Экономика

Нефть после Чавеса

Март 26
02:14 2013

Нефть после Чавеса


Президентские выборы в Венесуэле и российские инвестиции в нефтяной сектор


Тесное сотрудничество России и Венесуэлы, в частности в разработке нефтяных месторождений, во многом связано с именем Уго Чавеса и проводившейся им политикой. Сохранят ли российские компании свои позиции в венесуэльской «нефтянке» после кончины легендарного команданте?


Венесуэла — мировой лидер по запасам нефти. По данным статистического ежегодника BP, разведанные объемы черного золота в этой стране составляют 296,5 млрд баррелей (больше, чем в Саудовской Аравии). Правда, значительная часть венесуэльской нефти — тяжелая, как в прямом, так и в переносном смысле. Добыча такого топлива сопряжена с определенными трудностями — необходимы специальные технологии извлечения, а значит, существенные энергетические затраты. В результате себестоимость добычи достаточно высока. А если учесть также и налоговую нагрузку, становится понятно, что добыча венесуэльской нефти не сулит сверхприбылей.


С другой стороны, структура мировых нефтяных запасов стремительно ухудшается. Новых месторождений с легкой в добыче нефтью в мире практически не осталось, исключением можно считать лишь Ирак. Поэтому крупнейшие мировые компании готовы инвестировать даже в разработку очень сложных запасов.
Сотрудничество российских нефтяных компаний с Венесуэлой началось в 2009 году, когда стороны договорились о совместном освоении блока Хунин-6 в бассейне реки Ориноко. 60% в совместном предприятии принадлежит государственной венесуэльской PDVSA, оставшиеся 40% — российскому Национальному нефтяному консорциуму (ННК), куда изначально входили на паритетных началах «Роснефть», «Газпромнефть», «Сургутнефтегаз», «Лукойл», а также ТНК-BP. В начале этого года «Роснефть» приобрела у «Сургутнефтегаза» его долю, консолидировав 40% ННК, а также стала «лидером» (оператором) проекта. С учетом доли ТНК-BP, 100% акций которой «Роснефть» выкупила, главная российская нефтяная компания контролирует уже 60% ННК. В прошлом году на месторождении Хунин-6 была добыта первая нефть — на два года раньше, чем планировалось. Суммарные инвестиции в проект оцениваются свыше 20 млрд долларов, а добыча на пике может составить 22 млн тонн в год.


Кроме того, в сентябре прошлого года «Роснефть» подписала соглашение с «дочкой» PDVSA о создании совместного предприятия для разработки блока Карабобо-2, также находящегося в бассейне Ориноко. Доля российской компании составит 40%, а только российские инвестиции в проект оцениваются в 16 млрд долларов. Кроме того, «Роснефть» рассматривает предложения Венесуэлы о совместной работе на шельфе страны.


Размер инвестиций и цифры будущей добычи красноречиво свидетельствуют о масштабности российских планов. Поэтому вопрос, сохранятся ли со сменой президента Венесуэлы российские позиции в нефтяной отрасли страны, не постигнет ли наши активы та же судьба, что и в Ливии, отнюдь не праздный. Впрочем, ливийские аналогии в случае с Венесуэлой неуместны.


Напомним, что выборы нового президента Венесуэлы состоятся 14 апреля. Основными соперниками станут преемник Чавеса, нынешний вице-президент страны Николас Мадуро, единый кандидат от партии власти, и тот, кого назвал преемником сам команданте, и кандидат от объединенной оппозиции Энрике Каприлес. Каприлес уже сражался на президентских выборах в прошлом году и проиграл Чавесу, показав при этом неплохой результат — 44% голосов. Впрочем, пока, по данным социологических опросов, с отрывом почти 15% лидирует Николас Мадуро. И даже при прочих достойных альтернативах, таких как, например, боевой товарищ Чавеса, председатель Национальной ассамблеи Диосдадо Кабельо, выстроенная венесуэльским президентом политическая модель не дала сбоя. Прочные ряды чавистского истеблишмента не дрогнули в критический момент — смерть президента не стала сигналом к схватке за власть. Так что дееспособность режима можно считать доказанной.


Доказана она и в экономическом измерении. Чавес, который стал архитектором эффективной модели взаимодействия национальной нефтяной PDVSA и всех иностранных партнеров, взял курс на многолетнее сотрудничество с российскими компаниями, и, учитывая многокомпонентность этих договоренностей, их пересмотр просто невозможен.


Нет необходимости доказывать, что в случае победы Мадуро российско-венесуэльское сотрудничество продолжит развиваться. Напомним, что ключевых позиций в сотрудничестве Москвы и Каракаса две: это участие российских компаний в нефтяных проектах Венесуэлы, а также экспорт российского вооружения и его комлектующих.


А если президентом станет Каприлес? Даже тогда есть веские основания считать, что сотрудничество в нефтяной сфере не подвергнется ревизии. Каприлес позиционирует себя как центрист, а не как противоположность Чавесу. Достаточно сказать, что примером для подражания он считает бывшего бразильского президента Лулу да Силву.


Кто бы ни стал президентом Венесуэлы, в условиях существенной поляризации населения (о чем говорят результаты последних выборов) новому лидеру понадобятся стабильные финансовые поступления в бюджет, одним из основных источников которых является нефть. Возможная ревизия российско-венесуэльского нефтяного сотрудничества (то есть фактически замена одних участников другими), очевидно, скажется и на темпах разработки месторождения, то есть на наполнении бюджета.


Со своей стороны, «Роснефть» также предпринимает усилия, чтобы обезопасить свои инвестиции. Причем компания идет не только по пути «эксклюзивных договоренностей», достигнутых главой корпорации Игорем Сечиным (российская делегация во главе с президентом «Роснефти» посетила Каракас, где подписала ряд соглашений о продолжении сотрудничества в сфере нефтедобычи, в частности Меморандум о взаимопонимании между PDVSA и «Роснефтью» в разведке новых участков на шельфе Венесуэлы).


Есть и другой аспект — привлечение новейших технологий. В последние годы «Роснефть» смогла заключить ряд стратегических партнерских соглашений с ведущими мировыми нефтяными мейджорами — «ЭксонМобил», «Эни» и «Статойл». Теперь в распоряжении российских нефтяников целый арсенал сложных передовых технологий по добыче тяжелой нефти.


Таким образом, курс руководства «Роснефти» на создание глобальной нефтегазовой компании и обмен активами с западными нефтяными гигантами, то есть создание системы взаимозависимостей крупнейших компаний друг от друга, оправдывает себя и в контексте защиты российских инвестиций за рубежом. В случае смены власти Россия готова работать и с новым руководством страны. Как заявил глава МИД Сергей Лавров в интервью телеканалу «Россия 1», «мы будем уважать выбор венесуэльского народа и рассчитываем, что он будет поддержан всеми, кто выстраивает отношения с Венесуэлой, и что не возникнет попыток повлиять на этот выбор».


Первая проверка прочности отношений двух стран «после Чавеса» уже не за горами — в начале апреля в Каракасе пройдет заседание российско-венесуэльской межправительственной комиссии.