Произвол

В отличие от Лукашенко для российской элиты интересы народа не актуальны

Июнь 17
00:40 2009

В отличие от Лукашенко для российской элиты интересы народа не актуальны


Конфликт Москвы и Минска по поводу молочной продукции производства Белоруссии, который, после отказа Белоруссии в приезде на саммит  ОДКБ стал международным общеизвестен. Его можно обсуждать часами (что и происходит, в частности, в интернете), придумывая все новые и новые аргументы как за одну, так и за другую сторону. Мы не будем этим заниматься, поскольку дело достаточно неблагодарное – либо та, либо другая сторона обвинит тебя в клевете, непонимании ситуации, незнании фактологии и так далее, и тому подобное. А попытаемся оценить объективную ситуацию, в которой происходят все эти события, с учетом, разумеется, общеэкономической ситуации в мире.


Начнем мы с того, что Белоруссия не может иметь сегодня, в рамках сложившейся системы разделения труда, самодостаточную экономику. Собственно говоря, не может и Россия, но она сильно больше, и ей достался от СССР почти самодостаточный кусок, на поддержание которого, правда, нужно денег существенно больше, чем у России есть, в результате чего эта промышленность постепенно умирает. Но пока ее все-таки достаточно много для того, чтобы создавать некоторые иллюзии. А вот у Белоруссии совсем плохо – она в принципе не может поддерживать более или менее приличный уровень жизни своего населения и своей промышленности без доступа на внешние рынки.


Собственно говоря, в таком положении оказались все бывшие республики СССР,  но они, в отличие от Белоруссии сделали выбор на сотрудничество с Западом. Точнее, они очень хотели продавать свою продукцию на российские рынки, но исключительно в рамках своего политического движения на Запад. Как следствие, эти рынки они довольно быстро теряли, да и отсутствие инвестиций со стороны Запада играло свою негативную роль… А вот Белоруссия сделала другой выбор, и, как следствие, получила серьезное конкурентное преимущество, скажем, перед Украиной. Результат которого мы и видим сегодня на положении дел в этих странах.
Вторым существенным преимуществом Белоруссии стало сохранение социалистической системы управления народным хозяйством.  Сейчас много говорится о проблемах почти всех стран мира, которые понационализировали колоссальное количество различных коммерческих структур, в первую очередь – финансовых. И что с ними теперь делать? Ведь капиталистические государства, особенно, исповедующие либеральные идеи, давно отказались от всех реально работающих систем государственного планирования и управления коммерческими предприятиями. А вот у Белоруссии такая система существует до сих пор и ее эффективность, разумеется, теперь существенно выше, чем у большинства стран мира.


А вот в России с этим большая беда. Как только упали мировые цены на нефть, российские «эффективные собственники», попавшие «из грязи в князи» усилиями разных гайдаров и чубайсов, обнаружили свою полную хозяйственную и бизнес-несостоятельность. Они не умеют работать и, более того, категорически этого не хотят, поскольку годы попустительства тотальной государственной коррупции привели к тому, что они четко усвоили, что все равно, никакая хозяйственная деятельность не сравнится по эффективности с этой самой коррупцией – а значит, вкладывать деньги в производство и вообще, в развитие, это – идиотизм! В лучшем случае, они были готовы терпеть, как в их предприятия вкладывали деньги какие-то сторонние инвесторы, хотя и тут пытались получить свою «законную» долю.


Беда в том, что кризис резко сократил возможности современной российской элиты по расхищению государственных и общественных денег. А желания, наоборот, усилил. И в этой ситуации она с большим интересом стала смотреть на Белоруссию, поскольку ее предприятия не просто активно обновлялись все эти годы, но еще и вовлечены в рыночные механизмы, имеют рынки сбыта и, тем самым, представляют собой большой интерес именно с точки зрения тех схем обогащения, к которым она привыкла.  Беда только в том, что в Белоруссии сложилась своя элита, с совершенно другими стереотипами поведения, другими ценностями и методами управления предприятиями и государством.


И именно это противоречие является главным в отношениях России и Белоруссии. Можно предъявлять разные претензии к Лукашенко и его команде, но в его системе приоритетов интересы Белоруссии и ее народа играют важнейшую роль. А для современной российской элиты интересы российского народа и России в целом – вещь совершенно не актуальная, их семьи живут во Франции, Германии и Англии, их дети зачастую даже не знают русского языка.  Они готовы использовать возможности российского государства для личного обогащения и давления на Белоруссию в этом направлении, но представлять интересы России в переговорах с Белоруссией они не умеют и, в общем, скорее всего, и не собираются!


А значит, договориться с руководством Белоруссии они не могут. Лукашенко готов идти на уступки России (в рамках понятных договоренностей), но идти на уступки конкретным российским олигархам, которые, к тому же, почти наверняка потом приведут к проблемам, аналогичных газовым войнам России с Украиной, он совершенно не готов. А если еще учесть, что в российской политике важную роль играют люди, почти откровенно выражающие интересы некоторых других стран, то взаимодействие еще более осложняется. А поскольку внешние рынки ему нужны позарез (см. выше), то он начинает искать более адекватных партнеров. Что вызывает еще большее раздражение в России, поскольку таким образом не только уходят «сладкие» активы, но и ухудшаются внешнеполитические позиции России, то есть, опять-таки, возможности по их конвертации в конкретные доходы конкретных лиц.


А «другие страны» тоже не дремлют: в условиях все усиливающегося мирового кризиса им совершенно ни к чему наличие государства, демонстрирующего всему миру преимущества социалистических методов хозяйствования. Им тоже нужно, чтобы у Белоруссии были неприятности, поскольку в противном случае они выглядят крайне бледно на фоне руководства Белоруссии и системы управления ее хозяйством. В этой ситуации очень бы хотелось, чтобы Россия перенимала передовые методы управления со стороны Белоруссии и максимально с ней сближалась, но пока, к сожалению, все идет в противоположном направлении. А жаль – потому что сохранить нынешнюю компрадорско-клептократическую систему управления российской экономикой все равно не получится.