Русский мир

«О Христианской государственности»

Июнь 27
21:15 2008

 «О Христианской государственности…»


На проходящем в эти дни Архиерейском Соборе была, увы, вновь озвучена крайне скорбная для Православного Русского самосознания мысль, о том, что всякая власть от Бога. На основе ложного истолкования этой цитаты апостола Павла современные противники Самодержавия пытаются отрицать богоустановленность Царской власти, что и было сделано на Соборе. С Божьей помощью, публикуем статью по теме…

В современной общественной теории о государстве указано очень много видов государств, разложены по пунктам их типы, функции. Теоретическая база государственного строительства дает возможность для бесконечного поиска путей его совершенствования «ради блага человечества». Последнее изобретение в этой области — теория о «правовом государстве». В этом изобретении плюралистических судьбоносцев нет ни слова о Промыслительной Божественной сущности государственности. На первый взгляд с этим можно не согласиться, поскольку термину «государство» сочинено несколько определений, удовлетворяющих различные идеологические запросы. Тем не менее, в них игнорируется суть, заложенная в самом слове. Такое игнорирование делает абсурдным все изыскания в теории государства и права. Этот абсурд стал нормой в безбожном обществе, на нём основана система кормления атеистических теоретиков и их заказчиков. Продолжают изрекать безумцы в сердце своём: «Нет Бога!»

Но если не игнорировать очевидного, то наивно отрицать, что «государство» предполагает как минимум наличие «государя». Республиканцы вроде бы нашли обход. Но куда уйдёшь от истины? Извращённая впоследствии начальная составляющая часть этого слова, «рекс» — не что иное, как «царь». Осталась в резерве теоретиков «страна», но в отечественных словарях это не что иное, как сторона, часть света. Известны и такие формы, как «союз», «содружество». Кого, с кем, кому он выгоден? У кого, как не у Господа искать ответы на эти вопросы?

К сожалению, не к Божьему Писанию обращаются люди за разъяснением. Страшный призрак семь с половиной тысяч лет бродит по миру — призрак сатанизма. Маркс назвал его по-другому. Вот к его-то помощи и обращаются за разъяснениями. Результатами этих обращений являются революции в сознании, затем — на деле. Весь мир предался этому богохульствующему советчику. Не желая считать Бога своим Отцом, люди дошли в своём безумии до того, что стали считать сами себя богами, кусками высокоорганизованной материи, жалкими рефлексами экономических отношений. Впав в духовный блуд, люди обезумели, назвав себя потомками человекообразной обезьяны, произошедшей от амёбы, что наложило отпечаток и на их теоретические изыскания.

Восемьдесят лет Святая Русь отбивается от сил ада, которые стремятся превратить нас в скотоподобных животных, отнять у нас Христа — то бесценное сокровище, с которым Русь родилась и пронесла Его в сердце своём через всю свою многострадальную историю. Ядом безбожия (безнравственности) отравились многие из нас, стали жалкими калеками, так и не познав радости жизни с Богом. Некогда богоносный русский народ стал рабом в своём оккупированном безбожниками государстве, обеспечивавшем выживаемость наших предков при всех вражеских нашествиях, пока оно оставалось православным.

Сейчас нам говорят: «Русское движение должно идти вместе с православием». Это ложь иудейская. Православие — это и есть русское движение, это и есть русская идея. Оплот его только на Руси. Весь мир отдался сатане льстивому, люди избрали себе богами и явления природы, и предметы, и животных, и конкретного человека (Ленина, Рериха), а некоторые напрямую (тайно или явно) служат врагу рода человеческого. Только Россия и Сербия благодаря усилиям своих молитвенников не отказались от Высшего Духовного Закона — Православной Веры, которую несёт наша Православная Церковь. За тысячу лет православие так впиталось в русскую душу, что стало с ней единым целым. Любой русский — это верующий или пока неверующий, потому что генетически русский неизбежно рано или поздно приходит к Господу, как бы ни пытались нас скрестить с обезьянами, навязать нам сатанинскую лженауку.

