Общество

Власть делает ставку на силу и не хочет прислушаться к обществу

Июль 08
08:45 2012

Власть делает ставку на силу и не хочет прислушаться к обществу


  Поэтому письмо деятелей культуры против ювенальной юстиции останется без ответа


СМИ любят муссировать темы о детях-жертвах, как бы цинично это ни звучало. Заметки и репортажи о пропавших и найденных убитыми детях или о сумасшедших мамашах, выкидывающих своих чад с балкона из мести родне, – все это неизменно вызывает сильнейшие эмоции у граждан. Несложно при этом проследить и одну любопытную тенденцию: редко какой из подобных сюжетов проходит без явно озвученных или подразумеваемых упреков в адрес органов опеки – «не уследили!», «не предотвратили!».


Письмо против внедрения ювенальных технологий в России подписали (по публикации в газете «Известия»): Беляев В.В., Бортко В.В., Буданов В.Г., Бузиашвили Ю.И., Бурляев Н.П., Васильева Е.С., Волгин И.Л., Горшков Б.Л., Грановская Р.М., Гречко Г.М. Егоров Б.Я., Жук Л.Я., Захарова Н.В., Караулов А.В., Козырев А.А., Конкин В.А., Кургинян С.Е., Куманев Г.А., Леонтьев М.В., Литвиненко А.П., Лиханов А.А., Макаров В.Л., Малинецкий Г.Г., Маевский В.И., Медведева И.Я., Медведева М.В., Мкртчян Л.В., Мориц Ю.П., Нарочницкая Н.А., Норштейн Ю.Б., Овсянников В.П., Петраков Н.Я., Петров А.К., Поляков Ю.М., Проханов А.А., Пьецух В.А., Сенявская Е.С., Тарбоков В.М., Третьяков В.Т., Хитяева Л.И., Шахгалдян Карэн, Шишова Т.Л.


 В этих условиях борцам с т. н. ювенальными технологиями приходится ох как нелегко. Как разъяснить взвинченному, «на эмоциях» обывателю, что его гневные требования государственных репрессий против «обидчиков» детей имеют очень мало общего с благородством? Как внушить, что вовсе не все мамы в состоянии стресса выкидывают детей из окон, иначе это происходило бы едва ли не ежеминутно и повсеместно? Как объяснить уже успокоившемуся обывателю, что и уже прописанные в законодательстве меры по защите детей, при всех своих огрехах, более чем достаточны, и достаточно разве что поменять что-то в оркестре, не перестраивая всю консерваторию?


 Между тем в кулуарах российского парламента зреет ряд, мягко говоря, странных инициатив, которые возводят идею защиты детей на уровень какого-то безумного фетиша, предлагают преобразовать опеку из инструмента экстренной помощи в некую карательную структуру. Ряд готовящихся к принятию законопроектов предполагают внесение поправок в действующие кодексы, которые в случае их принятия полностью переформатируют укоренившуюся в обществе систему взаимодействия между родителями и детьми. И все это, разумеется, произойдет исключительно под знаменем приоритета интересов детей. Образно говоря, из расхожего лозунга «Все лучшее – детям!» изымается всего одно слово – «лучшее».


 В условиях «ювенальной диктатуры» (так уже метко «обозвали» уготованное принимаемыми законами будущее противники ювенальных технологий) родителям придется ежесекундно денно и нощно думать, не нарушаются ли ими права их ребенка. Родительство становится не радостью ответственности за воспитание своего защитника и достойного гражданина своей страны, а просто ответственностью перед своим ребенком. Физическое наказание приравнивается к жестокости: дал сыну ремня – истязание, становишься в один ряд с педофилом-насильником, а там уж сколько угодно объясняй нюансы следователю, прокурору, судье, сокамерникам…


 Не разрешаешь курить? Запрещаешь гулять с «друзьями»-наркоманами? Не пускаешь в игровой-клуб «рубиться в стрелялки»? Сейчас это еще могут назвать должным исполнением родительских обязанностей, хотя уже сегодня дитя может пожаловаться на родителя-тирана по телефону доверия или школьному психологу. Тогда, родитель-тиран, жди в гости органы опеки и уповай на свой дар убеждения и вменяемость гостей. Но это сейчас, пока «технологии» действуют в русле имеющегося законодательства…


 Перспектива такой системы, когда дети смогут править (даже не управлять, а именно что править!) своими родителями, – не из области фантазий. Соответствующие законопроекты уже ждут часа своего принятия: есть и подписанные Россией международные обязательства, которые вроде как и не оставляют законодателям выбора; есть и утвержденная уже Владимиром Путиным «Концепция формирования национального плана действий в интересах детей», которая, убеждены эксперты-антиювеналы, призвана стать плодороднейшей почвой для соответствующих нормативных актов.


