрцгерцога Фердинанда и начала Великой войны, в столицу Австрии начальником ВПМ был доставлен из Москвы Чудотворный образ Царя Николая Второго. Визит этот в свое время достаточно широко освещался в средствах массовой информации.

Но не получило должной огласки необычайное явление, а вернее чудо, свершившееся во время этого визита.

 

Прибытие иконы в Артштеттен

В пятницу 9 мая 2014 года икона Государя прибыла в Вену и была выставлена для поклонения в трапезной церкви в Обер Вальтерсдорфе. Здесь же был прочитан акафист Царю-мученику Николаю. А 10 мая Его образ посетил уже знакомый нам замок Артштеттен, расположенный близ долины Вахау в Нижней Австрии, резиденцию семейства Гогенбергов.

Замок Артштеттен впервые упомянут в хрониках XIII столетия, но и сейчас сохраняет свою красоту и мощь. Изящное светлое здание замка с башенками, увенчанными куполами луковичной формы и красной черепичной крышей высится над Дунаем и является истинным украшением окружающего пейзажа. Неудивительно, что Артштеттен был выбран для изображения на коллекционных монетах достоинством в 10 евро.

Артштеттен стал одной из любимых резиденций наследника Венского трона. Франц Фердинанд сам выбрал Артштеттен и как место своего упокоения. В замке Артштеттен находится музей, в котором тщательно сберегаются все документы, которые так или иначе были связаны с жизнью и смертью эрцгерцога.

В фамильном склепе замка и был похоронен эрцгерцог Фердинанд вместе с любимой супругой Софией после их убийства в Сараево 28 июня 1914 года наемниками мирового масонства.

 

Как это было

В память приближающегося столетия этой трагической даты, в присутствии мироточивого образа Царя-Мученика собрались 10 мая 2014 года в усыпальнице Артштеттена потомки эрцгерцога Фердинанда ‒ Ее Светлость княгиня Анита фон Гогенберг, ее дочка графиня Аликс с сыном, Его Светлость князь Лео Иоганнес фон Гогенберг и его супруга княгиня Розалинда фон Гогенберг.

Присутствовали также барон Александр Дольцер, начальник Войсковой Православной Миссии Игорь Смыков, войсковой старшина Всевеликого Войска Донского Павел Мамаев и известная австрийская писательница-славистка, биограф семьи Императора Николая Второго доктор Элизабет Хереш.

Перед мироточивой и чудотворной иконой Государя Императора был прочитан акафист Царю-мученику. И тут случилось чудо. Свидетельствует княгиня Розалинда:

«В то время, как господин Смыков прочитал молитву, стало совершенно ясно, что фон иконы испытал изменение и излучение вокруг головы [Императора Николая] стало принимать золотой блеск.

Выглядело это как будто вокруг Его головы испускались лучи и синие точки Его наряда также стали лазурно блестеть, а Его лицо стало пластично, пропорции стали исправлены по отношению к живописи.

Его уста открылись в движении, ясно выделилась Его борода, а также ясно стало видно, что Его губы двигаются, что-то произнося, но я не смогла понять, что Он говорил.

Его левая рука [c державой] сделала благословляющий крест, затем раздался особенно сильный запах благоухания от иконы, и показалось, как будто вся Его фигура освободилась от фона, все это время от Его головы испускались золотые лучи.

После благословения, это излучение еще продолжалось, уста Царя сомкнулись и явление постепенно удалилось назад.

Выражение Его лица излучало умиротворение и произвело [на меня] впечатление, что Ему все было угодно, Он был доволен». [10 мая 2014 года, Замок Артштеттен, написано собственноручно Ее Светлостью Княгиней Розалиндой фон Гогенберг, переведено на русский язык доктором Элизабет Хереш. В приводимой выше записи немного исправлена грамматика. Оригиналы записей приведены в Приложении].

Чудо произвело сильное впечатление на всех присутствовавших. Потомки одной из старейших и значимых династий Европы, ощутили, что Святой Император Николай дает им Свое отеческое благословение.

 

Свидетельство Павла Мамаева – сентябрь 2019 года

До сих пор вниманию читателя предлагался текст, написанный еще в мае 2014 года, так сказать, «по горячим следам» свершившегося. Но в сентябре текущего 2019 года удалось получить еще одно свидетельство очевидца, добавляющее новые краски к картине «чуда в Артштеттене».