В теории государства и права безбожники не создадут ничего полезного для общества. Всё полезное уже изложено в Священном Писании, к которому постоянно и обращают наше внимание святые отцы. Там — ответы на вопросы о причинах появления древних Египта, Вавилона, Китая, демократии, неравенства. Обо всём там сказано, и о том, о чём пытаются в своих безбожных книжках рассказать нашим детям высокоумные «учёные», игнорирующие простую истину, что «без Бога не можете творити ничесоже». Эти безбожники обучают наших детей премудрости жить без Бога, а дети этих безбожников, дорвавшись до власти, считают, что им всё позволено. Позволено им и законы нарушать, поскольку они же их и творят и исполняют. Осквернив свою душу сатанизмом (поскольку святые отцы предупреждают, что время, проведенное без Бога, отдано сатане), они оскверняют свою плоть алкоголем и табаком и в таком осквернённом состоянии убеждают людей быть похожими на них и их идолов, выполнять их планы. Игнорируя Закон Божий, эти паразиты, живя за счёт своего народа, еще наглее нарушают человеческие законы, права своих сограждан — единокровных братьев. Эти безбожники без зазрения совести не выплачивают людям заработанные ими деньги, попирают их гражданские права, фабрикуют уголовные дела, культивируют бездуховность и преступность, спаивая и развращая молодёжь. Кто пресечёт бесчинства осатаневших извращенцев, захомутавших низменными интересами правовую науку, обеспечивающую им видимость защиты прав человека? Какая правовая форма сосуществования людей в большей степени защищает их от братоубийственного богоотступничества?

Поучителен в этом плане описанный замечательным философом Л. Тихомировым рассказ Геродота о диспуте на собрании персов:

«Когда безумный деспотизм Камбиза и самозванство лже-Смердиса, вызвавшие необходимость восстания, очень потрясли монархические чувства персов, между ними явились мысли об изменении формы правления в государстве. По прошествии после восстания персов против магов пяти дней, когда волнение улеглось, было устроено совещание, на котором фигурировало три мнения. Отана предлагал управлять государством всем персам, мотивируя тем, что каждый человек в отдельности наделен завистью, жадностью …, и если его наделить полной властью, то он будет нарушать исконные традиции, будет бесчинствовать, а вот народ всякое решение будет ответственно принимать, на общем собрании. Этому персидскому демократу возразил сторонник аристократии Мегабаз, сказавший, что власть должна быть вручена в руки достойнейших, а народное управление предлагают те, кто желает зла персам. Однако Дарий, в то время не имевший никаких шансов быть избранным в цари, отдал предпочтение монархии, ибо при неизбежности пороков в людях они в итоге достижения главенства своего мнения приходят к столкновениям до тех пор, пока кто-нибудь один не станет во главе народа и не положит конец междоусобиям».

Во всех основных условиях общежития и политики новизны в существе дела нет. Государственное творчество старины и современности вечно вращается в круге трёх основных форм власти. Вышеприведённый диспут персов — один из примеров забвения людьми мистической сущности цели их пребывания на Земле, цели исправления падших ангелов, поддавшихся демократическим увещеваниям Денницы.

В едином служении делу Божию — созданию на земле Царства Божия — Церковь и Царство составляют одно целое, один организм, хотя и «неслиянно», но и «нераздельно», подобно тому, как существуют два естества, Божественное и человеческое, в едином лице Христове. Царство получает веру и благодать освящения от Церкви, а Церковь, не изменяя своей таинственной духовной природе, поручает этому царству ограждать себя от внешних врагов (государств, получающих мерзость осквернения от своих лжепастырей). Глубоко понимая духовные основы государственного бытия, Юстиниан писал: «Благосостояние церкви есть крепость империи». Пока здорова душа — тело может сопротивляться любой болезни, при оставлении же тела душою — неизбежна смерть.

