Происшествия

Уничтожение церкви в Джаковице и продвижение независимого Косово

Август 05
20:22 2008

Уничтожение церкви в Джаковице и продвижение независимого Косово



    Несколько дней назад официальный сайт Синода СПЦ опубликовал два текста, инспирированных новыми действиями шиптаров, проводимых с целью дальнейшего уничтожения сербского духовного и культурного наследия в Косово и Метохии.
    Духовный и культурный геноцид сербского народа и сербского наследия, интенсивно проводимый шиптарами с 1999 года, усугубился новым нападением на остатки церкви Святой Троицы в Джаковице. После минирования храма в 1999 году и растаскивания обломков церкви в марте 2004, установки на этом месте памятника УЧК в конце декабря 2005 года, осенью прошлого, 2007 года, была проведена дополнительная расчистка участка, а несколько дней назад совершена попытка уничтожения всяческих следов существования этого храма – по сведениям Епархии, с помощью строительной техники фундамент был снесен, а участок засыпан землей для того, чтобы впоследствии на этом месте разбить парк. Епархия тотчас же проинформировала о случившемся викарного епископа Феодосия Шибалича, направив его на исследование этой проблемы.
    Написанные и опубликованные на сайте СПЦ тексты Епископа Феодосия Шибалича и монаха Савы Янича из Дечан, вызывают ужас и изумление содержащимися в них посланиями, которые они коварно и умело, под маской тревоги об уничтоженном сербском наследии, доносят до сербского народа. Вместе с тем, вызывает озабоченность тот факт, что подобные тексты размещены и продвигаются на официальном сайте Синода СПЦ! Неужели священный Синод СПЦ снова станет промоутером внедрения и признания незаконных, антисербских, а теперь еще и ложных шиптарских институций, непосредственно подводя нас к признанию независимого Косово? К примеру, недавний случай в начале 2005 года, когда был подписан Меморандум о восстановлении церквей с министром шиптарских Временных органов самоуправления, то есть тех институций, которые ни сербское государство, ни сербская Церковь не признавали легитимными и существующими (при том, что и Церковь и государство призывали сербов Косово и Метохии не участвовать в выборах, проходивших в Косово в октябре 2004 года, а также бойкотировать институции, которые будут устанавливаться на основании этих выборов, что и нашло единодушную поддержку сербов — только 0,3 % сербов пришло к избирательным урнам). Но спустя всего несколько месяцев после официально объявленного непризнания выборов и институций, созданных на их основании, отдельные сановники СПЦ нарушили свое слово и первыми признали шиптарские институции, поддержав подписание Меморандума о восстановлении разрушенных церквей с Астритом Харачия (против которого в прошлом году Международным трибуналом в Гааге было выдвинуто обвинение в совершении военных преступлений), обострив, таким образом, ситуацию и расколов сербский народ.
    Наряду с представлением общественности двух вышеупомянутых текстов, было направлено и особое письмо Епархии в виде извещения, подписанного викарным Епископом Феодосием Шибаличем, которое по своему содержанию ничем не отличается от упоминаемых текстов с сайта Синода СПЦ.
   
    Поражает готовность обоих авторов упомянутых текстов принять и признать легитимность противоправных и незаконных шиптарских институций, созданных после попытки насильного отсоединения части территории государства Сербия путем незаконного провозглашения независимости Косово и Метохии 17 февраля 2008 года.
    На нескольких страницах своих текстов викарный Епископ Феодосий Шибалич и С. Янич, говоря о функционировании незаконного образования, названного независимым Косово, неоднократно используют выражения: «новые косовские институции», «местные косовские институции», «новая косовская власть», «косовские официальные лица», «официальные институции самопровозглашенного государства Косово». На этих страницах без смущения говорят (вик. Еп. Феодосий Шибалич) и об «официальной позиции вновь провозглашенного Правительства Косово», выражая сомнение в «декларативной готовности Правительства продолжить восстановление разрушенных сербских святынь», заявляя при этом, что Правительство Косово не имеет контроля над своими институциями в общинах»! (и, возможно, оправдывая этим признанного военного преступника Хашима Тачи).
    До провозглашения независимости 17 февраля шиптарские институции официально назывались Временными органами самоуправления (название не содержало ни национальной принадлежности, ни, тем более, территориальной), а сейчас Феодосий Шибалич и С. Янич дали им название «косовские институции»! Присваивая им название, носящее территориальный характер, они напрямую указывают на Косово как на территорию, отделенную от Сербии, как на самостоятельное государство. При этом, выражение «новые институции» практически неощутимо намекает на их легитимность и валидность,  а в самих текстах обоих авторов невозможно найти ни одного слова или выражения, которые говорили бы об их непризнании, незаконности, противоправности, антисербскости, фальшивости…
    Трудно перечислить все формы и стилевые приемы речи, которые авторы используют для намека и указания на легитимность шиптарских незаконных институций, учитывая, что всего на нескольких страницах это сделано раз сорок, но невозможно не упомянуть о следующих случаях.
    Так, С. Янич смело заявляет, что «община Джаковица имеет полное и легитимное право оспорить собственность СПЦ», упоминая, что «для этого существуют суды и правовой процесс, где другой стороне дается возможность защитить свои права»!
    Откуда у «общины Джаковица полное и легитимное право оспорить собственность СПЦ»? Кто (кроме С. Янича и Феодосия Шибалича) дал ей это право? Этот факт, к сожалению, хорошо известен. К тому же, заявляется, что СПЦ «дана возможность защитить свои права» в судах независимого Косово!? Какова цель подобных утверждений? Это больше похоже на одурманивание самосознания сербского народа и постепенное его приучение к «новой реальности» независимого Косово.
    Феодосий Шибалич, говоря с уважением о «председателе общины Джаковица», о его письме, обещаниях, не упустил возможности повысить того в должности, назвав «градоначальником»!


