История

Очерк участия воронежцев в Отечественной войне 1812 года.

Март 24
21:17 2012

ВОРОНЕЖСКОЕ ГУБЕРНСКОЕ ДВОРЯНСКОЕ СОБРАНИЕ


Очерк участия воронежцев в Отечественной войне 1812 года


Воронежская губерния не входила в число 11 губерний, охваченных пожаром войны 1812 года, и находилась в стороне от театра военных действий, но внесла значимый вклад в победу русского оружия над армией «двунадесяти языков». На зов Отчизны откликнулись представители всех сословий, объявлен был сбор средств на экипировку ополчения и регулярных частей. 


Воронежское дворянство помогало действующей армии снабжением, подвижным составом и деньгами. Были пожертвованы 982 лошади для артиллерии в возрасте 5-7 лет не ниже 1 аршина 14 1/2 вершков. Для продовольствия армии было поставлено 2000 волов и 250 парных фур с 500-ми упряжных волов для перевозки войсковых грузов и ещё 79 волов для провианта. Компенсируя эти затраты, император повелел сложить с подушного оклада, причитающегося за 1812 год, 50 000 рублей. Из сложенной с подушного оклада пятидесятитысячной суммы ещё 16 936 рублей 13 копеек были пожертвованы в пользу казны.


Воронежская губерния выставила против неприятеля 10 (!) полков ополчения.


Правящий архиерей, Епископ Воронежский и Черкасский Антоний (Соколов) благословил ополчение и принял деятельное участие в сборе пожертвований. По Благословению Преосвященного Антония Воронежская духовная консистория разослала по приходам указы с призывом к настоятелям монастырей и духовенству жертвовать деньгами, вещами серебряными и золотыми. Было обнародовано его «Воззвание к жителям Воронежа». От монастырей, приходов и клира Воронежской епархии было собрано более 50 тысяч рублей. Многие выпускники семинарии получили благословение на служение в качестве военных священников. Ратниками ополчения стали тридцать шесть человек из церковного клира. Епископ Антоний, по мнению современника, “архипастырь очень деятельный и обладавший редким даром слова”, с начала войны неоднократно служил торжественные молебствия о даровании победы русскому оружию, сопровождая их яркими проповедями.


В июле-августе 1812 года в Воронеже из рекрутов Воронежской, Саратовской и Пензенской губерний были сформированы 3-й и 4-й егерские полки, численностью в 1987 человек нижних чинов каждый. Обмундирование, амуниция и обозы были приобретены так же за счёт дворянства губернии на сумму 150 тысяч рублей. Боевое снаряжение, провиант и жалованье для вновь сформированных полков доставлялись за счёт правительства. За содействие в формировании этих полков многие удостоились монаршего благоволения: так, полковник Куликовский из Острогожского уезда был награждён орденом Св. Анны 2-й степени.В августе полки выступили в поход.


О новобранцах лестно отозвался Главнокомандующий фельдмаршал Михаил Илларионович Голенищев-Кутузов: «Вновь сформированные полки: 5-й и 6-й Рязанские, 7-й и 8-й Тамбовские пехотные и 3-й и 4-й егерские Воронежские по прибытии их армии при осмотре моем найдены, что они в столь короткое время довольно хорошо образованы и что большая часть людей стреляют довольно хорошо». Оба полка хорошо показали себя в кровопролитном Тарутинском сражении 6 (18) октября 1812 года.
3-й Воронежский егерский полк принял участие в сражении у Малоярославца, где был сорван план Наполеона прорваться на калужскую дорогу. Армия Наполеона вынуждена была отступать по разоренной Смоленской дороге. В числе войск Кутузова, преследовавших отступающего противника, были 3-й и 4-й егерские полки.


После сражения под Малоярославцем 3-й егерский полк сражался под белорусским городом Чашники, ходил в рейды при Ляхове, Язвине, 2 ноября участвовал в бою при Лукомле, а 4-го — при Волновыске. Числился в резерве до сентября 1813 года, когда принял участие в блокаде крепостей в Пруссии. За боевые отличия 3-й егерский был переименован в гренадерский егерский.


4-й егерский полк 23 октября вступил в бой у Вязьмы, которую французское командование пыталось удерживать. В результате штурма русские войска овладели Вязьмой и заставили неприятеля отступать в западном направлении. 26 октября 4-й егерский полк участвует в сражении под Витебском и Дорогобужем:


В феврале 1813 года егери 4-го полка сражаются под городом Калишем, 13-го марта – при взятии крепости Ченстохов, 7 мая егеря сражались при Кенигсварте, 8—9 мая — при Бауцене, 12 мая при Герлице, а 14—15 — в знаменитом Дрезденском сражении. Полк – участник сражений в «Битве народов» при Лейпциге, в осаде крепости Данциг, а также в заключительных сражениях войны с Наполеоном.