Принцип государственного бытия людей взят из существующего на Небе и описанного святыми отцами порядка управления Царства Небесного с его ангельскими тремя чинами, состоящими из девяти ликов: Престолы, Херувимы, Серафимы, Власти, Господства, Силы, Ангелы, Архангелы, Начала. По словам св. апостола Павла, Бог не есть Бог неустройства, но чина и мира. Во все виды тварного бытия Богом заложен определённый порядок, чин, лад. Божие творение не имеет никакой уравниловки, но пребывает в определённой соподчинённости одно другому, образуя иерархию, пронизанную взаимным согласием и гармонией.

Монархическая форма правления никогда не отвергалась христианством, открывающим истинные цели жизни, природу человека и действие Божественного Промысла. Христианство даёт вполне надлежащую социальную среду для развития монархического начала власти во всей его тонкости. Уклонения от начал истинного христианства в римском католицизме или протестантизме дают в политике образчики уже более или менее извращённого типа монархии. Ещё менее удачны проявления этого начала в странах языческих и магометанских.

Именно уже значительно потускневшее религиозное сознание дало место и той теории абсолютизма, по которой народ будто бы отрекается от своей власти в пользу монарха. В действительности это идея безбожных людей, идея не монархии, а цезаризма, вечной диктатуры, то есть в основе — идея демократическая.

По идее монархической (истинно христианской), боголюбивый народ вовсе ни от чего своего не отказывается, а лишь проникнут сознанием, что верховная власть по существу принадлежит не ему, а той Высшей Силе, которая указывает цели жизни человеческой. Боголюбивый народ просто признаёт власть Бога, веря, что в государственных отношениях она вручается монарху не народом, а Божественной Волей. То есть, власть монарха не есть народная, не народную волю призвана выражать. Но существует она не для себя самой, что характерно для абсолютизма, но для народа, для исполнения некоторой миссии, свыше указанной. Таким образом, монархическая власть составляет служение, а не привилегию.

Для ясности в вопросе о монархической форме правления, а главным образом о её критике, необходимо помнить (а в Св. Писании информация об этом достаточно полная), что Богом установлена для людей единовластная (монархическая) форма правления со времени первочеловека. Богом попущено сосуществование нескольких монархов (царей) с обязательным главенством одного из них (удерживающего). А враг рода человеческого не изобрёл более совершенной формы управления, хотя за семь с половиной тысяч лет завладел умами людей, сформировавших сатанинское учение. Задачей их учения является подчинение энергии людей на услужение диаволу для того, чтобы он мог осуществить свою идею — победить всемогущего Бога.

От многих крещёных (но не воцерковлённых) людей приходится слышать: «Церковь должна быть аполитична, отделена от государства». Эти тезисы — порождение антихристианского противоцерковного гуманизма — либеральные богословы этого столетия выдают за учение Церкви. А вот что говорит христианское православное учение: «христианская государственность есть Православная Монархия. Триединая установка русского человека — Православие, Самодержавие, Народность.

Платон первым определил термин «политика» как «искусство управления». Возможно ли Церкви, основанной самим Господом, устраниться от управления делами в обществе, которое эта Церковь составляет? Было бы возможно, если бы сатана и прельстившиеся им люди оставили христиан в покое и не навязывали нам сатанинской политики. Но поскольку Божественные законы отличаются от противоположных, то и нашей Церкви приходится быть воинствующей, следующей завету благоверного всечестного архипастыря, митрополита Московского Филарета: «Люби врагов своих, гнушайся врагов Христа и сокрушай врагов Отечества!»

И каждый христианин, живущий в миру, и вся вселенская Церковь, особенно иерархия, не может быть абсолютно аполитичной. Поскольку Церковь заинтересована в спасении душ людей, в их духовном здоровье, постольку она не может быть равнодушна к тому, в каких они живут условиях — воцерковлённых или невоцерковлённых. А система образования, культура, средства информации и, в значительной степени, быт находятся под контролем государства.

Церковь указывает и отдельному человеку, и целому народу высшую цель его бытия — жизнь с Богом во Христе, жизнь духовную, которая начинается уже в этой, земной жизни, но в полноте своей раскрывается в вечности. Церковь ничему плохому не учит и постоянно напоминает о том, что «без Бога — не до порога». По православному учению, смысл временной жизни на земле заключается для человека в стяжании Духа Святого для подготовки души к жизни вечной. Критерием справедливости является нравственность, а нравственно только то, что от Бога.