Дополнительные подробности чуда в Артштеттене были получены 15 сентября 2019 года от непосредственного свидетеля чуда – войскового старшины Павла Павловича Мамаева. Слово очевидцу:

«Мне и Александру Дольцеру выпала честь стоять в почетном карауле у Иконы, поставленной на шелковый Имперский штандарт [это хорошо видно на фото], поэтому я особенно внимательно следил за тем, чтобы Икона не соскользнула с него.

Затем перед чтением акафиста мы встали вместе с остальными присутствующими перед Иконой, но на некотором отдалении от нее, и Смыков начал читать акафист. И вдруг в воздухе разлился дивный аромат – Икона замироточила. Мироточение было настолько интенсивным, что казалось весь воздух усыпальницы наполнился этим восхитительным запахом мира. [Следует отметить, что площадь усыпальницы порядка 70 кв. м, о высоте потолков можно судить по фото].

Александр Дольцер и Павел Мамаев в почетном карауле у иконы Государя

Все присутствующие, стояли, пораженные этим чудом, и после окончания акафиста принялись внимательно рассматривать Икону.

Во время чтения Акафиста – князь Лео фон Гогенберг и княгиня Анита фон Гогенберг

Ее сначала рассматривали на штандарте, потом поднесли к окну, чтобы лучше рассмотреть, затем опять поставили на штандарт. Это продолжалось минут 7-8.

[Замок Артштеттен стоит на склоне горы и поэтому, несмотря на то что крипта находится в целом под землей, с одной стороны ее имеется небольшое окно, там же у окна находится небольшое Распятие, – 30-35 см в высоту, фактически напротив саркофага].

Все время, пока Икона находилась на Имперском штандарте, я стоял рядом, чтобы подхватить ее, если она вдруг заскользит. Когда присутствующие, отойдя от Иконы, стали обсуждать чудо мироточения, я подошел к Александру Дольцеру, разговаривавшему с княгиней Розалинд, чтобы попросить помочь унести икону и свернуть штандарт.

Он же, крайне взволнованный, как только я подошел к ним, сказал: «Послушай, что произошло, что видела Розалинд«.

Княгиня, совершенно ошеломленная, стала рассказывать:

Княгиня Розалинда фон Гогенберг – после Чуда

«Произошло чудо. Когда я наклонилась к Иконе, чтобы лучше рассмотреть ее, я увидела, что фон Иконы сначала стал более глубоким, а цвет более интенсивным, нимб вокруг головы Николая II заискрился золотом, синие украшения его наряда заблестели лазурью, затем ожили глаза, лицо, стала отчетлива видна небольшая бородка, ожили и растянулись в улыбке губы, и неожиданно я услышала Его голос.

Царь что-то стал говорить мне, но я так растерялась, что не понимала, ни что Он мне говорил, ни на каком языке. Впрочем, кажется по-русски. Царь выглядел очень довольным и приветливым.

А потом я вдруг увидела, как Он стал выходить из (плоскости) Иконы, как вышла Его голова, вышли плечи и руки. Неожиданно Он перекрестил меня«.

«Мадам, – спросил я – Он перекрестил Вас двумя или тремя пальцами?» – и показал при этом соответствующие перстосложения.

Розалинд, на секунду замешкавшись, ответила:

«Нет, Он перекрестил меня всей рукой, а в руке у Него была Держава. [Государь перекрестил – благословил – княгиню Розалинду левой рукой, поскольку в правой у него скипетр]. Он еще что-то сказал, улыбаясь, очень довольный, а потом стал постепенно уходить обратно в Икону.

При этом Он по-прежнему улыбался, очень благожелательно и с довольным видом«.

Рассказ княгини Розалинд закончился».

«Я настаиваю, – утверждает Павел Мамаев, – что точно передаю слова княгини Розалинды, сказанные мне лично. Рассказ княгини Гогенберг о чуде был записан спустя 20-25 минут после моего разговора с ней доктором Элизабет Хереш[5] и переведен ею же на русский.

