Экономика

Может ли глава государства гарантировать соблюдение конституции, прав человека?

dengi01
Ноябрь 13
23:51 2015

Президенту Российской Федерации ПУТИНУ В.В., в Правительство РФ МЕДВЕДЕВУ Д.А., Государственную Думу НАРЫШКИНУ С.Е., Совет Федерации МАТВИЕНКО В.И.

В Конституционный Суд РФ ЗОРЬКИНУ В.Д., Генпрокуратуру РФ ЧАЙКЕ Ю.Я., Уполномоченному по правам человека в РФ ПАМФИЛОВОЙ Э.А.

от Гречишникова Леонида Васильевича (экономист по труду)

Открытое письмо

 

МОЖЕТ ЛИ ГЛАВА ГОСУДАРСТВА ГАРАНТИРОВАТЬ СОБЛЮДЕНИЕ КОНСТИТУЦИИ, ПРАВ ЧЕЛОВЕКА?

Конституция (ст. 80) прямо предписывает главе государства гарантировать соблюдение Конституции, прав человека. Но как это можно сделать, если, убеждён:

1) САМА же высшая российская власть нарушает Конституцию, права человека (прямо законами и другими решениями),

2) проконтролировать соблюдение ВЫСШЕЙ ВЛАСТЬЮ Конституции, прав человека в России, по сути НЕКОМУ? (на эту тему — «БЕСКОНТРОЛЬНОСТЬ ВЛАСТИ – ЭТО «ЗАРЯД», ЗАЛОЖЕННЫЙ ПОД ОБЩЕСТВО», есть в инете.)

Один из главных ответчиков за её бесконтрольность, уверен, – тоже сама высшая власть. Она ведь организатор жизни общества. Как организовать власть в стране – это «в её руках».

Бесконтрольность даёт власть имущим возможность работать на себя В УЩЕРБ ДРУГИМ, ОБЩЕСТВУ В ЦЕЛОМ. Принимать выгодные для себя (и иже с ними) законы, нарушать Конституцию, права человека, искажать итоги выборов и т.д. и т.п. Из «АИФ» (№ 44, 2012, стр. 1): «Оказывается, наш госаппарат поглощает немыслимое количество денег – 40% от ВВП. По сути, он отъедает их у народа…».

О неконституционных, убеждён, решениях власти, о её бесконтрольности и о том, как ею игнорируются обращения-сигналы о фактах, подтверждающих это, – в открытом письме от 15.09.15 г. руководству страны, а также РАН, ОП и другим адресатам. Оно озаглавлено: «РАБОТАЮТ ЛИ ВО ВЛАСТИ, А ТАКЖЕ В РАН И ОБЩЕСТВЕННОЙ ПАЛАТЕ НА УХУДШЕНИЕ ТРУДОВОГО ПОТЕНЦИАЛА СТРАНЫ, НА НАРУШЕНИЕ КОНСТИТУЦИИ, ПРАВ ЧЕЛОВЕКА?». (Есть в инете.)

Речь, в частности, — о неконституционных, убеждён, решениях Правительства (далее – ПРФ), Госдумы, Совфеда и т.д. В ОБЛАСТИ ТРУДА И ЗАНЯТОСТИ. Высшая власть ДЕСЯТИЛЕТИЯМИ внедряет эти решения в экономику, в жизнь общества. И, судя по отпискам на обращения-сигналы руководству страны, намерена делать это и далее.

Хотя решения эти, убеждён, — явно вразрез с Конституцией (ст. 7 и 37) и, в частности, с правом человека на вознаграждение за труд и на защиту от безработицы.

Они прямо «работают» против людей труда. Против трудового потенциала страны – главного богатства, главного экономического ресурса общества. А, значит, — и против экономики. Впору говорить о целой «атаке» на них (на Конституцию, на права человека, на людей труда).

