Экономика

Победные реляции о «выходе из кризиса» — вранье

Июнь 10
15:10 2011

Победные реляции о «выходе из кризиса» — вранье


Их опровергает даже вызывающая серьезные сомнения официальная статистика


Наши российские начальники много говорят о «выходе из кризиса», но им мало кто верит. Иногда они сообщают официальные статистические данные, которые демонстрируют, что дела на самом деле совсем не такие хорошие, как им хотелось бы. К примеру, сейчас вышли статистические данные за I квартал 2011 года, в соответствии с которыми инфляция в Москве в январе-марте 2011 года составила 3,6%.


Как сообщает территориальный орган Федеральной службы государственной статистики по Москве (Мосгорстат), продукты питания в январе-марте 2011 года по сравнению с декабрем 2010 года подорожали на 4,9%. Среди основных продуктов питания наиболее высокий рост уровня цен зафиксирован на гречневую крупу (на 31,4%), пшено (на 17,2%), сахар (на 7,7%), говядину (на 7,1%), подсолнечное масло (на 6,4%), а также на отдельные наблюдаемые виды овощей и фруктов. Так, на 41% подорожала свекла, на 19-25% – картофель, морковь, капуста и репчатый лук. На 18% подорожал виноград, более чем на 10% – бананы и яблоки, на 5% – апельсины.


Среди остальных наблюдаемых видов продовольственных товаров на 2,5-4,2% увеличились цены на сыры, ржано-пшеничный хлеб, муку, макаронные изделия, рыбопродукты, сливочное масло, молоко и молочные продукты, колбасные изделия, мясные полуфабрикаты.


В марте 2011 года средняя цена килограмма говядины составила 236,79 руб., колбасы вареной первого сорта – 225,33 руб., масла сливочного – 318,08 руб., масла подсолнечного – 81,72 руб., сыра – 309,26 руб., сметаны – 138,11 руб., творога жирного – 188,95 руб., литра пастеризованного молока – 39,27 руб., десятка яиц – 44,82 руб., килограмма сахара – 45,09 руб., хлеба пшеничного высшего сорта – 44,82 руб., риса – 53,59 руб., вермишели – 63,36 руб., картофеля – 41,77 руб., капусты – 40,73 руб., моркови – 44,41 руб.


Стоимость минимального набора продуктов питания, входящих в потребительскую корзину мужчины трудоспособного возраста, рассчитанная на основе единых объемов потребления, установленных в целом по РФ для межрегионального сопоставления уровня потребительских цен, в конце марта 2011 года составила в Москве 3293,32 руб. в расчете на месяц и повысилась по сравнению с концом декабря 2010 года на 10%.


Тут я умолкаю, и вспоминаю про студента из Нижнего Новгорода, который попытался прожить на эту самую «минимальную корзину». Не помню уж, чем там дело закончилось, но его мама очень сильно на него давила, требуя прекращения эксперимента, поскольку испытуемый очень быстро худел. Я уж не говорю о том, что есть еще семьи с детьми, у которых проблем еще больше.


Официальный уровень цен на непродовольственные товары в январе-марте 2011 года по сравнению с декабрем 2010 года вырос на 1,6%. Среди наблюдаемых непродовольственных товаров более всего выросли цены на различные виды отечественных и импортных сигарет (на 7,6%), хлопчатобумажные ткани (на 5%), ювелирные изделия (на 4,8%), резиновую обувь (на 3,4%).


В марте 2011 года по сравнению с декабрем 2010 года цены и тарифы на платные услуги для населения увеличились на 5%. Централизованно были повышены тарифы на услуги жилищно-коммунального хозяйства. Так, в среднем на 19,1% выросла оплата жилья в домах государственного и муниципального жилищных фондов, на 12,6% – коммунальные услуги. На 7,7% подорожал проезд в столичном метро, на 4,2% – в городском наземном транспорте; на 13,3% возросла абонентская плата за радиотрансляционную точку, в среднем на 10% – оплата за услуги городской телефонной связи. В группе наблюдаемых услуг бытового характера наибольшее подорожание зафиксировано на услуги ремонта и технического обслуживания транспортных средств (на 11,1%), парикмахерских (на 8,2%), предприятий химической чистки одежды и прачечных (на 4,4%).


Отмечу, что любой человек, который ходит в магазины, не может не замечать, что цены растут несколько быстрее, чем пишут официальные органы. Но интересно тут вот что. Дело в том, что статистическая служба, занижая потребительскую инфляцию, попадает в сложное положение, когда начинает рассматривать общую инфляцию по всей экономике (индекс-дефлятор). Поскольку серьезное занижение последнего неминуемо приводит к завышению экономического роста – поскольку номинальный рост цен может быть либо из-за инфляции, либо из-за роста ВВП. Если мы занижаем инфляцию – автоматически растет ВВП.


Поскольку показывать для России такой же экономический рост, как в Китае, как-то неприлично (все равно никто не поверит), то занижать цены на промышленную продукцию труднее, чем на потребительские товары. И это хорошо видно по статистическим данным: индекс цен производителей промышленных товаров в марте 2011 года (в процентах к декабрю 2010 года) составил 103,6 против 106,6% в марте 2010 года.


Наиболее высокий прирост цен производителей отмечался в производстве и распределении электроэнергии, газа и воды – на 14,4%, в т. ч. в передаче и распределении пара и горячей воды (тепловой энергии) – на 19,9%, в производстве, передаче электроэнергии – на 10,9%.


