История Наиболее интересное

 Главные новости

Посмотреть правде в глаза

Государь Император Николай II
Государь Император Николай II
Август 05
06:11 2015

И.Н. Соловьев
д.ю.н., профессор, Заслуженный юрист РФ

Соловьев Иван Николаевич

Соловьев Иван Николаевич

Можно предположить, что в предверии столетней годовщины, различные мнения и сужения о событиях 2 марта 1917 года в Пскове, когда согласно имеющейся официальной версии, Император Николай II подписал отречение от престола, будут появляться впредь в информационном пространстве и вызывать дискуссии. Однако впервые правовая составляющая этих событий вызвала столь бурную реакцию различных по своей политической ориентации парламентариев.

С моей точки зрения давать правовую оценку событиям историческим можно двумя способами. Первый заключается в объективной правовой оценке совершившихся фактов и их анализе на предмет соответствия действовавшему тогда законодательству, а второй в формировании субъективных представлений о том, что могли бы сделать или хотели сделать различные участники событий, поисках некой третьей силы и дальнейшем навязывание собственной позиции другим людям.

Катализатором состоявшейся дискуссии стал фрагмент выступления Прокурора Крыма Н.В. Поклонской на открытии 19 мая этого года бюста Николая II перед Ливадийским дворцом: «Бумага, которую в учебниках истории преподносили как якобы отречение от власти — это копия бумажки, подписанная карандашом, без соблюдения всех юридических и процессуальных необходимых процедур, форм. Поэтому эта бумага не несет в себе никакой юридической силы. Все это прекрасно понимают».

Само открытие бюста явилось событием знаковым, хотя бы потому, что случилось это в самой любимой царской резиденции, вошедшей в историю как и санаторий для крестьянства и место проведения Ялтинской конференции, расположенной в новом субъекте Российской Федерации.

Что вполне ожидаемо, первая реакция последовала от депутата Госдумы от КПРФ В.Ф. Рашкина: «Сегодня прокурор Крыма Наталья Поклонская выступила с совершенно неожиданным заявлением, что отречение Николая II не имело юридической силы. Любому человеку, даже далекому от сферы информации и политики, понятно, что такие «совпадения» не бывают случайными. Кто-то в очередной раз пытается разыграть в России монархическую «карту». Не исключено, что эта игра ведется кланом Ротшильдов, с которым связаны так называемая великая княгиня Мария Кирилловна и ее сын, Георгий Михайлович, из которого определенные силы уже давно пытаются вылепить законного наследника Российского престола. Мне кажется, российские спецслужбы должны поинтересоваться у Поклонской, кто внушает ей эти в высшей степени сомнительные идеи».

Вот так вот. Человек, посмевший заявить о своей правовой позиции относительно одного из судьбоносных исторических поворотов нашей истории должен конечно же немедленно быть допрошен спецслужбами. Как это можно высказываться о Царе предварительно не согласовав текст с  законотворцами? Хотя вряд ли мотивацией В.Ф. Рашкина была защита чести партийного мундира, ведь к организации беспорядков в Петрограде, которые начались в конце февраля 1917 года с требований бесперебойного снабжения столицы хлебом, РСДРП имела весьма и весьма отдаленное отношение и в начале беспорядков ее представители призывали не оказывать полиции и солдатам вооруженного сопротивления, дабы не настраивать рабочих и солдат друг против друга. А вечером 26 февраля 1917 года все революционно настроенные участники петроградских событий уже готовы были разбежаться кто куда и если бы на следующий день войска и полиция проявили бы такую же твердость, то беспорядки были бы просто подавлены.

Смешно также искать следы влияния какого то фамильного клана или лиц, именующих себя царствующим домом Романовых на вопрос о юридической состоятельности «манифеста». Они также далеки от этого вопроса, как в свое время господа Милюков, Гучков и Родзянко от попечения об интересах государства Российского при их действиях по свержению Николая II. Только жажда власти, а у некоторых еще и личная ненависть в Царю толкнула их на втягивание в антигосударственный мятеж высшего генералитета и приискания себе в союзники английской разведки и американского капитала. А предложенные их новыми друзьями технологии буквально в течении пары недель смели и их, к власти пришли совсем другие люди, а бывшие думские революционеры давали показания чрезвычайной следственной комиссии Временного правительства.

Но, очевидно канонизация царской семьи и растущий в обществе объективный интерес к периоду царствования Николая II и объясняет появление  конспирологической теории о влиянии Ротшильдов на очень дальних родственников бывшего Царя и в свою очередь уже об их влиянии на оценку законности произошедших в марте 1917 года событий, которая должна показать всю вредность и опасность обращения кого бы то ни было к обстоятельствам свержения власти и завершения царствования династии Романовых в России. А ведь тогда в результате повального опьянения либеральными идеями, приведшего многих к банальному предательству, была уничтожена единственная в мире православная монархия, которая уже к концу 1917 года стала бы сильнейшим государством мира как по геополитическому положению, так и по экономической составляющей. И надо гордиться тем, что наши предки жили в такой стране, а не стыдливо замалчивать причины и обстоятельства, приведшие к ее дальнейшему семидесятилетнему безбожному существованию, закончившемуся полным крахом и обнищанием. Кстати по тем же зарубежным технологиям, что и в 1917 году.