Очевидно, что христианская государственность не может иметь ничего общего с государственностью антихристианской (хотя бы та и называлась «христианской демократией»), сложившейся в тёмную эпоху возрождения язычества, борьбы с Церковью, расцерковления общества. А именно таково происхождение всех современных демократий (власти демона) и их исчадий: анархий, олигархий, диктатур, охлократии (власти толпы). Надо учесть, что сатанисты для уловления человеческих душ используют весь арсенал лжи, в том числе и подмену понятий. Так, в слове «демократия» заложен смысл власти демона, а людям говорят, что это власть народа. Зато в слове «демонстрация» (встреча с демоном) сатанинская суть его раскрывается полностью. Поэтому, оставаясь лояльной в гражданском отношении и к такой государственности, Церковь никак не может быть к ней аполитичной, равнодушной к явлению, которое причиняет её чадам тяжелый духовный ущерб. «Несть власть, аще не от Бога», — говорит апостол Павел в послании к римлянам, что в переводе на современный язык означает: нет власти, если она не от Бога (не есть, власть, что не от Бога). Ненавистники богоустановленной власти на земле и здесь внесли свою лепту в искажение истинного смысла слов святого апостола, цинично «переведя» это место в синодальном издании Библии как «нет власти не от Бога», стараясь внушить доверчивым христианам, что всякая власть, даже явно сатанинская, — от Бога установлена.

Нет примеров приветствия христианами развала монархической государственности. Мы видим христиан, даже в моменты гонений исполняющих заповедь апостола Павла: «Молитесь за царя и иже во власти суть». Как это поведение чад Христовых не похоже на поведение питомцев антихристовых, демократически распявших своего Царя — Иисуса Христа! Как мы могли уподобиться им, поверив в 1917 году фальшивке об отречении своего Государя, и позволить распять его, забыв Соборную Клятву, данную нашими предками в 1613 году? Горе нам, ослеплённым мраком тьмы, отдавшим души свои во власть плоти, вознамерившимся получить материальные блага в обмен на ликвидацию духовных ценностей.

Изначальное состояние каждого человека как потомка Адама есть падшее, поврежденное грехом во всех силах души. Из этого состояния можно выйти не иначе, так силою Божией благодати, которая подаётся только ворующему во Христа и следующему за Ним путём крестным. Без отвержения своего греховного естества, то есть поражённых грехом разума, воли и сердца, невозможно стяжать любви к Богу и ближнему, наполниться очистительным Духом Святым.

Эта аскетическая установка христианина выражается в том, что весь порядок земной жизни должен помогать ему воспитываться в гражданина Царства Небесного. Эффективным средством обуздания своего греховного своеволия является добровольное сознательное послушание и самоотверженное служение богоустановленному порядку: вначале — послушание в семье, родителям и старшим, затем — богоучреждённой власти царской и иерархии церковной. С этим тесно связаны и понятия присяги, обета, долга. Христианская духовная жизнь начинается с обряда крещения, который есть вступление в завет с Богом, присяга на верность Eмy. Отсюда долг христианина — служить своему Господу до конца жизни, сохраняя Ему непреклонную верность. Все эти понятия абсолютно чужды демократическому обществу потребления. Это общество, провозглашая натуральное греховное состояние человека нормальным, развивает его через всемерное удовлетворение эгоизма. Общество потребления не знает святынь, кроме своего «я», всё оценивает лишь в долларах и калориях. Оно не желает знать никакого стеснения своего своеволия, никаких обетов и присяг, признаёт только те обязательства, за нарушение которых надо платить неустойку. Человек потребления и к религии подходит утилитарно — потребительски: что эта религия даёт из земных благ — снимает ли стресс, излечивает ли от болезней, обеспечивает ли деловой успех и т.д.

Общество, провозглашавшее исключительной целью человека его земное преуспевание и материальное благополучие, использует религию лишь в качестве ширмы, проповедуя многобожие. От христианства там оставлено лишь название. Это общество — продукт антихристианской эпохи.