Стоимость производства меди в металлургическом производстве подорожала на 15,8%, цветных металлов – на 10,4%. Рост цен в текстильном и швейном производстве составил 7,4%, в большей степени дорожали хлопчатобумажные ткани – на 19,2%, шелковые ткани – на 6,3%, трикотажные изделия – на 4,7%. Прирост цен в производстве целлюлозы, древесной массы, бумаги, картона и изделий из них составил 10,4%.


Цены в производстве электрооборудования, электронного и оптического оборудования выросли на 5%, в производстве транспортных средств и оборудования – на 3,5%. При общем росте цен в производстве пищевых продуктов, включая напитки, и табака на 3,4% цены на макаронные изделия выросли на 9,2%, пряности и приправы – на 7,6%, чай – на 5%, молочную продукцию – на 3,6%. В меньшей степени дорожали алкогольные напитки – на 1,4%, мукомольно-крупяная продукция – на 0,9%.


Сводный индекс цен строительной продукции в январе-марте 2011 года вырос на 3,7%, в т. ч. на машины и оборудование, используемые в строительстве, – на 4,2%, на прочие капитальные работы и затраты – на 3,7%, на строительно-монтажные работы – на 3,4%. Цены приобретения основных строительных материалов, деталей и конструкций в марте 2011 года по сравнению с декабрем 2010 года повысились на 1,7%.


Общий уровень тарифов на перевозку грузов всеми видами транспорта в марте 2011 года (в процентах к декабрю 2010 года) увеличился на 10,7%, в т. ч. на перевозку грузов воздушным транспортом – на 19,6%, железнодорожным транспортом – на 10,6%, автомобильным транспортом – на 6,1%. Тарифы на перевозку грузов внутренним водным и трубопроводным транспортом не изменились.


Тарифы на услуги связи для юридических лиц в марте 2011 года по сравнению с декабрем 2010 года повысились на 4,1%, при этом на проводное радиовещание – на 47,7%, почтовую связь – на 8,5%, документальную электросвязь – на 7,1%, городскую телефонную связь – на 6%. Тарифы на междугородную телефонную и беспроводную связь не изменились.


Откуда у них взялись итоговые 3,6%, когда все остальное выросло сильнее, – большой вопрос. Доля строительного сектора, где цены росли медленнее, в современной российской экономике не играет важной роли. Да и транзакции там во многом происходят не в национальной валюте (интересно, кстати, как это Росстат учитывает). Но на одно интересное обстоятельство я не могу не обратить внимание.


Дело в том, что рост цен в промышленном секторе обгоняет рост цен в секторе потребительском уже много лет. И вот объясните мне: как такое может быть? Получается, что российские предприятия, все время увеличивая свои издержки, не перекладывают их на потребителя? Простите, но такого быть не может, не верю. Да и опыт повышения тарифов естественных монополий показывает, что компании действуют как раз наоборот: как только издержки растут, они тут же увеличивают отпускные цены в соответствии с ростом издержек, а то и больше.


Опыт американских компаний аналогичен: даже в условиях падения спроса они сегодня вынуждены повышать цены, поскольку рост издержек сильно на них давит. Теоретически, можно предположить, что наши компании не повышают отпускные цены из-за роста конкуренции со стороны импортных товаров, но в этом случае должно наблюдаться падение внутреннего производства, которое Росстат не демонстрирует.


В общем, отметить можно следующее. Если зафиксировать «мгновенную» картинку по ценам, то все изменения можно более или менее рационально объяснить. А вот если смотреть на процессы, то начинают возникать противоречия, тем более сильные, чем дольше период наблюдений. Грубо говоря, либо имеет место серьезное падение внутреннего производства, либо цены должны расти существенно больше. На самом деле противоречий еще больше, но разбираться в них для широкого круга читателей не очень интересно, можно лишь констатировать факт: современная статистика имеет слабое отношение к реальности.


Причем это – не только российская проблема, она всплывает сегодня практически во всех странах и имеет далеко не самое простое объяснение. Ну, у нас, может быть, действительно иногда речь идет о прямых указаниях начальства, отказаться от выполнения которых невозможно. А вот, скажем, в США или Евросоюзе такое не то чтобы невозможно, но практикуется только в исключительных случаях. А противоречия лезут из всех щелей практически постоянно.


Дело тут, скорее всего, вот в чем. По мере того, как статистические органы наблюдали отклонение реальной ситуации от оптимистических заявлений политиков, они были вынуждены все более и более усложнять методики расчетов, подгоняя их под конкретные условия и экономическую модель. Поскольку критерием выбора были результаты, то оптимистические данные, естественно, превалировали, однако в результате статистические методики оказались сильно адаптированы под ту экономическую модель, которая сегодня работает в США и, соответственно, других странах.


И дело даже не в сути модели, а в том, что кризис как раз и состоит в том, что эта модель начинает довольно быстро разрушаться. И структура потребления, и структура мировой торговли, и даже центры образования прибыли начинают серьезно меняться, а в этой ситуации статистические и эконометрические модели, многие годы затачиваемые под старую модель, начинают демонстрировать совершенно неадекватные результаты. Для нашей страны это вообще смешно, поскольку мы вынуждены использовать модели, которые спущены нам МВФ и которые совершенно неадекватно отражают реальность. Но и в США это приводит подчас к странным случаям, когда у них, например, два связанных параметра, типа уровня безработицы и загрузки мощностей, начинают давать противоположные сигналы.


Понятно, что такие отклонения каким-то способом пытаются нивелировать, однако это еще более усложняет модель. А вернуться к старым, более простым и адекватным, никак нельзя, поскольку они тут же покажут, насколько плохо обстоит дело в экономике.


В общем, можно сказать, что рост цен у нас, конечно, выше официальных данных, но российские граждане могут утешать себя тем, что в этом месте они находятся совершенно в русле последних модных тенденций!