Общество

Неонацисты: между действием и ностальгией в поисках «виновника» кризиса

Июль 02
09:33 2012

Неонацисты: между действием и ностальгией в поисках «виновника» кризиса


Их враг – «иностранец», чужой, он причина всех проблем. Они пользуются международной сетью. Поводом для встреч являются политические сборища, но особенно концерты. С помощью музыки и Сети они избегают репрессий. И надеются войти в Европейский парламент


 Их враг? Банки и Европа, но в особенности «иностранцы», потому что заявленная цель новых товарищей – это иммигранты, особенно арабы и мусульмане, помимо цыган и евреев. Политика, идеология и исторические ссылки смешались в среде тех, кто принадлежит к новым международным фашистским организациям, а это десятки тысяч радикальных правых экстремистов Европы. Неонацисты, новые и старые фашисты, наци-скинхеды, bonehead, хэммерскинс, movimentisti, автономные националисты и cani sciolti (свободные собаки) действуют на севере, в Норвегии, все еще потрясенной бойней 22 июля 2011 года (77 убитых в Осло и на острове Утойя и один ответчик Андерс Беринг Брейвик, 33 года, которого судят в настоящее время), и на юге, в Греции, где имела успех на выборах неонацистская партия «Золотой Рассвет» (почти 7% и 21 место в в парламенте в первый раз).  Неонацистская волна прокатывается по Венгрии, России, Сербии, Германии, Великобритании, Австрии, Франции, Испании и Италии. Она представлена отрядами испытывающих ностальгию по фашизму, маленькими группами реакционеров, но особенно растущей толпой, состоящей из новых поколений европейцев, которые поддерживают партии ненависти и нетерпимости. Они организуются в маленькие и большие мобильные группы, организуют нападения, избиения и убийства. Они находят контакты друг с другом через музыку и через Сеть, часто независимо от идеологии.


 Политика. Говорит Кинга Гентц, член Европейского парламента и бывший министр иностранных дел Венгрии: «Рост этого явления очевидно связан с кризисом. Помимо громких событий в Греции и Франции я думаю о том, что случилось в Словакии, Румынии и Голландии: граждане проголосовали за социал-демократические партии, но и крайне правые партии, потому что люди ищут политического решения, а также виновных. Я думаю о нетерпимости по отношению к иммигрантам и цыганам. Опасность существует, и это доказывают нацистские и ксенофобские программы партий, которые оправдывают явление».


 Популистские лозунги все чаще слышатся в речах лидеров, умножаются послания на форумах в интернете, виновником кризиса объявляется «турбокапитализм», «банкиры», идет старая атака на «еврейское лобби». Но из Берлина, журналист и ученый, занимающийся крайними правыми, Майк Баумгертнер (Maik Baumgaertner) предупреждает: «В эти годы рост связей между самыми радикальными группами шел по экспоненте. Зафиксированы встречи между немецкими и австрийскими, испанскими, швейцарскими и скандинавскими неонацистами. Поводом для встреч являются политические сборища, но особенно концерты. Они ищут своих единомышленников, с которыми обмениваются опытом, встречаются с целью избежать репрессий со стороны властей стран происхождения». Гентс добавляет: «Пропорциональная избирательная система позволяет эти партиям войти в Европейский парламент».


 Действующая регламентация не позволяет отказывать в финансировании очевидно ксенофобским группам, присоединившимся к так называемому Альянсу европейских национальных движений, под прикрытием которого действует Бруно Гольниш из французского Национального фронта. К нему относятся партия «За лучшую Венгрию» («Йоббик»), Британская национальная партия, шведские Национал-демократы, австрийская Партия Свободы, испанская партия Национальная демократия, итальянское «Трехцветное Пламя». Именно из Италии поступили в эти годы новые сигналы через движение Casa Pound, которое как и «в Германии, Испании или Скандинавии привлекает растущий интерес новых поколений». Баумгертнер предупреждает: «Прошлым летом группа неонацистов из Саксонии посетила Casa Pound в Риме. Они описали свои восторженные впечатления в Сети под заголовком «Учитесь у Италии». Я думаю, что наиболее впечатлила европейскую молодежь современная стратегия Casa Pound, использование Сети и музыки, а не то, что они заявляют о себе как об откровенно нацистской организации. Другими словами, они отстраняются от старых схем радикальных правых».


 Подавление. «У нас нет инструментов для эффективной европейской координации», — сообщает источник из итальянских служб расследования, которому был задан вопрос по поводу предотвращения и контроля за явлением. «Различные законы и директивы европейских стран препятствуют эффктивным действиям. Кроме того, уже десять лет приоритетом является борьба с исламским терроризмом, не организован совместный мониторинг за межнациональными связями неонацистских и неофашистских групп». Практически то же самое подтвердил Bodo Becker, пресс-секретарь Федерального бюро защиты Конституции в Германии: «Мы можем только передавать информацию нашим коллегам за рубежом каждый раз, когда люди, привлекающие наше внимание из-за их принадлежности к опасным группам и организациям, переезжают в Чехию, Бельгию, Францию и другие страны Европы».  В Германии, потрясенной операцией, в результате которой в ноябре 2011 года была обезврежена террористическая неонацистская ячейка, на счету которой было 10 убийств (9 иностранцев и полицейская), ограбления и покушения в течение 13 лет, бдительность по отношению к неонацистам увеличилась. Зарисовка немецкой ситуации, сделанная Becker, характеризует  явление: «В Германии мы их делим на три категории».


