Произвол

У нас действительно сейчас не 37-й год. А жаль

Ноябрь 23
05:50 2012

У нас действительно сейчас не 37-й год. А жаль


На такие размышления наводит ход расследования дела о коррупции в Минобороны


«Следствие нарисовало себе какую-то цепочку и теперь пытается в этом всех убедить. А где Васильева, где Сердюков, почему их не допрашивают? Почему моя дочь одна отдувается за весь «Оборонсервис»?», — такими вопросами в интервью «Известиям» вчера задавалась мать обвиняемой по этому громкому делу Екатерины Сметановой Ольга Пожарская. Вопросы вполне резонные, а ответы на них, увы, весьма предсказуемые.


Следствие идет уже достаточно долго, а показаний на Сердюкова все нет. Их нет даже на его ближайшую соратницу Васильеву, подозрительно долго находящуюся в клинике «после небольшой операции». Последнее означает, что подступиться к бывшему министру у следователей пока не получается. На этой почве, возможно, и возникли вчерашние публичные трения между СКР и МВД, считает источник «Ведомостей», близкий к следствию. А заявление «говорящей головы» Следственного комитета Владимира Маркина о том, что экс-министра обороны вскоре могут допросить, в администрации президента сочли преждевременным, пишет газета, ссылаясь на свою информацию из околокремлевских кругов.


Более того, по информации СМИ, следственной группе прямо запретили брать Сердюкова в разработку, хотя у нее есть доказательства причастности бывшего министра к данному уголовному делу. «Когда ребята, которые брали Васильеву, спросили у начальства: «Ну а как Сердюков? Давайте с ним работать», было четко сказано: «Все, остановитесь. Ничего больше не будет. Вам же говорили, у нас не 1937 год», — цитирует Газета.ру анонимного собеседника, имеющего отношение к следствию.


Напомним, что про 37-й год говорил в конце прошлой недели никто иной,как президент Владимир Путин, когда комментировал несостоявшееся назначение Сердюкова в «Ростехнологии». Выходит, руководители следствия восприняли его слова как рекомендацию поумерить пыл? Если это так, впору задаться вопросом: а что тогда это было? Действительно ли идет широкомасштабная борьба с коррупцией или происходит нечто другое, скрытое от глаз широкой публики?


Наблюдатели допускают, что это разноплановый ответ власти на новые вызовы. По данным Левада-центра, 80% россиян называют коррупцию одной из главных российских проблем, а фонд «Общественное мнение» приводит данные мартовского опроса, в котором 44% респондентов в Москве считают, что уровень коррупции повышается, и еще 43% не заметили положительных изменений.


В аналитическом докладе «Протестное движение в России в конце 2011—2012 гг.: истоки, динамика, результаты», подготовленным сотрудником Левада-центра Денисом Волковым, коррупция, наряду с произволом исполнительной и судебной власти, называется одной из причин политизации гражданских активистов. Именно с включением в политические процессы людей, которые ранее не интересовались политикой, связывают многочисленность уличных протестов последнего года.


Волков объяснил, что социологи стали связывать негативные стороны власти с президентством, хотя ранее этого не было. «Буквально пару месяцев назад около половины россиян стали приписывать Путину ответственность за отрицательные стороны власти. Мы тогда предположили, что следует ждать громких шагов. И уже спустя неделю президент делал выговоры министрам», — напоминает эксперт. «Может быть, в этом контексте следует воспринимать последние действия, чтобы переложить ответственность за коррумпированность: сразу понятно, кто на самом деле виноват», — говорит Волков о последних коррупционных разоблачениях.


Следовательно, все коррупционные дела последнего времени послужили громоотводами, призванными увести в почву электрические разряды недовольства, клубящиеся в обществе. Самый большой из них, величиной с Останкинскую башню, безусловно, скандал вокруг Мнобороны и его «Оборонсервиса», формально независимого, но кто же в это поверит.


Личность непопулярного министра придала делу особый шарм. Более половины россиян (56%) положительно отнеслись к решению Путина снять Сердюкова с поста министра обороны, поскольку считают, что он был «замешан в воровстве и коррупции», о чем свидетельствуют данные опроса ФОМ, проведенного 11 ноября.


Но это только одна сторона дела. Другая состоит в том, что бояре перестали считаться с царем. Нет, внешне все по-прежнему — почести и чинопочитание остались на месте. Но если раньше руки в бюджет запускались по локти, то теперь — по плечи. В связи с этим Путин ищет новые способы быть опасным для элиты, считает директор Фонда эффективной политики Глеб Павловский. «Путин, если он не опасен для истеблишмента, значит, не интересен в качестве и защитника для них. Прежний подход Путина к управлению элитами, так называемая политика «стабильности» или «управляемой демократии», предполагала сильный ресурс популярности Путина у электората, поэтому он мог выступать арбитром в конфликтах элиты. Но к третьему сроку его популярность снизилась, и он ищет новые управления чиновниками», — объясняет опытный в кремлевских делах политтехнолог.