    В свете всего вышеизложенного, легко понять то негодование, которое выразили оба автора, поскольку «председатель общины Джаковица» начал производство работ «без согласия собственника», «без разрешения собственника», «без каких-либо консультаций с собственником земли», «без консультаций с Церковью», а после их вмешательства «председатель общины подчеркнул, что община не будет дальше предпринимать какие-либо действия без предварительной координации с КСО и СПЦ». Авторы, следовательно, равноправно вели бы с ним переговоры в отношении планирования работ, так как  признают легитимность общины Джаковица.
    Не меньше удивляет и лексикон, используемый для описания новой деятельности, проводимой с целью уничтожения всего сербского в Косово и Метохии.
    Так, неоднократно повторяются выражения «несанкционированные работы», «незаконные работы», «несогласованные работы», «нелегальный труд», «произвол местных управленцев», «правовое насилие», «институциональные репрессии», «узурпация церковной земли», «нарушение имущественных прав» и, конечно, «нарушение Меморандума».
    Допустимо ли говорить здесь о каком-либо «правовом насилии» или «институциональной репрессии», если не вспомнить при этом о злоумышленниках, с 1999 года совершавших преступления против церкви Святой Троицы, и не потребовать отдать их под суд, поскольку личности преступников известны, а сами преступления организовывались и даже поощрялись тогдашними местными властями Временных органов самоуправления? Если сегодняшняя община Джаковица признается легитимной, а в шиптарских судах представляется «защита своих прав», почему же тогда, сначала не потребуют удовлетворения справедливости за столькие преступления, совершенные в Джаковице (и на территории всего Косово и Метохии) с 1999 года по сегодняшнее время?
    Оба автора прикладывают значительные усилия, чтобы среди сербской общественности создать впечатление о том, что фундамент церкви «сохранен» и «лишь» засыпан слоем земли. Утверждается даже, что Феодосий Шибалич «смог убедиться, что фундамент храма покрыт слоем земли в один метр». Возникает вопрос, каким образом викарный Епископ «мог убедиться», что «фундамент храма покрыт», если он его не видел? При этом следует иметь в виду, что Епархия предварительно была извещена о том, что фундамент убран до насыпания земли, а эта информация была доведена до Феодосия Шибалича.
    Его «убедило» всего лишь заявление «председателя общины Джаковица», который «особо подчеркнул, что власти общины не касались фундамента храма»? Откуда появилось такое доверие, если тот же самый «председатель общины» также «подчеркивал, что община не будет предпринимать дальнейших шагов без согласования с КСО и СПЦ», а меж тем «уже на следующий день монахи монастыря Высоки Дечани посетили локацию в Джаковице, где смогли увидеть, что работы идут полным ходом»!
    В конце своего текста викарный Епископ Феодосий Шибалич подчеркнул, что последние события в Джаковице поставили под угрозу дальнейшее исполнение Меморандума, указав, что  ответственность лежит «косовских властях, которые до сих пор содействовали этому процессу». Подобные заявления Феодосия Шибалича не вызывают ничего кроме недоверия, поскольку известно, что характер реального «содействия», оказываемого «косовскими властями» выражался в попытке переименования сербского культурного наследия в «косовское», «иллирское», «византийское» и отмене прилагательного «сербское»; в издании публикаций, где сербские задужбины периода Неманичей представлялись как «албанские»; в приложении усилий для препятствования началу восстановления монастыря Святых Архангелов под Призреном и церкви Святой Троицы в Джаковице (с чем, к сожалению, Феодосий Шибалич, как член Комиссии по восстановлению религиозных объектов (КСО) годами был согласен и тем самым способствовал пролонгации начала проведения восстановительных работ и дальнейшему опустошению объектов); в намерении провозгласить монастырь Святых Архангелов археологическим местонахождением, а монашеское братство выселить; в непроведении необходимых мероприятий для того, чтобы уничтожение и разграбление сербских церквей было остановлено; в подстрекании местного шиптарского населения к насилию над святынями сербского народа… Список слишком длинный и неприглядный.
    В свете вышеизложенного особенно настораживает заявление Феодосия Шибалича о том, что в работе Комиссии по восстановлению религиозных объектов «от имени косовских институций» принимает участие УНМИК; а также данные о том, что в начале июня состоялось первое в 2008 году заседание Комиссии при участии, в числе прочих, и шиптарского Министерства культуры и УНМИК.
    Возникает вопрос, требующий очень серьезного ответа, как Феодосий Шибалич, невзирая на распоряжение правящего Епископа Рашско-Призренского Артемия и решение Собора СПЦ, осмелился продолжать участвовать в работе Комиссии по восстановлению религиозных объектов, в которой «от имени косовских институций» участвует УНМИК, а также сами «косовские институции»?