Крайне отрицательные последствия этих решений представляются очевидными. Из-за них – хуже качественные и количественные характеристики трудового потенциала страны (главного ЭКОНОМИЧЕСКОГО ресурса общества). Из-за этого — менее эффективная ЭКОНОМИКА, меньший внутренний спрос на всякого рода бага, меньшая заинтересованность организаций в инновациях. Из-за этого — ниже уровень жизни россиян, хуже содержатся нетрудоспособные члены общества, слабее обороноспособность страны и т.д. и т.п.

Эти решения — одна из причин и других острейших российских проблем (не только проблемы ухудшающего трудового потенциала страны). Массовой малообеспеченности. Просто-таки зашкаливающего расслоения общества по уровню доходов. Громадной преступности. И др.

Самый наглядный пример этих решений – это, пожалуй, федеральные законы о «МРОТ». (О том, почему «МРОТ» в кавычках, – ниже.) Ими высшая власть – организатор жизни общества десятилетиями, можно сказать, внедряет «зарплату», которая даже меньше прожиточного минимума (далее – ПМ). Меньше даже ОФИЦИАЛЬНОГО ПМ, который, по данным независимых экспертов, сильно занижен.

Да-да, этими Законами высшая власть внедряет «зарплату», которая даже меньше (!) МИНИМАЛЬНО НЕОБХОДИМОЙ для сохранения здоровья и трудоспособности рабочих и специалистов. Даже только для СОХРАНЕНИЯ. Что уж говорить об УЛУЧШЕНИИ, РАЗВИТИИ. Что так необходимо людям, экономике, обществу, стране.

Во II-ом квартале 2015 г. даже официальный (заниженный) ПМ трудоспособного человека (10792 руб.) превысил «МРОТ» (5965 руб.) на 80,9%. Чуть ли не вдвое. При этом последнее время «МРОТ» отстаёт от ПМ всё больше и больше.

Внедрение властью «зарплаты», которая меньше минимально необходимой для сохранения здоровья и трудоспособности рабочих и специалистов, весьма «успешное»: в России «зарплата» меньше официального ПМ – у каждого ПЯТОГО работника («Российская газета», 15.08.14 г., стр. 3).

Согласно обследованиям Института социологии РАН в феврале 2009 г., малообеспеченных в России – БОЛЬШИНСТВО, 51% («Российская газета», 11.03.10 г., стр. 11). Это у кого среднедушевой доход в расчёте на одно домохозяйство меньше официального ПМ, равен ему и чуть больше. При этом (НЕВЕРОЯТНО, НО ФАКТ) почти 70% малообеспеченных – это РАБОЧИЕ И СПЕЦИАЛИСТЫ. Не пенсионеры и т.п.

Следует подчеркнуть, что такой «МРОТ» и обусловленные им «зарплаты» десятилетиями же «били» по трудовому потенциалу страны не только в части самых низкооплачиваемых, но и бюджетников.

Включая специалистов таких, едва ли не самых ОБЩЕСТВЕННО ЗНАЧИМЫХ, профессий, как педагог, врач, учёный и т.д. Поскольку «МРОТ» — это была исходная база при определении размера их зарплат. Если недопустимо низкий «МРОТ», то и недопустимо низкая «зарплата», для которой МРОТ является исходной базой.

Российский «МРОТ» и обусловленные им «зарплаты» обоснованию не поддаются. Не только с правовой (как противоречащие Конституции), но и с чисто экономической (когда они рассматриваются с позиции интересов общества, страны В ЦЕЛОМ, а не с позиции отдельных хозяйствующих единиц), ни с социальной и т.д. точки зрения.

Вот, кстати, мнение едва ли не главного «зарплатчика» в системе власти, министра труда Топилина М.А. (см. сообщение об этом в интернете): платить МРОТ ниже прожиточного минимума — это нонсенс.

Почему российский «МРОТ» и обусловленные им «зарплаты» (которые меньше минимально необходимых для сохранения здоровья и трудоспособности) — НЕКОНСТИТУЦИОННЫ? Потому что ими, убеждён, нарушаются по крайней мере две статьи Конституции – 37-я и 7-я.