Возможно в своем рассказе Розалинда могла непроизвольно изменить вводную часть, объединив по времени чудо мироточения и чудо оживления. Возможно дело в “сиюминутном” переводе, а фразу: “в то время, как господин Смыков прочитал молитву”, следует читать: “когда господин Смыков прочитал молитву”, что свидетельствует о завершении чтения акафиста».

Но главное, конечно, не в этих, разумеется, бесценных деталях, а в самом чуде явления живого облика Царя Николая княгине Гогенберг.

И еще одно важное свидетельство Павла Мамаева:

«Я был потрясен услышанным и немедленно позвонил в Свято-Пафнутьев Боровский монастырь своей хорошей знакомой – духовной дочери отца Власия (Перегонцева), подробно рассказал о случившемся и просил, как можно скорее сообщить об этом отцу Власию. Через два часа она перезвонила и сказала, что батюшка Власий благословил ее передать следующее:

Чудо – живое явление Государя княгине Розалинд действительно имело место!

Представляется также несомненным, что крестное благословение Державой представителя дома Гогенбергов, а в их лице и дома Габсбургов, Святым Императором Николаем, – прямо свидетельствует о добрых отношениях между домами Романовых и Габсбургов в «вечности», и косвенно о том, что война между империями, погубившая их, была, как минимум, трагической ошибкой.

Значит «там» Союз императоров, который врагам удалось сломать «здесь», – существует. И нам надо усердно молиться, чтобы союз этот возобновился ныне и на земле.

Такое чудо надолго отсрочит приход антихриста.

 

О мировой войне и ее подготовке

Дабы осознать, насколько значение случившегося выходит за рамки «семейного чуда» в усыпальнице замка Артштеттен, нам следует вспомнить события предшествующие столь катастрофичной для последних христианских монархий Европы Первой мировой войны.

В 1887 году Фридрих Энгельс в статье «Введение к брошюре Боркхейма…» с абсолютной точностью наметил сценарий, грядущей почти через тридцать лет мировой войны, и предсказал ее результаты. Главный из этих результатов – гибель всех основных христианских монархий Европы, включая русскую и германскую.

С 1888 года в английских масонско-оккультных кругах циркулирует карта будущего облика Европы после мировой войны.

Австрийская монархия на этой карте расчленена в ряд республик. Германская федеративная республика сохраняет менее половины территории Германской империи. Российская империя преобразована в славянскую конфедерацию. Все западноевропейские выходы к морям на этой карте заштрихованы, как зоны влияния Англии – в классической геополитике силы «Океана», воюющей с «Континентом».

Наконец в лондонском еженедельнике «Правда», в предновогоднем выпуске 1890 года, − за 24 года до начала Первой мировой войны, − некий Генри Лабушер, член парламента и издатель означенного еженедельника, поместил карту будущей Европы, весьма напоминающей контуры этой Европы конца XX века (Карта 2). Монархий естественно нет, последние монархи в левом верхнем углу идут под конвоем согнувшись в работный дом или в тюрьму, а на месте России – огромное багровое пятно с черными буквами «Русская Пустыня».

Считается, что Лабушер принадлежал к определенным кругам в Лондоне и Ватикане, которыми и была составлена программа будущих войн, революций и уничтожения христианских монархий.

Тогда же была сформулирована некая задача. Формулировка этой задачи такова:

Уничтожение трех самых сильных монархий мира: России, Германии и Японии, путем стравливания их в войны между собой.

При этом четко объяснялось, чем каждая из этих держав опасна для достижения планов мирового сообщества:

Россия − сильна верой,

Германия − крепка государственным порядком,

Япония − несокрушима национальным духом.

Если монархическая власть в какой-либо из этих стран не сможет быть уничтожена сразу, то она должна быть приведена к состоянию фактического бессилия.

The result of “Russian Desert” operation

Карта № 2. Результат операции “Русская пустыня

Особой опасностью признавалась возможность заключения союза между тремя этими державами или хотя бы любыми двумя из них.

Говоря языком геополитики, ось Берлин – Москва (Петербург) – Токио так армировала бы «Континент», иначе Мировой остров, в терминологии классика британской геополитики Хэлфорда Маккиндера, − сделала бы его настолько несокрушимым, что об него разбились бы все волны мирового «Океана».