На стенах Храма Христа Спасителя, построенного во исполнение обета Императора Александра I Благословенного «за спасение России и во славу русского оружия в этой беспримерной войне» на добровольные народные пожертвования, были установлены 177 мраморных доски, где были указаны места и время сражений, наименование армий, дивизий и полков, участвовавших в них, а также имена убитых, раненых и отличившихся офицеров и других лиц, указы императора за время войны. На этих досках Славы русского оружия 3-й и 4-й егерские полки упоминаются 19 раз!


Известен список из 256 дворян Воронежской губернии, сражавшихся в годы 1-й Отечественной войны, опубликованный к столетнему юбилею в Памятных книжках Воронежской губернии за 1912 г.


В Памятных книжках приводятся лаконичные сведения об участии воронежских дворян в военных действиях, о наградах, ранениях…


В их числе – друг А.С. Пушкина и доблестный представитель плеяды военных, генерал-лейтенант Николай Николаевич Раевский (1801-1843), одиннадцатилетним мальчиком вступивший на военное поприще и состоявший вместе с семнадцатилетним братом Александром адъютантом под началом отца, знаменитого полководца Н.Н. Раевского. В.А. Жуковский писал о подвиге на Салтановской плотине под Дашковкой, когда Раевский увлёк за собой солдат Смоленского пехотного полка, ринувшись в гущу неприятеля вместе с малолетними сыновьями:


«Раевский, слава наших дней,
Хвала! Перед рядами
Он первый грудь против мечей
С отважными сынами».


“Сын мой, Александр, выказал себя молодцом, а Николай даже во время самого сильного огня беспрестанно шутил; этому пуля прорвала брюки; оба сына повышены чином” (Русская старина. 1874, 767), – вспоминал об этом Николай Николаевич-старший в письме сестре супруги Е.А. Константиновой 22 июля 1812 года. Так, Николай был досрочно произведён в подпоручики.


Отец, выдающийся русский полководец Н.Н. Раевский-старший принимал участие во всех значимых сражениях войны, с ним были и его сыновья. В Бородинском сражении 7-й пехотный корпус Раевского защищал Курганную высоту, которую впоследствии стали именовать батареей Раевского. «Редут смерти» как её окрестили французы, можно узреть на знаменитой панораме Ф. Рубо «Бородинская битва». «Как храбрый и достойный генерал с отличным мужеством отражал неприятеля, подавая собою пример», – такаттестовал Н.Н. РаевскогоМ.И.Кутузов. Имя отца Николая Николаевича (старшего) было увековечено к столетию войны в названии 25-го Смоленского пехотного генерала-от-кавалерии Раевского полка, размещавшегося в одноимённых «Раевских» казармах в нашем городе и сохранившихся до наших дней.


Николай был с отцом при Мире и Романове, в сражениях при Кенигсваре и Бауцене, под Дрезденом и Кульмом, в «Битве народов» под Лейпцигом и дошел до Парижа. За отличия при взятии Парижа подпоручик Николай Николаевич Раевский-младший был награжден орденом Святого Владимира 4-го класса с бантом.


После войны Николай Николаевич служил в Гвардии и Главном штабе, командовал Нижегородским драгунским полком (где в 1792-1797 гг. был командиром его отец). В Персидскую кампанию его полк получил георгиевские ленты на штандарт, а сам командир — ордена Святого Георгия 4-го класса и Святой Анны 2-го класса. В Русско-Турецкую кампанию 1828 — 1829 годов Николай Николаевич Раевский-младший был награжден орденами Святой Анны 2-гокласса с алмазами, Святого Владимира 3-го класса, тогда же последовало его производство в чин генерал-майора, с назначением командиром сводной кавалерийской дивизии.


Осенью 1837 года он стал начальником I отделения Черноморской Прибрежной линии, годом позже был назначен командиром всей Черноморской Береговой линией и награждён орденом Белого Орла.


Имя Н.Н. Раевского тесно связано с освоением ныне широко известных и любимых курортниками зон отдыха. В описываемые времена они носили иной – военно-стратегический статус: в 1838 — 1839 годах были заложены форт Вельяминовский (ныне г. Туапсе), укрепление Тенгинское (неподалёку от современного поселка Джубга), укрепление Новороссийск, форты Головинский и Лазарев (ныне Головинка и Лазаревское, входящие в черту Большого Сочи), форт между крепостью Анапою и укреплением Новороссийск. Этому форту было присвоено имя Николая Николаевича — форт Раевский.


С Воронежем Николай Николаевич связан через жену Анну Михайловну (ур. Бороздину) – , принёсшую в приданное имение Красненькое Новохопёрского уезда, где Раевский и почил в Бозе в 1843 году.