В свое время А.С.Хомяков показал, что происхождение еще древних республик — Карфагена, Рима, Афин — вытекает из ослабления религиозного чувства у основавших их народов. Религия, отношение человека к Богу, есть то, что человек признаёт выше себя или над собой: золото, обезьяну, идола или Господа. Там, где религиозные интересы у народа отсутствуют или извращены — неизбежна политическая борьба, в бесплодном хаосе которой проходит вся история демократий древних и новых, старого и нового язычества. Этот хаос постоянно кипящих политических страстей лучше всего обнажает адскую, демоническую сущность демократии.

После отпадения Рима и Константинополя в католическую ересь Промысел Божий предназначил России быть последним прибежищем Православной Церкви, последним оплотом веры. Поэтому и русская государственность складывалась как Православное Царство, а сам русский народ — как православный и церковный народ.

Триединство «Православие — Самодержавие — Народность» — есть основа русского национального сознания. Это очевидно даже «от противного»: все борцы с Самодержавием, будь то революционеры или либералы, были равно и космополитами- безбожниками (хотя и не обязательно вульгарными материалистами). Процесс утраты монархического сознания у русской интеллигенции шёл всегда вместе с утратой национально- державного сознания, с презрением к отечественному прошлому, с расцерковлением и нравственным разложением. И полоумный нигилист — маньяк идей социализма, и респектабельный циничный либерал равно были смертельными врагами «Веры, царя и Отечества» и вместе, исполняя план сатанистов, как в 1905-м, так и в 1917 году, свергали Царя, гнали Церковь, разрушали Отечество.

Напротив, зло, носителем которого является сатана стремится разрушить эту гармонию, этот богоустановленный порядок, ввергнуть сотворённый Богом мир в хаос и разрушение и через это — в небытие. Демократия в своей глубинной сущности есть именно отрицание и разрушение богоустановленной иерархии и порядка в мире. Она и является в мир в адском пламени революций, и потому есть начало, безусловно, злое, демоническое.

Будучи началом всецело разрушительным, зло не имеет бытия в самом себе, а может лишь паразитировать на добре. Разрушив добро, оно неизбежно и само, как и всякий паразит, истощавший питавший его организм, погибает. И демократия может паразитировать только на накопленных веками духовных ценностях и нравственных устоях народа, а, истощив это богатство, приводит к денационализации, разложению, то есть к духовному небытию. Вся забота сатанистов о благе общества — шарлатанство, наглядным примером которого является их «научная» полемика о том, что такое зло, а что — добро. Им не стыдно по средствам массовой дезинформации делиться опытом по разврату наших детей, дебатировать о том, чем порнография отличается от эротики и т.д. Это наглядный пример наглого издевательства сатанистов над нами. Сексофилия — их отличительный признак. Выпестованная сатанистами часть общества, названная ими интеллигенцией, послушно выполняет их заказ по духовному очумлению населения. Устами этой прослойки народ обучается кричать «распни Его» и лить слёзы о нехватке хлеба и зрелищ, критиковать «христианское мракобесие» — «опиум для народа».

Оружием сатанистов (что зафиксировано в их программе) являются «алкоголь, классицизм, разврат». Наше православное оружие — крест и молитва, данные нам в евангельском учении. Их возглавляет сатана, а глава Православной Церкви — Сам Господь Иисус Христос.

Что нам нужно для спасения в жизни вечной, для победы над грехом, для искупления прегрешений наших предков? Для этого Церковь призывает, во-первых, к покаянию за наше безбожное грехопадение, и православным человек, безусловно, должен в этом покаяться. Во-вторых, необходимо чётко осознать, что единственно угодна Богу та Россия, которая служит Ему и Его Церкви — Святая Русь в виде Православного Царства. «Ищите, прежде всего, царствия Божия, и вся сия (т.е. материальные блага) приложатся вам», «Невозможное человекам возможно Богу», » Без Мене не можете творити ничесоже», — таковы слова Христовы. И как жалки люди, отвергающие Бога и Его Помазанника-Царя! Надеясь на свои силы, они с осатанением грызут друг друга, прячутся за железные двери. Не заполняя свою духовную нишу светом истинного богопознания, они всё сильнее впадают во мрак бездуховности.