Об этой оси мечтали германские адмирал Альфред фон Тирпиц, и генерал Карл Хаусхофер, японский граф Гото Симпэй – «патриот Японии и друг России», и многие-многие их единомышленники. Судя по всему, были адепты этой оси и у нас, – достаточно вспомнить геополитика генерала Алексея Вандама и автора знаменитой Записки Петра Дурново.

Но также понятно, что основой политики англосаксонских стран и их клевретов было стремление, ни в коем случае не допустить создание такой оси, а напротив, ввергнуть наши страны в самоубийственную схватку. Прежде всего, Германию – Срединную Европу (Mitteleuropa) и Россию − Сердцевину Земли (Хартленд).

Проводилась и проводится эта политика, как традиционными средствами, так и через воздействие на политику интересующих стран через агентов влияния и фигуры манипулирования. А также, и прежде всего, – через коррекцию мировоззрения населения – прежде всего его элиты – страны, которую следовало уничтожить, или, во всяком случае, резко ослабить.

Очевидно, что подобная коррекция мировоззрения в последние два-три века была проведена у значительной части русского образованного общества. Разумеется, соответствующая работа проводилась и с германской (и с австрийской) элитой.

Адмирал Тирпиц поражался тяготению немецкой интеллигенции к западной, т.е. англосаксонской, «утилитарно-капиталистической массовой культуре», менее способной «оплодотворить германский дух, нежели упрямый идеализм русских и Востока».

Держа в уме вышесказанное, значительно яснее становится многое непонятное и загадочное в Царствовании Николая Александровича, тот перебор «несчастливостей», не вкладывающийся ни в какую теорию вероятностей, не говоря уж про простой здравый смысл.

Становится понятным, что войны Русско-японская и Мировая, наша катастрофа 1917 года и последовавшие за ней, равно как гибель Германской и Австро-Венгерской монархий, стали результатом отнюдь не случайного стечения тяжелых обстоятельств, а, результатом:

− серьезной и планомерной деятельности, десятилетиями и веками, весьма разных сил в России, и на Западе;

− от ленинской РСДРП, Маркса, Энгельса, английских, французских и прусских масонов, до Ватикана, английского королевского двора, американского Белого Дома, отнюдь не только революционеров, но и благонамеренных интеллектуалов, клерикалов и либералов.

Действия столь разных сил, внешне разрозненных и не имеющих внешнего отношения друг к другу, по сути своей очевидным образом подчинены одному плану, имеющему столь же очевидно религиозную цель: сокрушение всемирными антихристианскими силами − Христианства, прежде всего в лице Православия и его земного оплота Российской Империи.

Православный взгляд на мировую историю с очевидностью показывает, что осью ее после воплощения Христа является непрекращающаяся война мирового зла с «Удерживающим», стоящим на пути прихода антихриста. Можно считать общеизвестным, что в рассматриваемую эпоху задачу сдерживания этого зла всей тяжестью легла на православного Царя.

Но, – пусть непривычно это звучит, – определенная часть в деле «удержания» мирового зла выпадала и на долю таких христианских монархов, как самый могущественный католический монарх – император Австро-Венгрии и самый могущественный из протестантских – Германский император.

По-своему они также «держались начал христианских», вызывая тем самым иррациональную ненависть к себе со стороны сил «нового мирового порядка».

Подчеркнем, – императоры Востока и Запада войны не желали, но были втянуты в войну прежде всего внутренними врагами под режиссуру врагов внешних.

И то, как виртуозно это было осуществлено летом 1914 года, и не снилось авторам самых крутых детективов. Об этом ‒ книга-расследование, над которой я работаю в настоящее время, в надежде выпустить в свет в 2020 году. Условное название: «Императоры войны не желали. И от престолов не отрекались».

 

Эрцгерцог Фердинанд «держался начал христианских»…

«Держался начал христианских» и Наследник Престола Австро-Венгерской монархии эрцгерцог Франц Фердинанд.

Более того, в отличие от многих высших кругов Венского двора, он считал себя другом России. Эрцгерцог Фердинанд был категорическим противником войны «Европы против Европы», желал найти общий язык с Российским Императором Николаем II и восстановить Союз трех императоров, объединявший Россию, Германию и Австрию.