В 1995 году в центре села Красного, на холме, где некогда возвышалась церковь архангела Михаила со склепом Раевского, установлен памятный знак из карельского лабрадора «… в память генерал-лейтенанта Раевского Н.Н. (младшего), друга А.С. Пушкина и декабристов, основателя г. Новороссийска, почетного гражданина г. Новохоперска. 14.9.1801 – 24.7.1843. От Фонда культуры России».


Знаменитый генерал-от-инфантерии, генерал-адъютант Николая I, член Государственного Совета, наместник на Кавказе и командир Кавказского отдельного корпуса, шеф Самогитского 7-го гренадерского полка Николай Николаевич Муравьёв-Карский (1794-1866), родственник и близкий друг Святителя Игнатия Брянчанинова, прапорщиком в 1812 году был направлен в квартирмейстерский отдел 1-й армии, служил под началом талантливых военачальников Толя и Милорадовича, принимал участие в сражениях под Бородино, Тарутино, Вязьмой, за границей – под Лютценом, Бауценом, Дрезденом, Кульмом и Лейпцигом, а в 1814 г.- под Фер-Шампенуазом и Парижем, за что был удостоен орденов Св. Анны 4-й степени, Св. Владимира 4-й степени, Св. Анны 2-й степени. Войну закончил поручиком в должности обер-квартирмейстера при Гвардейской кавалерийской дивизии, а по возвращении в Россию был переведён в Гвардейский генеральный штаб.


Николай Николаевич впоследствии возглавлял исследовательскую экспедицию на восточном побережье Каспия, побывал с дипломатическими поручениями в Хиве и Константинополе, участвовал в персидской 1826-1827, турецкой 1828-1829 гг, польской 1831 г, венгерской 1849г, крымской 1853-56 г кампаниях, стал выдающимся военным деятелем, сподвижником и продолжателем дела Ермолова на Кавказе. Среди его наград – Ордена Св. Георгия 4-й, 3-й и 2-й ст., Св. Анны 1-й ст., Св. Владимира 2-й ст. (1830), Белого Орла, Св. Александра Невского, шпага «За храбрость». Автор «Курса фортификации», отличился и на литературном поприще, подготовив 2-томный труд «Война за Кавказом в 1855 г.»и оставив обширный дневник, печатавшийся в 70 — 90-х гг. в «Русском архиве». Скончался в имении жены селе Скорняково Задонского уезда, где незадолго до смерти многое успел сделать для предотвращения эпидемии холеры. Генерал отличался скромностью, простотой и аскетизмом, подражая в привычках Суворову. Могила и надгробие покорителя Карса находятся в Задонском Рождество-Богородицком мужском монастыре, близ алтаря Владимирского храма.


Широко известен тайный советник Александр Дмитриевич Чертков (1789-1858), археолог, историк и нумизмат, президент московского Общества истории и древностей российских, по отцу внук воронежского губернатора Василия Алексеевича Черткова, а по матери внук и последователь известного библиофила С. И. Тевяшова.


Отечественную войну он встретил в чине корнета Лейб-гвардии Конного полка, отличился в заграничных походах – сражениях под Дрезденом, Кульмом (за отличие в котором получил орден св. Анны 4-го класса и прусский Железный крест) и Лейпцигом. В чине поручика (с 23-го сентября 1813 года), участвовал в деле при Бриене, за Фершампенуаз был награжден орденом св. Владимира 4-ой степени с бантом. Участник взятия Парижа А.Д. Чертков по возвращении в Россию, был назначен казначеем своего полка и вышел в отставку полковником в конце 1822 г., после чего 2 года провел в Австрии, Швейцарии и Италии.


Внимания заслуживает статская биография А.Д. Черткова. Действительный член Императорского московского общества сельского хозяйства (1833). Член Попечительского совета общественного призрения в Москве и попечитель Работного дома (1834). Московский уездный предводитель дворянства (1835—44), губернский предводитель (1844—56). Участвовал в работе Русского археологического общества, Общества истории и древностей российских (его президент в 1849—57). Один из основателей Московского училища живописи и ваяния (1843). Член комиссии для построения в Москве храма Христа Спасителя (1844).


Гражданские заслуги его были отмечены орденами св. Станислава 1-ой степени, св. Анны 1-ой степени и св. Владимира 2-й степени.


Чертковская библиотека до образования в Императорской публичной библиотеке отдела Rossica представляла единственное в России ценное собрание книг о России и славянах, а по обилию редчайших изданий служила и служит богатейшей сокровищницей, изобилующей и редкими рукописями (в 1867 г. их было около 350). При библиотеке был основан и издавался с 1863 по 1873 г. журнал «Русский Архив», в котором напечатано из нее немало рукописей; по ее весьма редким изданиям Санкт-Петербургская археографическая комиссия напечатала несколько церковно-полемических сочинений. В 1873 г. Чертковская библиотека была передана наследниками в ведение города и помещена при Румянцевском музее, а с открытием Исторического музея в Москве находится при нем.


