Экономика

«Нежелание Медведева бороться с офшорами вполне объяснимо»

Март 18
15:31 2012

«Нежелание Медведева бороться с офшорами вполне объяснимо» 


  По мнению эксперта, для либералов право бизнеса уклоняться от налогообложения священно


Создать собственное ЗАО, имея в кармане заначку 10 000 руб. в виде уставного капитала, – забавная реальность наших дней. И она останется таковой, видимо, еще на долгое время: президент РФ Дмитрий Медведев не согласовал предлагаемые в проект нового Гражданского кодекса поправки, которые предусматривали увеличение минимального порога уставного капитала. Цель разработчиков изменений была очевидна – усложнить жизнь любителям плодить фирмочки-однодневки, создаваемые в большей доле случаев в качестве составных элементов мошеннических схем.


 Такая очевидная логика «напоролась» на убойный контраргумент, против которого без подготовки и не попрешь: мол, любое усложнение госрегистрации компаний негативно скажется на деловой активности и ударит по свободе предпринимательства. Такую позицию представило Минэкономразвития. Президент поддержал позицию ведомства Набиуллиной и наказал отправить законопроект на рассмотрение депутатам без усложняющих поправок. Изначальное предложение обязать офшорные компании раскрывать своих конечных бенефициаров также не нашло понимания наверху.


 К слову, соответствующие поправки предлагали не какие-нибудь записные оппозиционеры, а «свои» же – члены президентского совета по кодификации. Для того, чтобы недобросовестным дельцам жизнь особо медом не казалась, предлагалось повысить минимальный порог уставного капитала для различных форм собственности: для ООО и ЗАО – 300 000 руб.; для ОАО – 1 млн руб. Не сказать бы, что драконовские меры, но логично предположить, что новые «рога и копыта» при новом раскладе открывались бы… обдуманнее, что ли. Авось и для пользы.


 Раскритиковали в Минэкономразвития и другое предложение президентского Совета по кодификации – о требовании к владельцам офшорных компаний раскрывать бенефициаров (о том, что т. н. «офшорная экономика» – настоящий бич современной России, не раз подчеркивали представители «Справедливой России», о чем вы можете прочитать в нашем фронт-проекте). Тут придирка свелась и вовсе к бюрократическому крючкотворству: мол, это не должно регулироваться Гражданским кодексом, тут необходимо отдельное законодательное регулирование, и вообще требовать прозрачности от всех не стоит – только в особых случаях, когда речь идет о крупных сделках.


 Утешает авторов поправок лишь надежда, что парламентарии всё же самостоятельно проведут соответствующие поправки уже в ходе думских слушаний. Тем более что альтернативное предложение участвующей в дискуссии рабочей группы по созданию Международного финансового центра о том, что минимальное требование к уставному капиталу компаний вообще нужно убрать, также не нашло поддержки. Значит, разум не покинул покуда высокие властные кабинеты…


Новости вокруг «антиофшорного» законопроекта прокомментировал директор Института проблем глобализации, доктор экономических наук Михаил Делягин:


 – Минимальный объем капиталов должен быть увеличен для компаний, которые занимаются определенными видами деятельности. Скажем, когда компания с капиталом 10 000 руб. выигрывает тендер на поставки государству чего-либо на сотни миллионов рублей, или когда она управляет бизнесом стоимостью миллионы и миллиарды долларов, – эта ситуация представляется неправомерной. Она ведь юридически не может нести никакой ответственности за последствия своей деятельности: у нее просто нет для этого достаточного имущества. И это провоцирует повышенные риски.


 Что касается борьбы с офшорами, то г-н Медведев произносит правильные слова, но при этом его действия часто вызывают сильные сомнения. Он, с моей точки зрения, слишком либерален для того, чтобы защищать права Российской Федерации и права ее граждан. И то, что он, по сути, не хочет бороться с офшорами, – это нормально: либерал не может бороться с офшорами, поскольку право уклоняться от налогообложения – это священное право бизнеса. При этом нужно понимать, что борьба с офшорными схемами в России сама по себе весьма забавна, поскольку Россия сама, по сути, является крупнейшим в мире офшором для миллиардеров.


 Если посмотреть, как устроено наше налогообложение доходов, то выяснится, что, скажем, фонд оплаты труда большинства людей, вроде нас с вами, облагается по ставке более 39%: 30% отдается в качестве обязательного социального взноса, а потом еще 13% – подоходный налог. Если же человек богат, то обязательный социальный взнос – не 30%, а только 10%, а если совсем богат, то он может нанять хорошего налогового консультанта, перевести все свои текущие доходы в индивидуальные частные предприятия и платить уже по ставке 6%. Это – беспрецедентная ситуация, настоящий райский заповедник для богатых. И при таком бревне в собственном глазу бороться с соринками в чужих глазах немножко странно. Тут с г-ном Медведевым я вполне согласен.


– А в принципе, если и не полноценная борьба, то хотя бы упорядочивание офшоров возможно?


 – Для начала нужно потребовать, чтобы право собственности на российскую экономику было возвращено российским компаниям. Ситуация, когда права собственности на 90% крупнейших российских частных предприятий вывезены в офшоры, — это ненормальная ситуация. И можно было бы сказать: мол, дорогие друзья, либо эти предприятия будут принадлежать российским корпорациям (т. е. извольте вернуться в Россию, господа владельцы), либо они будут национализированы, причем в течение полугода. Т. е. зафиксировать таким образом, что определенные российские предприятия, определенные отрасли не могут принадлежать какой-то кипрской офшорке, которая состоит из «полутора человек».


– Медведев, как говорят, не захотел увеличивать минимальный порог уставных капиталов, чтобы не чинить препятствий молодым начинающим предпринимателям….


 – Смотря что понимать под предпринимательством. Если под этим общим термином понимать ответственное предпринимательство, то таких палок в колеса не будет, если, конечно, не заниматься бюрократическими извращениями. Но нормальный бизнесмен, владеющий 20 заводами, будет обладать имуществом, которое поможет ему оплатить возникающие риски. А если понимать под «предпринимательством» рэкет и бандитизм, то, да, повышение нормативов уставного капитала для тех, кто управляет чужим имуществом, действительно ограничит этот вид «предпринимательства».


 Но г-н Медведев – это человек, который, как мы помним, декриминализировал контрабанду. Т. е. контрабанда, которая, в общем-то, является преступлением против государства, – это теперь не уголовное, а административное преступление, вроде перехода улицы на красный свет. Медведев в своем либерализме дошел до того, что уже и убийство человека без применения оружия может караться двумя месяцами тюрьмы: это называется «нанесение тяжких телесных повреждений, повлекших по неосторожности смерть пострадавшего». Таково медведевское понимание прав и свобод… Это – не случайность, не недоразумение, а его принципиальная позиция. И обвинять президента в легкомыслии не стоит: он, безусловно, читал все свои слова и понимает, что они значат.