Экономика

Золотой год: китайцы скупают золото

Апрель 07
07:46 2011

Золотой год: китайцы скупают золото


Одно из отличий китайского и западного менталитетов заключается в том, что китайцы хорошо помнят года Культурной революции, а мы уже забыли о Второй мировой войне. Поколение, пережившее ее, осторожнее. Эти люди больше экономят, стараются иметь дома какие-то запасы, потому что никогда не знаешь, что может быть. Но при этом они ощущают себя несовременными и как бы из другого мира. Китайцы на них во многом похожи. У них до сих пор есть склады, они делают запасы как в старые времена, чтобы выжить, если вдруг что-то случится.



Лондонская газета Financial Times обычно не терпит громких слов, но положение, которое сложилось перед началом китайского Нового года (он начался 3-го февраля), издание описало почти бульварным языком: «Трейдеры поражены интенсивностью покупки китайцами драгоценных металлов в течение последнего месяца. Спрос невероятен. Размеры заказов потрясают. (…) Китайцы за последние три месяца скупили 200 тонн золота». 


За последние десять месяцев импорт золота в Китай вырос в пять раз. А ведь Китай крупнейший мировой производитель золота! Тем не менее, в прошлом году страна, скорее всего, проглотила около 650 тонн этого драгоценного металла, четверть мировой продукции. Вторую четверть традиционно потребляет Индия.  



Произошел интересный парадокс. Ряд европейских аналитиков в последние месяцы предупреждали о возможном «золотом пузыре», то есть о слишком высоких ценах на золото, которые не отражают его настоящую стоимость и поэтому должны скоро упасть. Американцы и европейцы начали золото продавать. Китайские банкиры и обыкновенные люди читали те же самые новости, но радостно скупали освободившиеся золотые запасы и, судя по всему, просто так не перестанут этого делать. За этим должен стоять не только богатеющий средний класс, но и разница менталитетов. Китайцы ставят на уверенность, которую приносят запасы под собственной крышей, и, видимо, напечатанным бумажкам верят меньше, чем мы. А мы пока измеряем мир не долгосрочными гарантиями, а, скорее, мгновенной прибылью. Здесь у меня появляется такое цыганское чувство. Цыгане не думают о будущем, чтобы радоваться сегодняшним днем. А мы перестали думать на долгосрочную перспективу, но радоваться мы еще не научились.