Умер А.Д. Чертков 10-го ноября 1868 года, похоронен на Ваганьковском кладбище.


Его родной брат – Николай Дмитриевич Чертков (1794-1852), генерал-лейтенант, меценат, стоявший у истоков основания Воронежского Великого Князя Михаила Павловича Кадетского Корпуса. Поступив в военную службу в 1813 году, он принял участие в заграничных походах русской армии.


Состоял одно время адъютантом при генерал-фельдмаршале графе Паскевиче-Эриванском, пять военных компаний принесли ему чин генерал-майора, с которым он вышел в отставку. Среди его регалий – орден св. Владимира 3-й степени, полученный в бытность командиром Тверского драгунского полка. Знаки отличия, по его выражению, он добывал «грудью, на поле сражения».


Чертков пожертвовал 1,5 миллиона рублей ассигнациями и 1000 душ на строительство в Воронеже кадетского корпуса. В ходатайстве на имя Государя он просил, чтобы кадетский корпус не был назван его именем, а получил название «Михайловского», в честь главного начальника военно-учебных заведений Великого Князя Михаила Павловича, не желая из скромности, «дабы имя его стало наравне с великими именами императоров Петра, Павла и Александра». За свою щедрость Николай Дмитриевич был награжден орденом св. Владимира 2-й степени; был назначен состоять при главном начальнике Военно-учебных заведений и получил почётную должность Попечителя корпуса. В честь него была выбита почетная медаль. Впоследствии Н.Д. Чертков был награжден чином генерал-лейтенанта и орденом св. Анны 1-й степени. Рассказывают, будто Император Александр III, узнав при посещении корпуса о сумме пожертвования с довольной улыбкой произнёс: «А солидный куш!». И серьёзно добавил: «Вот подвиг истинного дворянина!»


Прах Н.Д. Черткова покоится у порога церкви Св. Духа в Александро-Невской лавре.


Кстати, через сестру Екатерину Дмитриевну (в замужестве Сонцову) Чертковы связаны родственными узами с Петром Александровичем Сонцовым (1785-1850), который также участвовал в молодые годы в антинаполеоновских кампаниях. Лейб-гвардии полковник и тайный советник, сын губернатора А.Б. Сонцова, сам воронежский вице-губернатор в 1815-1816 г и 1817-1820, и губернатор в 1820-1824 годах, а также воронежский губернский Предводитель дворянства в 1850 г. П.А. Сонцов начал службу четырнадцати лет, поступив эстандарт-юнкером в Лейб-гвардии Конный полк. Явил мужество в сражениях при Аустерлице и Фридланде, заслужил ордена Св. Анны 3-й степени и Св. Владимира 4-й степени с бантом. «…В продолжении службы в полку, под командой Его Высочества, при хорошем поведении, был всегда в оной отлично усерден и рачителен, в военных против неприятеля действиях поступал храбро и неустрашимо, за что, отдавая ему заслуживающую справедливость, Его Высочество приятным долгом поставляет о сём свидетельствовать», – значится в аттестате П.А. Сонцова, выданном Шефом полка, Великим Князем Константином Павловичем. Здоровье, подорванное ранами и тяготами походной жизни, не позволило ему продолжить военную карьеру.


В 1809 году П.А. Сонцов выходит в отставку «с мундиром». В гражданской службе мундир его заслуженно украшен орденами Св. Владимира 3-ей степени и Св. Анны 2-й степени с алмазами, Св. Анны 1-й степени, Св. Владимира 1-й степени и Белого Орла. Погребён на Чугуновском кладбище.


Среди героев войны 1812 года – уроженцы Острогожского уезда, однополчане и сподвижники Дениса Давыдова по Ахтырскому гусарскому полку, братья Михаил, Сергей и Николай Григорьевичи БЕДРЯГИ.


О Михаиле Григорьевиче (1780-182?) Денис Васильевич вспоминал: «I-м эскадроном командовал ротмистр Михаил Григорьевич Бедряга, высокой храбрости и даровитый офицер, изувеченный на священной Бородинской битве». На службе с тринадцати лет. Ещё под началом Суворова покорял Польшу, воевал заграницей, был удостоен наград. Михаил Бедряга вышколил свой эскадрон до лоска, влекомые молвой офицеры приезжали любоваться им за несколько сотен вёрст! Михаил Григорьевич был предельно строг к себе и своим подчинённым, которые испытывали к нему глубочайшее почтение и почти детскую привязанность. Эскадрон не только на квартирах, но и в походе щеголял чистотой и исправностью; подражая командиру, отличался рыцарской отвагой в бою. В кавалерийской атаке на Багратионовых флешах Михаил Бедряга был тяжело ранен пулей в голову. Ахтырцы яростно врубились в колонны неприятельской пехоты, поспешив к нему на помощь, но он, весь залитый кровью, – лишь повелительно указал рукой им в сторону неприятеля. За Бородино М.Г. Бедряга был произведён в чин майора и получил орден св. Владимира 4-й степени с бантом. Выйдя по увечью в отставку полковником, он поселяется в слободе Белогорье Острогожского уезда.