Можно ли ВОЗНАГРАДИТЬ за труд (как того требует Конституция, ст. 37) «зарплатой», которая меньше минимально необходимой для сохранения здоровья и трудоспособности людей труда? Ответ понятен: нельзя.

Экономическое назначение зарплаты, вознаграждения за труд состоит в том, чтобы ВОСПРОИЗВОДИТЬ людей труда, их здоровье и трудоспособность (об этом, в частности, в учебниках по экономике труда). Она должна быть достаточной для этого.

А если — недостаточна, то это не зарплата, не вознаграждение за труд, не МРОТ. А что-то вроде подаяния за труд. Поэтому российский МРОТ надо, думается, называть не МРОТом, а МРПТ (минимальный размер подаяния за труд). Чтобы не зарплата не выдавалась за зарплату, за вознаграждение за труд, за МРОТ.

Для ВОСПРОИЗВОДСТВА людей труда, их здоровья и трудоспособности зарплаты должно хватать не только на поесть-попить, одеться-обуться, на оплату жилища, коммунальных услуг и т.п. Но и на поддержание и повышение общеобразовательного и профессионального уровня. На содержание семьи, иждивенцев. Нельзя же самому есть, а иждивенцу, ребёнку не давать.

Можно ли считать, что внедрением «зарплаты», которая меньше минимально необходимой для сохранения здоровья и трудоспособности, высшая власть создаёт (как того требует от неё Конституция, ст. 7) условия для ДОСТОЙНОЙ жизни и РАЗВИТИЯ человека?

Ответ для непредвзятых членов общества, убеждён, понятен: такой «зарплатой» власть создаёт условия для строго обратного. Для жизни НЕДОСТОЙНОЙ. Не для развития человека, а для его ДЕГРАДАЦИИ, ДЕКВАЛИФИКАЦИИ.

«Атакует» власть людей труда, Конституцию, права человека, убеждён, – и внедрением минимального «пособия по безработице». Тоже десятилетиями. Такое пособие получала в 2014 году почти половина безработных сограждан.

Слово «пособие» в данном случае, убеждён, тоже надо закавычивать (как «МРОТ» и «зарплату», обусловленную «МРОТом»). Поскольку это не пособие, а его имитация. Назначение пособия по безработице (пособия без кавычек) — предоставить безработному гражданину временный источник средств К СУЩЕСТВОВАНИЮ. В интересах общества, страны, чтобы безработные граждане выходили из периода безработицы в трудоспособном состоянии.

Но даже ныне «пособие» это – 850 руб. (в своё время – почти на порядок меньше). То есть, (!) В 13 РАЗ меньше ПМ (10792 руб.), (!) В 13 РАЗ меньше (!) МИНИМАЛЬНО НЕОБХОДИМОГО для сохранения здоровья и трудоспособности. Можно ли просуществовать на такое «пособие»? Хотя бы несколько дней (не то что месяц)? Можно ли таким «пособием» защитить от безработицы? Как того прямо требует Конституция (ст. 37)? Ответы понятны.

Дальше больше (ещё одна составляющая «атаки»). Власть относит рабочих и специалистов, НЕ ИМЕЮЩИХ РАБОТЫ И (ИЛИ) ЗАРАБОТКА (средств к существованию) к занятым в экономике, к имеющим рабочее место. То есть, — к имеющим работу, заработок, средства к существованию. Как говорят, не верь глазам своим. И вовсе лишает их пособия по безработице. (Подробнее об этом – в упомянутом выше открытом письме от 15.09.15 г.)