При Православном Самодержавии Царь и народ — едины, находятся в живой связи, образуя единый церковный организм, в котором Царь — глава, народ — тело. Православный Царь есть отрицание абсолютизма именно потому, что он связан не только догматико-каноническим учением Православной Церкви, но и культурно-бытовым православием народа: вместе они составляют основу, где Царь в своих действиях ограничен Законом Божиим, и только им. Думая о делах церковных, Царь советуется с патриархом, с которым пребывает в симфонии, и, как член Церкви, — с духовником. О делах государственных и земских он совещается с Земским Собором (со «всею Землёю»! Все члены государства пекутся о духовном единстве, выполняя волю Всевышнего, возложенную на человека по великому Промыслу Божию. Распад духовного единства приводит к смутам и, как результат, — к невыполнению возложенных на человека задач. Отказываясь от несения своего креста, люди отказываются от Бога и от помощи друг другу, что позволяет сатанистам беспрепятственно отравлять их души и приносить сатане ритуальные кровавые жертвы.

Царь — защита и опора Церкви Православной, поставленный по Промыслу Божию отцом для её чад. И кто мы после отвержения своего отца, поверившие жалкой фальшивке о его отречении, допустившие убийство Помазанника Божия, его наследника и всей его Августейшей Семьи шайкой сатанинских пособников? Где были голоса пастырей, когда они возглашали многолетие Временному правительству? Кому они служили благодарственные молебны за лишение власти Царя, дарованного Богом русскому народу? Получается — служили дьяволу; за это и получили наказание.

Неужели только гигантские потрясения способны заставить нас выполнять заповеди Божии? Сколько можно испытывать любовь к нам нашей Матушки-Богородицы, уставшей уже, наверное, держать над нами Свой Держащий Покров?

Сатанинские враги возрождения Святой Руси всячески стараются разделить русских людей, противопоставить одних другим: невоцерковлённых патриотов увлечь под знамёна жириновцев, церковных энтузиастов — под знамёна «демохристиан», «зарубежников» противопоставить «отечественникам», сочинителей безбожной конституция — консерваторам. И это им будет удаваться на фоне очевидной демократии, пока народ не поймёт, что если человек не верит в Царя Небесного, не осознаёт, что создан по образу и подобию Божию, то и в самом деле превращается в потомка пресловутой дарвиновской обезьяны, что единственная богоустановленная форма государственного устройства, служащая для нашего спасения, — Православная Самодержавная Монархия, что каждый православный христианин, признающий Священное Писание, — в обязательном порядке монархист».

Как тело без души, так и Царство без Церкви жить не может. Об этом яснее ясного говорит людям проникшийся любовью к Богу светлый Брянский отрок, русский православный певец Максим Трошин:

Без Бога нация — толпа,
Объединённая пороком,
Или слепа, или глупа, иль,
Что ещё страшней, — жестока.

И пусть на трон взойдёт любой,
Глаголющий высоким слогом:
Толпа останется толпой,
Пока не обратится к Богу.


Только прогрессирующей параноидальной шизофренией общества можно назвать стремление людей уйти от Бога, игнорировать Священное Писание, игнорировать мудрость святых отцов. А ведь там — все глаголы жизни:
«И рече Господь к Самуилу:… постави им Царя» (I Царств, 8,22); «Невозможно христианам иметь Церковь, но не иметь Царя» (Вселенский патриарх Антоний); «Царь есть образ одушевлен Царя Небесного» (преп. Максим Грек); «Бог даровал христианам два в высших дара — священство и царство, посредством которых земные дела управляются подобно небесным (преп. Феодор Студит).

Время показало, что уход от простой истины о богоустановленности Царской Власти на земле всегда приводит к трагедии. Видели мы это на примере России, увидим ещё более тяжкие последствия на примере ныне благоденствующих США. Но отвечать будет каждый из нас за свои дела — насколько в следовании Священному Писанию мы приблизились к Богу.


«Имперский Курьер»