«Эта тяжелая рана, лишив его возможности продолжать службу, для коей он, можно сказать, родился, лишила отечество одного из отличнейших сынов его, армию — храброго и искусного воина, офицеров — редкого умом и способностями товарища, подчиненных — примерного начальника», – так отзывался о М.Г. Бедряге накоротке знавший его К. Ф. Рылеев.


Штаб-ротмистр Николай Григорьевич Бедряга (17??-18??) отличился в схватке донских казаков (Платова) и гусар (Васильчикова) с польскими уланами под Миром 28 июня (9 июля)1812 года, 24 августа под Бородиным получил контузию в грудь от ядра, но уже 28 октября поступил в партизанский отряд Дениса Давыдова. Именно ему поэт-партизан посвятил ряд своих стихов. В «Дневнике партизанских действий 1812 года» Денис Давыдов характеризует его так: «Ахтырского гусарского полка штаб-ротмистр Николай Бедряга — малого росту, красивой наружности, блистательной храбрости: верный товарищ на биваках; в битвах — впереди всех, горит, как свечка».


За службу и храбрость он произведён в начале в чин ротмистра, а затем майора и награждён орденом Св. Владимира 4-го класса, Св. Георгия 4-го класса, Св. Анны 2-го класса и золотой саблей с надписью «За храбрость». В 1819 году Николай Бедряга ушел в отставку в чине полковника и проживал сначала в Белогорье, а затем в поместье Острые Могилы Острогожского уезда.


Братья сражались под Миром, Романовым, где наша кавалерия опрокинула авангард Мюрата, и при Новосёлке и Дашковке в действиях против корпуса Даву, и при Шевардино.


Сергей Григорьевич (17??-1812 г), сведениями о котором мы не распологаем, погиб 28 сентября 1812 года в сражении под Вереей.


Братья стяжали бессмертную славу и считались особой гордостью доблестного Ахтырского гусарского полка до последних дней его истории.


Один из представителей известной фамилии помещиков Острогожского уезда Павел Иванович Тевяшов (…..) служил в чине подпоручика батальонным адьютантом 38-го егерского полка в третьей армии А.П. Тормасова, участвовал в деле под Кобрином, Тюхичами, Сычовым, Грабовцами и Новыми Сверженями, где был ранен вскользь пулей в грудь. П.И. Тевяшов остался в строю и принимал участие в боях при Кейданах и штурме Борисова, при Березине и Вильне. За отличие в сражении при Гальберштадте был пожалован орденом св. Анны третьей степени. Принимал Тевяшов участие и во взятии Парижа. Войну закончил поручиком и полковым адъютантом. По выходе в отставку поселился в своем имении в слободе Колыбелка Острогожского уезда, занимался сельским хозяйством, служил в Острогожской палате гражданского суда и предводителем дворянства в Павловске.


Штабс-капитан Киевского драгунского полка и помещик Острогожского уезда Захар Константинович Сомов (17??-18??) «с отличною храбростью с командуемым эскадроном отражал от батареи неприятельскую пехоту» при Шевардинском редуте в Бородинском сражении, был контужен и награжден орденом святого Владимира четвертой степени с бантом. Отличился при взятии Парижа, за что получил серебряную медаль. Вышел в отставку в чине подполковника. Имя его было выбито на 15 стене Храма Христа Спасителя.


Генерал-лейтенант Дмитрий Иванович Чекмарёв (ок. 1786-1869) в 1812 году служил в чине штабс-капитана в Одесском пехотном полку в составе 27-й дивизии Неверовского. При отступлении к Смоленску полк был атакован кавалерией Мюрата, но, построившись в каре, отбивал атаки с уроном для неприятеля. В сражении под Смоленском Дмитрий Чекмарёв, командуя 3-й гренадёрской ротой, отбил укрепление у неприятельских стрелков, а затем храбро и мужественно удерживал позицию. Накануне Бородинского сражения он был ранен пулей в ногу, но не оставил свою роту и сражался при Бородино, где многократно ходил в атаки за Семёновские флеши и получил контузию осколком картечи в раненую ногу. В 1813 году находился при блокаде Модлина. В 1814 году Д.И. Чекмарев был назначен старшим адъютантом 21-й пехотной дивизии и участвовал в походе во Францию, был в сражениях при Шато-Бриене, Ларотьере (за отличие в котором получил золотую шпагу с надписью «за храбрость»), и других, а в 1815 году, в чине майора, — дежурным штаб-офицером при 7-м пехотном корпусе, по расформировании которого, возвратился к прежней должности адъютанта. За отличия был награждён орденами Св. Владимира 4-ой степени с бантом, Св. Анны 2-ой степени, за двадцатипятилетнюю службу – орденом Св. Георгия 4-й степени. Пройдя через турецкую (1828-1829гг) и польскую (1831г) кампании, суровую службу на Кавказе, он вышел в отставку в 1857 г. с должности командира 1-й бригады 22 пехотной дивизии.