Эрцгерцог говорил: «Я никогда не поведу войну против России. Я пожертвую всем, чтобы этого избежать, потому что война между Австрией и Россией закончилась бы или свержением Романовых, или свержением Габсбургов, или, может быть, свержением обеих династий…».

В 1907 году Фердинанд лично инструктировал дипломата, отбывавшего с миссией в Петербург:

«Скажите в России каждому, с кем будете иметь возможность поговорить, что я ‒ друг России и ее Государя. Никогда австрийский солдат не стоял против русского солдата с оружием в руках… Мы должны быть добрыми соседями. Я одобряю старый Союз трех императоров».

В 1913 году, за год до катастрофы, эрцгерцог написал пророческие слова:

«Война с Россией ‒ это наш конец…

Неужели Австрийский Император и Русский Царь должны свергнуть друг друга с тронов и открыть дорогу революции?».

Именно эта твердая христианско-монархическая позиция сделала эрцгерцога Фердинанда первой жертвой международной провокации, вошедшей в историю под именем Великой войны.

 

Проходят дни, не отличить от мрака.

И смотрит вдаль, как в воду музыкант.

Святую воду. Я не знаю страха…

Да здравствует эрцгерцог Фердинанд![6]

 

И свершившееся 10 мая 2014 года «преображение» лика Государя-Мученика на его Чудотворной иконе в присутствии потомков эрцгерцога явно свидетельствует, что Господом приняты усилия не только Удерживающего, но и тех, кто посильно способствовал Ему в деле удержания мирового зла.

Случившееся приподнимает завесу над тайнами прошлого, и тем самым дает надежду в настоящем и будущем тем, кто верен заветам христианско-монархической европейской государственности. Сейчас уже только слепой не видит, что только она действительно препятствовала стать европейскому человечеству на путь древнего Содома.

Чудо иконы Царя-Мученика Николая в усыпальнице замка Артштеттен говорит, на мой взгляд также о том, что в чаемом нами возрождении Святой Руси, возможными союзниками нашими в сегодняшнем противостоянии мировому злу могут стать и потомки тех, кто сто лет назад до смертного часа противостоял этому злу.

В знаменательный день 10 мая 2014 года за многолетние труды по укреплению дружественных связей между монархическими кругами Австрии и России Его Светлость князь Лео Иоганнес фон Гогенберг был награжден орденом Святого Страстотерпца Царя Николая.

Награждение Его Светлости князя Лео Иоганнеса фон Гогенберга

орденом Святого Страстотерпца Царя Николая

ПРИЛОЖЕНИЕ. Оригиналы записей о Чуде в Артштеттене

[1] Существует точка зрения, что на самом деле произошло политическое убийство, замаскированное под самоубийство.

[2] Как пишут энциклопедии: Гогенберги (Hohenberg) ‒ старшая ветвь Лотарингского дома, в число Габсбургов не входящая по причине своей морганатичности. Это потомки австрийского эрцгерцога Франца-Фердинанда и его неравнорожденной супруги Софии Гогенберг, убитых в Сараево летом 1914 года. После брака Франца Фердинанда и Софии Хотек в 1900 году император Франц Иосиф возродил для нее древний Габсбургской титул светлейшей княгини Гогенберг, дозволив передать сей титул будущим детям. Детей этих было трое ‒ Максимилиан (1902-62), Эрнст (1904-54), и София (в браке ‒ графиня Ностиц; 1901-1990).

[3] Эти слова премьера позволяют допустить, что в Сараевском убийстве есть и венгерский след.

[4] Полетика Н.П. Сараевское убийство. – Л.: Изд-во Красная Газета, 1930. С. 411-412.

[5] В скобках заметим, – урожденной баронессой фон Роте, и княгиней Яблоновской по мужу. Но поскольку в «демократической» Австрии быть аристократом, мягко говоря, «не модно», то супруг Элизабет, имеющий в том числе венгерские и итальянские корни, выбрал наименее дворянски звучащее из родовых имен.

[6] По памяти воспроизведены строки из поэмы моего университетского друга Валерия Шленова, посвященной памяти эрцгерцога Франца Фердинанда.

*Глава из книги Бориса Галенина «Войсковая Православная Миссия и ее служение России»

Объявления

Наиболее интересное

Ещё похожие новости