 И вот в сети появилось «Открытое письмо деятелей науки и культуры президенту России, правительству, Совету Федерации, Государственной Думе, российским гражданам по поводу угрозы введения в нашей стране ювенальной юстиции». Акт ожидаемый, подобная петиция напрашивалась давно, и можно разве что удивиться, что лишь сейчас у авторов вдруг обнаружилось время для коллективного обращения. Не поздно ли? Вот в чем вопрос. Среди подписантов указанного письма, опубликованного в «Известиях», нет, конечно, представителей высшего звездного пантеона, что, вероятно, даст повод сторонникам ювеналки от души позубоскалить, а то и накатать ответное письмо, привлекая в подписанты «свет культуры и науки». Да, письмо в защиту традиционного семейного уклада подписали те, кому не тягаться с творцами «кассовой культуры», – Николай Бурляев, Владимир Бортко, Лина Мкртчян, Вячеслав Пьецух. Но есть и «оскароносный» Александр Петров (свою статуэтку в Лос-Анджелесе он получил за мультфильм «Старик и Море»), есть просто легендарный мультипликатор Юрий Норштейн, в лишних представлениях не нуждающийся, есть выдающийся исследователь наследия Достоевского, ученый и писатель Игорь Волгин… Но не стоит поддаваться искушению сопоставлений. Интереснее имен и регалий сам текст, выделяющий это письмо из сотен прочих прежде всего своей очевидностью.


 «То, что дети могут быть решением органов опеки изъяты у малообеспеченных родителей и переданы в другие руки – в более «благополучную» семью или приют, входит в неразрешимое противоречие с культурно-нравственными представлениями нашего народа. Ведь бедность никогда не считалась зазорной в православной или любой другой традиционной культуре. И навязать нашему обществу либерально-рыночный подход в этом вопросе не удастся», – пишут авторы обращения. Поспорить тут можно разве что с последним утверждением. Власть, похоже, вовсе не отчаялась в попытках навязывания либерально-рыночных подходов на всех направлениях. И чего тут отчаиваться, когда есть и успехи? Уже то, что сама дискуссия по ювенальным технологиям стала возможной, тому подтверждение. Но авторы, как добрые христиане, видят крупицы надежды в безнадежном.


 Столь же отчаянно подписанты стремятся воздействовать на главный условный рефлекс власти – самосохранение. «Разумно ли в сегодняшней непростой ситуации системного кризиса, и так чреватой потрясениями, осуществлять столь непопулярные нововведения и дополнительно настраивать народ против руководства страны?» – вопрошают они. Интрига в том, что они думают, что вопрошают риторически, но власть ведь может ответить им на этот вопрос и так: «Да, разумно».


 Просто потому, что власть не боится народа.


В беседе с обозревателем ведущий эксперт Центра политической конъюнктуры, политолог Павел Салин скептически оценил перспективы данного открытого письма, не исключив, что власть все же может поступиться идеей ювенальной юстиции:


 – Сейчас, буквально в последние несколько недель, произошло возвращение к практике т. н. петиционных кампаний, когда одним из инструментов политической борьбы выступают все эти коллективные письма, подписанные авторитетными людьми из различных сфер жизни. И это – не новость, потому что подобные кампании происходили и ранее. Можно вспомнить, например, громкую петиционную кампанию, связанную с Ходорковским. Если помните, там тоже сначала было письмо в его поддержку, подписанное авторитетными деятелями, а потом последовало письмо с прямо противоположными тезисами. И вот этот симметричный ответ и стал тогда как раз ответом власти.


 Сейчас ситуация несколько иная. Если ранее власть делала упор на информационное регулирование, то сейчас, в частности, в последнюю пару месяцев, ставка делается уже больше на силовые инструменты. Сам ее стиль в последние месяцы стал более жестким. Так что в данном случае реакция на открытое письмо (это ли или любое другое) сведется, вероятно, в лучшем случае к заявлению на уровне пресс-секретаря.


 Я так понимаю, что власть постепенно приближается к убеждению, что лишь силовые методы воздействия на общество себя не оправдывают, но пока что не готова смягчить свои принципиальные позиции. Переломным моментом здесь может послужить ситуация осенью. Если массовая протестная активность к этому времени сохранится и, более того, начнет перекидываться на регионы, – наверху окончательно осознают, что ставка лишь на жесткие инструменты себя не оправдала, и власть сосредоточится на технологиях информационного манипулирования, в частности, на петиционных кампаниях. Но, повторюсь, если это и произойдет, то не раньше осени, причем не начала, а скорее середины-конца.


 Власть сегодня вообще вынуждена принимать непопулярные меры по ряду внешнеэкономических и политических причин, но при этом, если данные меры будут очевидно грозить ростом социальной напряженности, ростом протеста, в каких-то моментах власть может пойти и на попятную, – например, в тех вопросах, которые не являются для нее такими уж принципиальными. В их числе – и ювенальная юстиция.