В чине майора Владимирского пехотного полка начал войну Иван Николаевич Хотяинцов (1786 или 1787 — 6.2.1863). Он заслужил ордена Св. Анны 4 ст., Св. Владимира 4 ст., Св. Анны 2 ст. Уже заграницей в битве при Ла-Ротьере был ранен, после войны командовал Витебским пехотным полком в чине полковника.


Увлечение модными либеральными идеями, связь с загаворщиками из декабристских обществ едва не поставили жирный крест на карьере офицера: после восьмимесячного пребывания в Петропавловской крепости он был отрешён от командования полком и переведён с понижением в должности в Ладожский, затем в Нарвский пехотный полк. Восстановил репутацию в русско-турецкой войне 1828—1829г и при подавления польского восстания 1831г., командовал 1 бригадой 14 пехотной дивизии на Кавказе, затем резервной дивизией 3 армейского корпуса. Генерал-лейтенант и сенатор И.Н. Хотяинцов умер в Москве и похоронен на Ваганьковском кладбище.


Участник Отечественной войны 1812 года подполковник Алексей Петрович Северцов (1789-1871) — уроженец с. Хвощеватка Воронежской губернии – отец известного учёного и путешественника, основоположника зоогеографии и экологии А. Северцова, внесшего значительный вклад в развитие геологии, ботаники и этнографии.


Воронежские участники событий 1812 года оставили довольно обширное эпистолярное и мемуарное наследие.


Вот что писал о Бородине сын отставного полковника, воронежского вице-губернатора Аполлон Никифорович Марин (1789-1873), (герой Бородина и Лейпцигской битвы народов, генерал-лейтенант и кавалер ордена Св.Георгия 4-й степени Аполлон Никифорович МАРИН был погребён на Воронежском Чугуновском кладбище, на месте которого теперь возвышается нелепая махина Дворца спорта «Юбилейный». Старожилы уверяют, что там было захоронено немало участников Отечественной войны 1812 года, 1-й Мировой и Гражданской войн):


«Июнь, июль и август мы отступали; а Наполеон напирал на нас до Бородина. Тут 24 августа началась борьба и продолжалась 25 и 26. С 5 часов утра заревел бой и загудели пушки. Я был в стрелках, на левом фланге, командовал цепью 2-го батальона и был ранен в правое плечо: пуля осталась в лопатке. Тут же ранили и князя Багратиона».


А.Н. Марин – автор воспоминаний в стихах «Русские богатыри — заветная книжка для ратных людей и народа русского», где в форме фольклорной стилизации описан весь ход войн 1812 и 1813—1815 годов, и «Краткого очерка истории лейб-гвардии Финляндского полка, или Материалов в воспоминаниях и рассказах для полной истории полка, с портретами и планами Бородинского и Лейпцигского сражений» (в 2-х томах, СПб., 1846). Родному Финляндскому полку он посвятил и сборник стихотворений «Песни и рассказы из военных походов» (Воронеж, 1873). В Воронеже близ Покровской церкви, где проживал Марин после войны 1812 года, «висел пудовый колокол, отлитый из французской пушки, добытой с Бородинского поля, и надписями, посвященными этой знаменательной дате. По прошествии каждого часа сам Марин или его слуга звонили в колокол».


Аполлон Никифорович известен своим вкладом в народное просвещение: в своём имении Подгорном Воронежского уезда в 60-е годы ХIХ века он устроил школу для детей своих бывших крепостных.


Отличились в войне и братья Аполлона Никифоровича, Сергей и Евгений Марины. Сергей Никифорович Марин (1776–1813) широко известен как поэт и переводчик, автор множества сатирических произведений. Вращался в кругу столичных литераторов и был дружен с драматургом Шаховским, поэтами Гнедичем, Батюшковым, Катениным и Крыловым. В 1805 г написал один из вариантов знаменитого «Преображенского марша» («Пойдем, братцы, за границу бить отечества врагов»). А.Н. Марин сражался под Аустерлицем и Фридландом, где был дважды серьёзно ранен. Заслужил на поле брани золотое оружие с надписью «За храбрость», отмечен орденом св. Владимира 4-й степени и золотой медалью. При заключении Тильзитского мира Марину было поручено доставить в Париж депешу Александра I к Наполеону. В марте 1811 г. вступил в литературное общество “Беседа любителей русского слова”. Флигель-адъютант Императора Александра I С.Н. Марин в годы войны 1812 состоял дежурным генералом при князе Багратионе и был с ним при Бородине.