К «атаке» на людей труда, на Конституцию, права человека следует отнести и то, что власть упорно уходит от законодательного закрепления основополагающих в области занятости понятий – что такое ЗАНЯТОСТЬ В ЭКОНОМИКЕ (занятость экономической деятельностью) и что такое РАБОЧЕЕ МЕСТО (в значении ВСЕГО необходимого для занятости, включая РАБОТУ И ЗАРАБОТОК). Быть занятым в экономике и иметь ТАКОЕ рабочее место – это одно и то же.

Делается это, думается, как раз для того, чтобы «обосновать» отнесение не имеющих работы и заработка к занятым в экономике, к имеющим рабочее место, то есть к имеющим работу и заработок. Представим, что определения этих понятий законодательно закреплены. И из них ОДНОЗНАЧНО вытекает, что БЕЗ РАБОТЫ И (ИЛИ) ЗАРАБОТКА занятости в экономике, рабочего места (в значении всего необходимого для занятости) – НЕ БЫВАЕТ.

Тогда власти пришлось бы считать рабочих и специалистов, не имеющих работы и (или) заработка, БЕЗРАБОТНЫМИ (кем они и являются на самом деле). И платить им пособие по безработице.

А заодно и признать, что она десятилетиями НЕОБОСНОВАННО относит НЕ ИМЕЮЩИХ работы и (или) заработка к занятым в экономике, К ИМЕЮЩИМ рабочее место, то есть к имеющим работу и заработок. И НЕОБОСНОВАННО же лишает их пособия по безработице, хоть каких-то средств к существованию. Убеждён, — вразрез с Конституцией, с правом человека на защиту от безработицы.

Что ещё, убеждён, делает невозможным гарантирование главой государства Конституции, прав человека? Кроме того, что сама высшая власть принимает и внедряет неконституционные, убеждён, решения? А то, что в Администрации главы государства (далее – АП), ПРФ, Госдуме и Совфеде, убеждён, говоря образно, «глушатся» обращения-сигналы о неконституционности решений высшей власти.

Как «глушатся»? Очень просто. Один вариант: обращения-сигналы переправляются другим (не высшим) госорганам. Ответьте-де на поставленный в обращениях вопрос о неконституционности решений высшей власти.

А другие госорганы «выдают» отписки. В которых нет ответа на поставленный в обращениях-сигналах вопрос о неконституционности решений высшей власти. То есть, как бы налажен бесперебойно работающий «конвейер» по «заглушке» обращений-сигналов, по изготовлению отписок: высший госорган – другой госорган. Этим, убеждён, подрывается обратная связь. НЕОБХОДИМАЯ для нормальной работы любой системы, в том числе и власти.

А в Госдуме и Совфеде отписки «изготавливают» сами. В отписках — о чём угодно. Но только не по существу поставленного вопроса о неконституционности решений высшей власти.

Хотя отписки (помимо всего) — это прямое нарушение Закона о работе с обращениями (ст. 5 и 10) и опять-таки Конституции (ст. 33 – о праве граждан на обращение в госорганы). Ведь, согласно им, ответ ПО СУЩЕСТВУ вопросов, поставленных в обращениях, — ОБЯЗАТЕЛЕН.

Вот, к примеру, как «заглушили» в АП сигналы о неконституционности решений власти, содержащихся в упомянутом выше открытом письме от 15.09.15 г.

Следует сказать, что с этим обращением в АП «поработали» не так, как ранее. Ранее обращения переправлялись из АП другим госорганам. При этом, судя по ответам из АП автору обращений, итоги их рассмотрения у них не запрашивались.

То есть, как бы говорилось: рассмотрите и дайте ответ заявителю, а нарушаются ли Конституция, права человека федеральными законами и т.п., как это утверждается в этих обращениях, интереса для АП не представляет. Как это?! Ведь это Администрация САМОГО главы государства — ГАРАНТА Конституции, прав человека.

На этот раз отписка пришла из самой АП (исх. № А26-02-98342291 от 30.09.15 г., Мясоедов С., приложение 1 к настоящему открытому письму). В ней автору обращения от 15.09.15 г. сообщено, что «для объективного и всестороннего рассмотрения Вашего обращения» у Минтруда России «были запрошены необходимые документы и материалы».