 Есть члены Национал-демократической партии Германии (NРD), они политически активны и прямо не замешаны в эпизодах насилия. Они контактируют с подобными организациями в Европе, например, с Британской национальной партией, и насчитывают 9,6 тысячи человек. Есть правые экстремисты, связанные с музыкой (hate music) и футбольными болельщиками, скинхедами и бывшими скинхедами, они склонны к насилию, не обязательно по идеологическим мотивам, в их рядах насчитывается 8,3 тысячи человек. Они собираются в дни различных праздников и исторических дат помимо Германии в Испании, Бельгии или Скандинавии. Наконец, неонацисты, самые динамичные и опасные, потому что их объединяет идеология насилия и они готовы к действиям. Их примерно 5,6 тысячи человек. Их европейские контакты трудно проследить, но наверняка у них есть связи на континенте. Ограничением во всех случаях служит лингвистический барьер, который уменьшает возможность создания транснациональной организации». Потом он подводит итог в цифрах немецких крайне правых: «165 музыкальных групп и более 1000 сайтов в Сети».


 Сеть. Интернет сегодня помогает  преодолеть этот барьер, среди самых важных сайтов крайне правых в Германии можно назвать Altermedia и Thiazi Forum, Stormfront, «импортированный» из Америки, французский Zentropa. Член Европарламента Гентс продолжает: «Решающую роль играет Сеть, в ней они знакомятся и объединяются, связываясь через социальные сети. Это позволяет им чувствовать себя менее изолированными. В отличие от старых партий эти новые организации умело пользуются интернетом, чему способствует лучшее знание английского со стороны молодежи».


 Пример тому «Йоббик» — движение «За лучшую Венгрию». Гентс говорит: «У них старая антисемитская программа, которую трудно принять даже сходным группам в остальной Европе, где преобладает нетерпимость по отношению к иностранным иммигрантам и арабам. Но в Венгрии ситуация особая, мы пережили два тяжелых кризиса за двадцать лет еще до наступления нынешнего, а до этого период краха коммунизма. Новые поколения всегда восстают против прошлого, а в нашем случае, против коммунизма. На их взгляд «Йоббик» представляет собой что-то новое, далекое от коррупции. Здесь очень многого ждали от демократии, близость и историческая связь с Австрией заставила нас надеяться на благополучие, как на что-то неизбежное, почти само собой разумеющееся. Однако события развивались совсем иначе. И разочарование, особенно среди молодежи, было велико.


 Музыка. Этот феномен очень распространен, он сближает: от рока до так называемой музыки ненависти (hate music). Тяжелые звуки и более или менее откровенные тексты. Группы знакомятся между собой (в особенности online) в неонацистской музыкальной промоутерской сети Кровь и Честь (Blood and Honour). У них отделения по всей Европе, вплоть до России, группы родились под знаком настоящих «инициаторов», британской панк-группы Skrewdriver (Отвертка). Она образовалась в конце семидесятых годов в среде английских панков, но потом была преобразована певцом  и лидером зарождающегося «Национального Фронта» Яном Стюартом и возглавила расистскую, фашистскую и неонацистскую формацию скинхедов.


 В 1982 году группа входит в движение «Рок против коммунизма» и дает концерты по всей Европе до начала девяностых годов. Когда распалась Skrewdriver, движение расширилось. Хотя оно маргинальное и подавляется, альбом группы «Кровь и Честь» запрещен в Германии уже 12 лет. Но свою деятельность продолжают такие группы, как английская Brutal Attack, немецкие Lunikoff Verschworung, Oidoxie, Endstufe, Kraftschlag и Blitzkrieg, а также итальянские Legittima Offesa e Timebombs, а это только наиболее активные.


 От Осло до Флоренции. Рентгеновский снимок правого экстремизма показывает континент, потрясенный не только бойней, устроенной Брейвиком в Норвегии, но и трагедией во Флоренции 13 декабря, когда 50-летний Джанлука Кассери, посещавший Casa Pound, покончил с собой, после того как убил двух сенегальцев, а также десятками актов агрессии, насилия и убийств с ксенофобской подкладкой, зарегистрированных по всей Европе. «Убийства в Осло и Флоренции представляют собой единичные случаи, совершенные неуравновешенными людьми, но порожденные климатом ненависти, который подпитывают крайне правые политики и группы. Нет прямой связи и доказательств, но это очевидно»,  — утверждает член Европарламента Кинга Гентс.