Горячие точки

Пхеньян готов прислушаться к Москве, если той есть что сказать

Апрель 14
09:22 2013

Пхеньян готов прислушаться к Москве, если той есть что сказать


К Корейскому полуострову сегодня, без преувеличения, приковано наипристальнейшее внимание всего мира: Северная и Южная Кореи — на пороге войны. Начаться активные действия могут в любой день, в любую минуту. Гордый Ким Чен Ын, как верный сын своего отца, кажется, не собирается идти Сеулу ни на какие уступки. В свою очередь Южная Корея вопросительно-выжидающе смотрит на Россию и США. Но пока что над полуостровом висит затянувшаяся, мучительная «чеховская пауза». Один неосторожный жест и…. Пхеньян ведь заверил мир, что готов на все.


А что же в данной ситуации делать России, непосредственно граничащей с не на шутку обозлившимся на мир соседом? Ведь воевать две Кореи если и будут, то, во-первых, явно не пехотой и авиацией, а, во-вторых, с привлечением ресурсов извне. И если вдруг США и НАТО не смогут отказать Южной Корее, то сможем ли мы отказать Северной? Впрочем, если это еще повод для глубокой военно-политологической дискуссии, то вот относительно риска заполучить в наши пределы северокорейскую ракету долгих дискуссий вести некстати — угроза уж больно физически ощутима. Ракеты наготове, Северная Корея — рядом. И чем ответим на «ракету-дуру», если она нечаянно полетит от соседа к нам?


На ПВО, увы, надежды нет. Об этом в интервью «Росбалту» подробно рассказал один из ведущих военных экспертов Александр Гольц: «Возможность сбивать баллистические ракеты есть, как говорят, только у комплексов С-400. Они у нас развернуты только в центральном районе, по официальной версии, по крайней мере. А комплексы С-300 не обладают способность к уничтожению ракет средней дальности. К тому же, имея в виду ту огромную территорию, на которую может попасть северокорейская ракета, получается, что дальность действия наших комплексов не соответствует этой задаче», — рассказал изданию военный эксперт, позходя напомнив о «замечательной» особенности северокорейских ракет «далеко не всегда лететь туда, куда их направляют».


Впрочем, как отметил г-н Гольц, главная проблема кроется даже не в качестве систем ПВО на Дальнем Востоке, а в непостижимой логике самого северокорейского лидера. Мы тут впрочем неодиноке, отметил эксперт, американцы вот тоже понять его не могут, но со системой противоракетной обороны у них дела обстоят несколько лучше. Российская же система ПВО разрабатывалась под классическую схему сдерживания угроз, когда противник не решается нанести удар, понимая, что последующий ответ России станет для него катастрофическим. Но в том-то все и дело, что для северокорейского лидера, если проанализировать всю его риторику последнего времени, данный фактор не представляется сколь-нибудь значимым.


К слову, действительно представляется удивительным хотя бы то, что у официального Пхеньяна нет как минимум беспокойства относительно того, что открытый военный конфликт с участием Северной Кореи как минимум негативно скажется на перспективах существования самого режима. Военный азарт — чертовски захватывающая, но роковая штука.


О возможных рисках для России в свете развивающегося конфликта между Северной и Южной Кореями в беседе с обозревателем KM.RU рассказал известный военный эксперт, кандидат политических наук, эксперт ПИР-Центра Вадим Козулин:


— Понятно, что мы абсолютно не цель для Северной Кореи, но потенциально можем пострадать в том случае, если начнется ядерный конфликт. У Северной Кореи достаточно хорошие ракеты. Спорный вопрос, есть ли у нее именно ядерные ракеты, но совершенно точно у нее есть ракеты с термоболическими кассетными боеголовками. Головная часть такой ракеты содержит много маленьких бомбочек, каждая из которых создает термический и вакуумный эффект — она, во-первых, выжигает кислород, а, во-вторых, создает в первые мгновения после взрыва зону высокого давления, а затем, после выгорания кислорода, пониженного.


И человек, даже не попал непосредственно под осколки, неминуемо погибнет от такого удара волны или, в лучшем случае, будет долго мучиться от сильной контузии. Более того, подобная ракета может накрывать квадрат размером в квадратный километр, эта площадь после поражения становится просто необитаемой. А если не дай Бог начнется серьезный конфликт, то боеголовки могут совершенно случайно попасть на нашу территорию.


Мнения экспертов тут разделились. Одни полагают, что наших действующих сил ПВО вполне хватит для того чтобы сбить случайно (или не случайно) залетевшую к нам ракету. Другие уверяют, что имеющихся на Дальнем Востоке С-300 тут будет недостаточно, и что мы уязвимы…


— Конечно же уязвимы. Но я надеюсь, что никто в российском руководстве не допускает и мысли, что наша страна станет непосредственными участником данного конфликта. То есть на данный момент скорее всего можно говорить о рисках, связанных с неточными пусками ракет северокорейской стороной, а также об угрозе, связанной со взрывом ядерных боеприпасов вблизи наших границ, о чем, кстати, говорил и наш президент. Мы ведь прекрасно помним Чернобыль. Безусловно всего этого надо опасаться со всеми вытекающими.


Россия поддержала санкции против Северной Кореи именно в силу того, что эта страна идет по пути создания ядерного оружия, не прислушивается к мнению мирового сообщества, не присоединяется к усилиям по нераспространению ядерного оружия. Одним словом, конечно, здесь Россия, как и все остальное мировое сообщество, настаивает на том, что Северная Корея должна отказаться от своих радикальных планов относительно Южной Кореи и сесть за стол переговоров, чтобы решить проблему мирным путем. Другое дело, что нас с КНДР связывают особые отношения, мы ее фактически сами создали и долгое время поддерживали. К нашей позиции Пхеньян готов прислушиваться, и для России это великолепный шанс сыграть роль эффективного посредника, переговорщика, инициатора, ведущей силы.