Получается, Путин спасает рейтинг. Однако планка, кого можно трогать, все еще не поднята достаточно высоко. «Ясно, что в верхах идет борьба, но она шла всегда, а сейчас впервые стало заметно перемещение границ, меняется влияние, появились первые проигравшие. Мы видим фиксированный уровень атак, то есть под следствие попадают чиновники не выше замминистра», — констатирует Павловский.


«Долгие годы репутационный ущерб, наносимый элите уровнем коррупции в стране, не трансформировался в прямую угрозу власти и лично президенту. Теперь ситуация изменилась, поэтому изменилось отношение к проблеме и у руководства страны. Я считаю, новый антикоррупционный курс власти, продиктованный Путиным, имеет системный характер. Мы это видим по жесткому и быстрому принятию решений и кругу лиц, которые попали в сферу внимания органов дознания. Я думаю, кампания будет продолжаться… Давайте вспомним недавний опрос ФОМ, из опубликованных данных следует, что большинство россиян восприняли новый курс власти по борьбе с коррупцией как системный», — сказал Газете.Ru гендиректор Агентства политических и экономических коммуникаций Дмитрий Орлов.


Впрочем, нетрудно предугадать и ту кислую реакцию, которая неизбежно появится в обществе, если Сердюкова хотя бы не допросят по делу «Оборонсервиса». Без этого весь пиар власти пойдет насмарку, выйдет в минус и станет ясно, что лучше уж было ничего не трогать, чем трогать таким образом. Мнения политологов на этот счет разделились. Одни считают, что за борьбу с коррупцией власти взялись всерьез, другие же полагают, что все спустят на тормозах, как только элита будет достаточно напугана и вновь построится ровными рядами, пожирая начальство глазами.


Тем временем, во вторник пресс-служба МВД сообщила, что с начала проведения оперативно-розыскных мероприятий общая сумма изъятых денежных средств и ценностей, которые могут принадлежать участникам мошеннических схем, уже составила около 700 миллионов рублей.


Стало известно и то, почему Сметанову не отпустили под домашний арест. В ходе рассмотрения вопроса об ее аресте в Хамовническом суде следователь ранее заявил, что она может скрыться на служебном самолете Минобороны. По его словам, подобный прецедент уже был: Сметанова под видом сотрудницы департамента имущественных отношений военного ведомства летала вместе с Евгенией Васильевой в Париж из подмосковного аэропорта «Чкаловский» на ведомственном воздушном судне.


Кроме того, следователь привел данные о том, что сотрудники «Центра правовой поддержки «Эксперт» способствовали уничтожению документов, являющихся доказательствами по делу «Оборонсервиса», сообщает РИА «Новости» Значит, этот скорбный труд, окажись Сметанова за пределами камеры, может продолжиться.


Тем временем эксперты продолжают обсуждать итоги реформирования российской армии под руководством Сердюкова. И надо сказать, что выводы их, мягко говоря, противоречат той оценке, которую деятельности экс-министра дал Дмитрий Медведев. Сразу после увольнения Сердюкова глава правительства, напомним, заявил: «Сердюков был эффективным министром обороны, это проявилось в ходе преобразований, которые он проводил в вооруженных силах». А вот, например экс-начальник Главного финансового управления Минобороны генерал-полковник Василий Воробьев заявил, что так называемая «аутсорсинговая реформа» (то бишь передача функций обслуживания войск гражданским организациям) была «насквозь пронизана коррупционной составляющей». «В частности, бюджетные расходы на обеспечение питанием соединений и частей по принципу аутсорсинга, по моим, далеко не полным, подсчетам, возросли более чем в десять раз», — сообщил он Интерфаксу. Хорошенькая «эффективность», чего уж там говорить…


То, что на самом деле Сердюков был, мягко говоря, неважным министром, косвенно подтвердил, как это ни странно…. Путин. Все на той же пресс-конференции, на которой упоминался «37-й год», из уст президента прозвучал и такой пассаж: «Обращаю ваше внимание, что работа советника (а СМИ как раз сообщили о возможном назначение Сердюкова советником главы корпорации «Ростехнологии» — прим. KM.RU) не связана ни с управлением собственностью, ни с управлением какими-то трудовыми коллективами. Это чисто экспертная работа». То есть к собственности и управлению Сердюкова подпускать нельзя, а вот советовать пущай советует. Показательное заявление, чего уж там…


Только есть один момент: если Сердюков ни на что, кроме как советы давать, не способен, то зачем его так долго держали во главе министерства обороны? И не должен ли как-то за это отвечать тот, кто его назначил?


Российский бизнесмен и председатель Международного антикоррупционного комитета Валерий Морозов пишет в своем блоге на сайте «Сноб»: «То, что в ближайшие дни Сердюков будет арестован, не вызывает сомнений. Если этого не произойдет, то можно будет начинать отсчет оставшихся дней для Путина в Кремле. Оставив на свободе Сердюкова, Путин предательство возьмет на себя».


… У нас, Владимир Владимирович, как вы справедливо заметили, сейчас на дворе действительно не 37‑й год. Но все чаще думается – а жаль…