И сразу же после этого в отписке из АП от 30.09.15 г. говорится: «Из полученной информации следует, что: «В Российской Федерации основное количество предприятий находятся в частной собственности…». И далее, до конца отписки — воспроизведена отписка из Минтруда (судя по кавычкам, — дословно). И больше – ничего.

Такое вот «объективное и всестороннее рассмотрение» обращения от 15.09.15 г. осуществили в АП. «Исполнение» отписки получилось СОВМЕСТНОЕ с Минтрудом. Говоря образно, — «дуэтом».

Что можно сказать по существу этой отписки. Подготовленной в Минтруде и повторенной в АП. Говоря образно, обращение от 15.09.15 г. — «про Фому», а отписка на него от 30.09.15 г. — «про Ерёму». В ней нет ответа на вопросы, поставленные в обращении.

О чём в открытом письме от 15.09.15 г.? О том, что Законы о «МРОТ» и другие подобные решения власти, убеждён, — НЕКОНСТИТУЦИОННЫ. О том, что они требуют незамедлительного исправления. С подробными обоснованиями необходимости этого. И т.д.

В письме от 15.09.15 г. — и конкретные предложения, какие решения высшей власти, убеждён, неконституционны и как их следует исправить.

В отписке же из АП от 30.09.15 г. об этом – НИ СЛОВА.

«Во первых строках» отписки зачем-то говорится, что большинство предприятий в России – частные, и это ограничивает возможность государства вмешиваться в их деятельность. Какое это имеет отношение к содержанию обращения от 15.09.15 г.? Где говорится о том, что Законы о «МРОТ» и другие подобные решения, убеждён, неконституционны и требуют незамедлительного исправления.

Затем даётся пересказ нормативных документов. О том, от чего зависит размер зарплаты, кем устанавливаются системы оплаты труда и т.д. и т.п. Зачем это написано-то? Речь-то в обращении – не об этом. В таком же духе отписка — и дальше.

Каким должен бы быть ответ ПО СУЩЕСТВУ (как того требует Закон о работе с обращениями и Конституция) на поставленный в обращении вопрос о неконституционности, к примеру, Законов о «МРОТ»? Коль скоро, как можно догадаться (в отписке об этом не говорится), содержащееся в письме утверждение о их неконституционности не разделяется.

Законы-де о МРОТ – конституционны. Вознаградить за труд зарплатой, которая меньше минимально необходимой для сохранения здоровья и трудоспособности людей труда, — можно. Потому-то и потому-то.

Внедряемая-де властью зарплата (которая меньше минимально необходимой для сохранения здоровья и трудоспособности людей труда) — это условие для ДОСТОЙНОЙ жизни и РАЗВИТИЯ человека (как это и предписано Конституцией). Потому-то и потому-то.

Вот это был бы ответ по существу вопроса о конституционности Законов о «МРОТ», поставленного в обращении. Как того требуют Закон о работе с обращениями и Конституция. Только вот эти «потому-то и потому-то», убеждён, сформулировать невозможно. И, думается, именно поэтому-то в ход и идут отписки. В которых абы о чём, но только не по существу поставленных вопросов.

Можно ли ныне проконтролировать высшую власть, добиться исправления её, убеждён, неконституционных, решений, если в России:

1) нет, как представляется, ГРАЖДАНСКОГО общества – главного контролёра над властью. Гражданское общество-то, — оно В СОСТОЯНИИ контролировать власть, ПРОТИВОСТОЯТЬ её произволу. (На эту тему – «МОЖНО ЛИ НЫНЕ СОЗДАТЬ В РОССИИ ГРАЖДАНСКОЕ ОБЩЕСТВО?», есть в инете);

2) нет необходимого взаимоконтроля ветвей власти: исполнительной, законодательной и судебной, и прежде всего — достаточно независимых судов;

3) нет настоящей «4-ой власти» — независимых от власти СМИ (такие СМИ в России – это исключение, «погоды» в обществе они не делают, «четвёртой властью» не являются);

4) ПРФ, Госдума, Совфед и т.д. ещё и вывели себя (полностью или частично) из-под контроля главных в системе власти контролёров за соблюдением Конституции, прав человека – Конституционного Суда (далее – КС), прокуратуры и Уполномоченного по правам человека.