Ответ другого заинтересованного лица в буквальном смысле заставил себя долго ждать. Практически через два месяца, 16 июля сенатор от Архангельской области К.Э.Добрынин опубликовал свое мнение о происшедшем. Сознательно опуская его высокомерно поучительные пассажи в адрес Н.В. Поклонской приведу основной аргумент его послания:

«Самодержец обладал на тот момент всей полнотой власти, включая и возможность собственного отречения именно в той форме, в какой помазанник божий посчитает возможным, и тем пером, которое сочтет подходящим. Хоть гвоздем на листе железа. И это будет иметь абсолютную юридическую силу».

Вот так, по понятиям — я царь, как хочу, так и пишу. Однако это была далеко не та ситуация для самодержца российского, чтобы кичиться своей «полнотой власти». Надо совсем не знать и не понимать, что для Императора Николая II значило царское служение, как он к нему относился и как чувствовал.

Однако с моей точки зрения, Н.В. Поклонская, как юрист по профессии и гражданин по внутреннему убеждению, выразила свою точку зрения, касаемую именно чистоты юридического оформления этого события и его соответствия действовавшему тогда российскому законодательству. До сего времени в ходу было слепленное в 30-х годах клише о безвольном царе, о революционной ситуации, народном гневе и логическом конце самодержавия.

Однако мало кто задумывался о том, что же на самом деле произошло в начале марта 1917 года в Пскове? Пришел конец стране, как в декабре 1990, когда полномочия сложил с себя М.С. Горбачев? Нет. Или Царь решил добровольно уйти на покой, как Б.Н. Ельцин в 1999? Опять нет. Однако и в том и другом случае уходящие руководители государства надлежащим с правовой точки зрения образом оформили выражение своей воли. И никому в голову не пришло, что может быть по-другому. Кроме К.Э. Добрынина. Ведь не написал же первый Президент России на тетрадном листке «Я устал. Я ухожу». А ведь тоже имел всю полноту власти и согласно логике господина Добрынина мог поступить с любой долей эксцентричности.

Так чем же хуже в этом отношении Император Николай II? У него было блестящее, в том числе юридическое, образование, высочайших манифестов он за свое царствование читывал и подписывал не мало. В императорском поезде с ним находилась его канцелярия и соответсвующий штат чиновников. Да и никакой спешки и революционных матросов не было рядом. Неужели понимая, на каком историческом повороте оказалась вверенная ему Богом страна, глава государства забыл о легитимности своих действий и решений, а также об их надлежащем оформлении?

Кроме того Основные законы Российской империи не содержали самой возможности отречения действующего государя, а так защищаемый по факту господами законодателями манифест об отречении, составленный вне всякой формы для подобных документов, подписанный карандашом и заверенный переведенной под стеклом на подчищенное место подписью министра Императорского двора генерал-адъютанта Фредерикса не был опубликован Правительствующим Сенатом, как того требовал закон, чтобы вступить в силу. Да и утверждения этого манифеста Государственным Советом и Государственной Думой тоже не состоялось.

Таким образом налицо явные противоречия царского «манифеста» об отречении действовавшему тогда закону. При этом любой юрист и неюрист понимает, что несоответствие нормативного правового акта установленной форме его составления и порядку вступления в силу, а также сомнения в подлинности его реквизитов, включая подписи монарха и лица впоследствии заверевшего текст, делают его недействительным.

Кому как не законотворцу К.Э. Добрынину об этом известно, ведь Совет Федерации в котором он активно работает не раз возвращал в Государственную думу законы, относящиеся по мнению верхней палаты к предмету совместного ведения федерального центра и регионов, выявив в пакете документов только отсутствие их рассылки для получения заключений от регионалов. То есть формальное несоответствие установленной правовой процедуре.

Ровно об этом и было сказано 19 мая 2015 года в Ливадии. И никакая революционная суматоха и воля Царя, «как хочу так и пишу», не сделают дошедший до нас текст манифеста об отречении соответствующим действовавшим на то время законам Российской Империи.

И как глубоко верующий православный христианин, Император Николай II многие годы терпел на политическом поле страны своих открытых недругов, в критический момент войны принял на себя верховное командование, по мере разрастания мятежа пытался предпринять все меры для его подавления, но был предан теми, на кого рассчитывал и кого возвысил и затем «… предал Россию в Руце Божии и скипетр свой — Царице Небесной, а себя — палачам за нее, как жертву живую» (Письма архимандрита Иоана (Крестьянкина). Свято-Успенский Пскова-Печерский монастырь. 2009. С. 343). Так что же плохого в том, что бы сегодня честно и открыто взглянуть на события тех дней, хотя бы дав им правовую оценку? Продолжать молчать об этом — это значит допустить, что такое может произойти вновь, допустить, что вставшая с колен Россия будет вновь ввергнута в пучину лихолетья и раздора. Не без помощи тех, кто собственную популярность и благосостояние ставит выше интересов гражданских и отеческих.

Не знаю чего больше в этой дискуссии: раздражения ли обращением многих думающих людей к царской теме, успехами ли молодого крымского юриста или нежелания отойти от клише в оценке эпизодов истории своего отечества. Однако вполне возможно, что все намного проще: каникулы между сессиями и заседаниями парламента грозят двухмесячным информационным забвением для законотворцев и этим во многом объясняется внезапно появившийся их интерес к истории.

Тэги
Страны

Об авторе