    Может быть, кто-то и будет удивлен подобной позицией Феодосия Шибалича. Но, хоть сколько-нибудь осведомленным людям, которым были известны его прежние позиция и работа, знакомы и подобные проступки. Перечислим лишь некоторые из них.
    Некоторые из пустых фраз, используемых до 17 февраля 2008 года – «несмотря на статус», «я — гражданин Косово»… – особенно часто употреблялись во время посещения США в составе Синодской делегации:
    «каким бы не был статус, тяжелые проблемы останутся»
    «вопрос независимости Косово для обычного серба в КиМ не столько вопрос национальной гордости, сколько вопрос существования – как остаться и выжить в обществе, где годами нет существенного прогресса»
    «я глубоко осознаю, что наше будущее как граждан Косово именно в КиМ, несмотря на то, каким будет его будущий статус, и какой расцветки государственный флаг»
     «я это говорю не только как серб, но и как обеспокоенный гражданин КиМ»
    особенно устрашающе звучит заявление, что ОВК – «организация, ответственная за серьезные нарушения прав человека не только сербов, но и албанцев и других граждан КиМ»
    «в переговорах о будущем статусе Косово и Метохии очень важно реально рассмотреть нашу ситуацию и не требовать больше того, что реально можем получить».
    И в недавнем послании Иоакиму Риккеру в июне 2008 года, по поводу отказа общины Дечани выполнить решение УНМИК о возвращении земли монастырю Дечани, Феодосий Шибалич говорил о том, что решение общины Дечани «глубоко подрывает порядок, мир и устройство в крае»! О каком «порядке, мире и устройстве» в Косово и Метохии говорит Феодосий Шибалич? Не цинизм ли это по отношению к 150 разрушенным церквям, 250.000 изгнанных сербов, более 2000 убитых и похищенных сербов, десяткам тысяч разрушенных и узурпированных сербских домов, провозглашению независимости 17 февраля…?


    И наконец, не менее ужасно в текстах упоминаемых авторов звучит заявление о параличе и немощи международного присутствия в Косово и Метохии — УНМИК, приведших к созданию международной миссии, которая сможет навести порядок – ЕУЛЕКС. Если уж было возможно признать легитимность и постепенно привыкнуть и принять «новые косовские институции» и «вновь провозглашенное Правительство Косово», то почему же нельзя было оправдать и принять приход ЕУЛЕКС?
    Так, в текстах читаем, что в КиМ имеет место:
    «стремительное разрушение международного авторитета в Крае»,
    «уменьшение международного присутствия в Косово», которое «не в состоянии контролировать ситуацию на местах»;
    «полный международный вакуум в Косово»;
    «полное отсутствие международного контроля»;
    «косовские самопровозглашенные власти… больше не признают УНМИК, который постепенно превращается в немого наблюдателя»…
    Разве не то же самое утверждает Бан Ки Мун, оправдывая свое решение о реконфигурации УНМИК и переносе полномочий на ЕУЛЕКС?
    «УНМИК больше не может исполнять роль переходной администрации так же эффективно, как раньше».
    Бан считает, что «способность УНМИК исполнять свои функции так же, как прежде, расшатана действиями власти в Приштине и косовских сербов»;
    что в Приштине Временные органы самоуправления предприняли меры, направленные на принятие на себя полномочий УНМИК;
    что косовская Конституция, вступившая в силу 15 июня, не предусматривает реального участия УНМИК;
    что парламент в Приштине принял ряд законов, по которым многочисленные полномочия, прежде предоставленные главе УНМИК, передаются в руки краевой власти…