Сергей Марин вёл дружескую переписку с Денисом Давыдовым. В письме, датированном 9 октября 1812 года он сообщает: «Армия неприятельская очень в дурном положении, не имеет ни провианта, ни фуража, всякий день теряет пленными множество… Наша же армия имеет все продовольствие, какое только вообразить может. 6-го числа атаковали мы авангард неприятельский. Гнали его, как каналью, более тысячи взяли, с лишком 20 пушек, 1 знамя, до 30 офицеров, — вот тебе краткая реляция…»
С.Н. Марин скончался от ран в 1813 г. в возрасте 37 лет и похоронен в Петербурге, в Александро-Невской лавре.


Совсем недавно из архивного фонда Музея-панорамы «Бородинская битва» был извлечён на белый свет стараниями «Общества потомков участников Отечественной войны 1812 года» «Журнал» майора русской армии Павла Андриановича Никитина (1790 – после 1853), родившегося в Воронеже и происходившего, как следует из формулярного списка, «из солдатских детей». «Журнал» носит дневниковый характер, почти лишён эмоциональной окраски и рассуждений. Однако именно благодаря ему мы теперь знаем о боевом пути ещё одного воронежца-участника войны 1812 года, пролегавшем через поля сражений при Тарутине, Бауцене, Кинештейне, Кульме, Бар-Сюр-Об. В 1818 году участник взятия Парижа Павел Андрианович Никитин был внесён в Дворянскую родословную книгу Воронежской губернии.


Уникальным явлением в мемуаристике 1812 года стали «солдатские» воспоминания – внука участника Отечественной войны 1812 года, уроженца с. Ертила Бобровского уезда Воронежской губернии прапорщика Сергея Яковлевича Богданчикова (1788-1863), М.А. Богданчикова. Потомственный Почётный гражданин г. Павловска Воронежской губернии М.А. Богданчиков прислал накануне 100-летия войны в Особый комитет по устройству в Москве музея 1812 года рукопись, озаглавленную «Моё воспоминание. Из рассказов дедушки моего, прапорщика Сергея Яковлевича Богданчикова. 1911 год». Однодворец С.Я. Богданчиков в 1806 году был зачислен рядовым в Невский пехотный полк, участвовал в русско-шведской войне 1808-1809 годов. В 1812 году, его полк в составе 2-й бригады 21-й пехотной дивизии корпуса генерал-лейтенанта Ф.Ф. Штейнгеля был переброшен из Финляндии в Ригу на правый фланг русской армии. С.Я. Богданчиков отличился в сражениях под Полоцком и Чашниках, был ранен. В составе Екатеринбургского пехотного полка участвовал в заграничных походах, проявил себя в Лейпцигской битве. Был награждён серебряной медалью в память Отечественной войны 1812 года, в отставку вышел в первом офицерском чине. По мнению известного исследователя А.Г. Тартаковского, «Моё воспоминание…» следует считать самыми последними из мемуаров, специально посвящённых эпохе 1812 года. Изложенное малограмотным повествователем «Моё воспоминание…» тесно связано с фольклорной традицией и воспроизводит стилистику народных сказаний…
Воронежский дворянин, помещик Воронежского уезда губернии, участник Бородинского сражения, кавалер орденов Св. Георгия 4-класса и Св. Анны 2-го класса, полковник Михаил Матвеевич Петров (1780-1858) в 1812 году по поручению командира полка и офицерского собрания вел ежедневные записи о боевом пути полка и подвигах однополчан. Этот дневник, очевидно, лёг в основу составленных позже «Журнала военных действий 1-го егерского полка в 1812-1814 гг.» и «Рассказов служившего в 1-м егерском полку полковника Михаила Петрова о военной службе и жизни своей и трёх родных братьев его, зачавшейся с 1789 года 1845 г». Написанные сочным, колоритным языком, воспоминания М.М. Петрова запечатлели для потомков самые яркие страницы истории наполеоновских войн: описания походов в Силезии и к Висле, сражений при Пултуске, Прейсиш-Эйлау, Фридланде; Бородино, Тарутино, Малоярославец, Вязьма, Дорогобуж, Красное, переправа через Березину, Люцен и Бауцен, форсирование Рейна, сражение при Монмартре – хранят и черты незаурядного авторского анализа. Не лишены они и бытописательства. Здесь имеются сведения о родных братьях М.М. Петрова, Алексее, Николае, Иване, и кузене Петре Алексеевиче Петрове. Приводится богатая информация о взаимоотношениях в офицерской среде, среди действующих лиц «Рассказов…» А.Я. Сукин, Л.А. Тургенев, Я.Я. Давыдовский, М.И. Платов, И.С. Дорохов, П.П. Коновницин, Д.В. Давыдов, А.С. Фигнер, М.И. Карпенков. Исследователи считают «Рассказы…» не только ценнейшим источником по истории 1812 года, но и крупным литературным памятником XIX века. Пышный слог М.М. Петрова придаёт воспоминаниям характер своеобразного гимна Царю, Отечеству и русскому дворянству, плотью от плоти которого он был.


