Политика

Президент «жирных котов»

Июль 18
10:10 2012

Президент «жирных котов»


Обама не может противостоять лоббистам


То, что Обама — «президент надежды» и «президент перемен», помнят еще многие. Предвыборные митинги с шариками, экзальтированные старушки, лозунги Change we can — believe in. Обама постоянно подчеркивал: от Буша его отличает то, что ему верят простые американцы — от фермеров до цветных, — и то, что он далек от финансовых корпораций и лоббистов. Однако выясняется, что все это был дешевый популизм. Репутацию президента никак не назовешь безупречно чистой и незапятнанной связями с крупным капиталом.


Как сообщает некоммерческая организация «Центр контроля над политикой», в 2008 году в предвыборный фонд Обамы деньги вносили две известные корпорации Fannie Mae и Freddie Mac, с которых, как мы знаем, начался ипотечный кризис в США, а затем и мировой финансовый кризис. В списке политиков, получавших пожертвования от этих компаний, Барак Обама на третьем месте (cенатор от Иллинойса получил 106 тыс. долларов, а его главный соперник на праймериз демпартии и будущий госсекретарь Хиллари Клинтон — 76 тысяч). (Таблица 1.)


Казалось бы, ну взял деньги Обама от спонсоров, что тут такого? Вроде бы ничего. Только возникает вопрос, почему, после того как новый президент завоевал Белый дом, первым делом он занялся спасением Fannie Mae и Freddie Mac, выделив миллиарды долларов под залог акций. Почему в программе борьбы с кризисом, утвержденной Обамой в 2009 году, предусматривалась крупная финансовая помощь именно этим двум корпорациям, а, например, не Lehman Brothers?


По словам известного американиста, заместителя главного редактора газеты «Завтра» Александра Нагорного, «президент оказал решающую поддержку только двум тонущим гигантам — Fannie Mae и Freddie Mac. Они не стали государственными корпорациями, но позаимствовали из бюджета колоссальные средства, которые, кстати, так и не были возвращены. И единственным объяснением этому факту может быть то, что у этих компаний хорошее лобби.


Сразу после инаугурации Обамы с величайшей помпой был подписан указ, запрещающий принимать на работу в новую администрацию лоббистов. Этот указ должен был символизировать разрыв с предыдущей эпохой, когда даже на посту вице-президента находился чиновник, продвигающий интересы нефтяной компании Halliburton. Правда, уже на следующий день Обама был вынужден нарушить собственное распоряжение, назначив на должность заместителя министра обороны Уильяма Линна, лоббиста компании Raytheon, и предложив высокий пост в министерстве здравоохранения представителю антитабачного лобби Уильяму Корру. «Обама обещал, что не потерпит рядом с собой лоббистов, — заявил в интервью «Однако» старший научный сотрудник ИНИОН РАН Сергей Костяев, — особенно, если вопросы, которыми они собираются заниматься в администрации, связаны со сферой деятельности тех структур, чьи интересы они лоббировали. Но как было, например, объяснить казус Джоэла Бренара? Долгое время он являлся подрядчиком ЦРУ и возглавлял частную лоббистскую фирму, получавшую деньги от этой организации, а в команде Обамы ему поручили контролировать деятельность спецслужб. И это был далеко не единичный случай. Когда накопилось около десятка таких чиновников, Обама был вынужден подписать специальный указ, который освобождал их от действия предыдущего указа».


При этом президент продолжал метать громы и молнии, обещая разобраться с «жирными котами» с Уолл-Стрит и лишить их гигантских бонусов. Он уверял, что не позволит финансовым воротилам кататься как в сыр в масле, наживаясь на кризисе и расшатывая финансовую систему государства. Но, увы, все ограничилось лишь громкими заявлениями. «Реформа Уолл-Стрит провалилась, — утверждает Костяев. — Обама не решился вернуть старую систему, которая предполагала четкое разделение между коммерческими и инвестиционными банками. Деньги населения по-прежнему перекачиваются на фондовый рынок через инвестиционные подразделения банков, а значит, кризисные явления в американской экономике только нарастают. А ведь с тех пор как в 30-е годы Франклин Рузвельт разделил банковский сектор, Америка долгое время обходилась без существенных кризисов. Были спады, рецессии, но существенных кризисов не было. Однако в 1998 году министр финансов в администрации Клинтона Роберт Рубин отменил рузвельтовское правило. Объяснялось это тем, что секретарь казначейства находился под влиянием банкиров из «СитиГруп», которые и взяли его потом на работу».


Банковская реформа была спущена на тормозах, и, думается, тут не обошлось без лоббистов. С тех пор никто уже не гадал, чей президент Барак Обама — простых американцев или непростых. Ответ был очевиден. В 2010 году состоялся завтрак Обамы с топами высокотехнологичных и интернет-корпораций. А Los Angeles Times опубликовала суммы пожертвований этих корпораций в избирательный фонд Обамы и суммы, выделенные ими на лоббирование. От Apple на завтраке присутствовал Стив Джобс, от FaceBook — Марк Цукерберг. Как сообщали некоммерческие организации «Центр контроля над политикой» и Sunlight Foundation, эти компании внесли в избирательный фонд Обамы более 2 млн долларов и в три раза больше потратили на лоббирование нужных им решений в федеральных инстанциях Вашингтона. Данные цифры выглядят особенно смешно, если вспомнить, что Обама с пеной у рта доказывал, что не позволит лоббистам оплатить его приход к власти и оказывать влияние на работу демократической администрации. «Лоббисты никуда не делись из вашингтонских властных структур, — отмечает Нагорный. — При Обаме они чувствуют себя точно так же, как при Буше и при Клинтоне. Эти люди, связанные c крупными банковскими корпорациями, продолжают диктовать политику государства». И будь ты хоть трижды темнокожим, пылающим ненавистью к «жирным котам», американская политическая машина перемалывает всех. Двухпартийная система США — это управляемая форма демократии. И в ней всегда найдется место для «групп интересов», способных протолкнуть нужные им решения.