В его мемуарах есть упоминание и о том, что через 20 лет после изгнания французов из России в одном из домов Воронежа регулярно встречались ветераны Отечественной войны 1812 года.


Кто знает – быть может это дом с колоннами на Большой Девиченской (ныне ул. Коммунаров, д. 44) – участника Бородинской битвы капитана Ивана Саввича Мягкова (…), нашедшего последнее пристанище на Терновом кладбище, где-то рядом с полковником Яковом Михайловичем Старковым (1775-1856гг), которому принадлежит авторство воспоминаний «Рассказы старого воина о Суворове» (М.1847г). Тот сражался при Шенграбене, Аустерлице, Прейсиш-Эйлау. Там же погребён генерал-майор артиллерии Дмитрий Иванович ХАЛЮТИН (ок. 1793 — 1862), принимавший участие во взятии Парижа.


В «Рассказах…» М.М. Петрова неоднократно упоминается его боевой товарищ – генерал-майор Лев Антипович Тургенев (17??-ум. около 1828 г), состоявший в описываемый период командиром Елецкого пехотного полка в чине подполковника. Л.А. Тургенев участвовал в 52 сражениях и отдал военной службе 42 года, награждён орденом Св. Георгия 4-й степени и шпагой «За храбрость». На родине известен ещё и как родоначальник разведения тонкорунных овец, привезённых им из Саксонии. Последнее пристанище нашёл на сельском погосте в Таврово под Воронежем.


В послужном списке офицера-артиллериста Дмитрия Ивановича Халютина (ок.1793-1862) – более двадцати битв и сражений, в числе которых — бой против французов при белорусском селе Городечно 31 июля 1812 года, взятие Парижа в марте 1814 года. В Воронеж он приехал в 1833 году, возглавлял здешнее Комиссариатское депо (интендантство). Службу закончил генерал-майором. Его поместье с двумя тысячами десятин земли располагалось близ села Верхняя Хава. Воронежский дом Д.И. Халютина сохранился в перестроенном виде, в нём располагается средняя школа №40. Было бы логично присвоить ей имя героя войны, как, впрочем, и вернуть его имя улице, именуемой теперь в честь деструктивного элемента времён последней русской смуты Н.Н. Батурина (он же Замятин).


К 100-летнему юбилею победы над армией Наполеона Воронежской ученой архивной комиссией был подготовлен Сборник «Воронежское дворянство в Отечественной войне». [М., Т-во скоропечатни А.А.Левенсон, 1912. 385 с.; 12 л. иллюстраций, 10 л. факсимиле. 34,6 х 25,4 см. Юбилейное издание]. Авторы сборника впервые собрали, обобщили и подготовили к изданию документы местных Воронежских архивов и исследования, выполненные на основе этого богатого материала. Эти исторические документы отражают участие воронежских дворян в борьбе России с Наполеоном в 1805-1815 гг. и в освобождении Отечества в 1812 г. Составители сборника сравнивали масштабы этого события со Смутным временем и Северной войной, стоивших колоссального напряжения сил защитникам Отечества.


В издании приводятся архивные материалы о воронежском губернском земском войске (1806-1807 гг.) (публикация священника Воронежского Е.И.В. Великого Князя Михаила кадетского корпуса С.Е.Зверева); сведения о наиболее видных и деятельных участниках Отечественной войны с 12 портретами (В.В.Литвинов, В.С.Ярцев); наиболее интересные исторические записки и мемуары участников походов и войны с Наполеоном, полученные от воронежцев В.Н.Томановского, М.И.Новикова, В.Г.Веселовского и других. В конце сборника представлены архивные материалы: указы, циркуляры, списки и др. На основе этих документов написан общий очерк истории участия воронежского дворянства в борьбе с Наполеоном.


Издание было выпущено на высококачественной бумаге по предложению и на средства губернского предводителя дворянства А.И.Алехина (отца великого шахматиста А.А.Алехина). Он внёс внушительную лепту в исследование темы. Во Франции им было приобретено ценное собрание документов, отражавшее историю заграничных походов 1813-1814 гг.: семейный архив генерала А.Я.Рудзевича, переписку начальников штабов союзных армий, донесения Дениса Давыдова и др. Книга никогда не переиздавалась, имеет историко-культурную и материальную ценность – стоимость её на антикварном рынке в настоящее время достигает 275 000 р.


Биографии воронежцев-участников Отечественной войны 1812 года ещё только ждут своих исследователей. Сей скромный труд – всего лишь маленький венок на их по большей части утраченные могилы…



Ю. Ю. Лукин
Вице-предводитель Воронежского Губернского дворянского собрания,
Заместитель Председателя Воронежского отделения
Общества потомков участников Отечественной войны 1812 года