Вывели себя из-под контроля прямо Законами о КС, прокуратуре и УПЧ. УПЧ, к примеру, запрещено (ст. 16 Закона о нём) ДАЖЕ РАССМАТРИВАТЬ жалобы на решения Госдумы и т.п. Только-де «засёк», что жалоба на её решения, так не вздумай в неё вдумываться. Ни-ни.

То есть высшая власть как бы сказала этими Законами главным контролёрам за соблюдением Конституции, прав человека: вы контролируйте-контролируйте соблюдение Конституции, прав человека, но не вздумайте рассматривать жалобы на это. Как это?!

Вот КС и «закрывает глаза» на обращения – сигналы, в которых о нарушении Конституции, прав человека федеральными законами и т.п. Его Определения от 22.03.12 г. № 402-0-0 и от 17.06.13 г. № 30-ПРП — приложения 2 и 3 к настоящему письму. В них – о том, что разрешение поставленных в обращениях вопросов КС «НЕПОДВЕДОМСТВЕННО».

В таком же духе ответы на обращения по этим вопросам к Чайке Ю.Я. и Памфиловой Э.А.: это-де – не в нашей компетенции. См., к примеру, прилагаемые ответы из Генпрокуратуры России (исх. № 72/1-659-08 от 22.05.15 г., Коптева Л.И., приложение 4) и из Аппарата УПЧ (исх. № АГ34250-23 от 03.12.14 г., Глушенков А.В., приложение 5).

То есть главные в системе власти контролёры за соблюдением Конституции, прав человека как бы говорят: Бог с ними, С Конституцией, с правами человека; главное, чтобы Законы о КС, прокуратуре и УПЧ выполнялись.

Это вместо того, чтобы добиваться (и добиться) исправления Законов о КС, прокуратуре и УПЧ в этой части. Чего бы это ни стоило. Чтобы контролёры за соблюдением Конституции, прав человека контролировали их в полном объёме. В том числе и высшей властью.

Как же иначе? Ведь Конституция — это ОСНОВНОЙ закон страны. Согласно которому (ст. 2), права человека – это ВЫСШАЯ ценность. И, значит, — КС, прокуратура и УПЧ должны контролировать их соблюдение и высшей властью. Которая, как показано выше, убеждён, тоже их нарушает.

Более того, — ВСЯЧЕСКИ ИНИЦИИРОВАТЬ сигналы о нарушении ОСНОВНОГО закона и прав человека – ВЫСШЕЙ ценности. В том числе — и высшей властью. И незамедлительно брать их в работу. А не «закрывать на них глаза», как ныне.

В обращениях к Зорькину В.Д., Чайке Ю.Я. и Памфиловой Э.А. этот вопрос поставлен. О том, что им необходимо добиваться исправления Законов о КС, прокуратуре и УПЧ. Он поставлен не только в упомянутом выше открытом письме от 15.09.15 г. Но, к примеру, и в открытом письме от 02.10.14 г., озаглавленном: «НОНСЕНС — НАРАСТАЕТ?» (есть в инете). В нём (стр. 8) предложен такой вариант их действий: ««Может быть, поставить эти вопросы на аудиенции у Путина В.В.? Всем вместе?».

И выражена просьба: «Был бы признателен всем адресатам настоящего письма за ответ ПО СУЩЕСТВУ поставленных в нём вопросов». Значит — и на поставленный вопрос о необходимости добиваться исправления Законов о КС, прокуратуре и УПЧ. Предполагают ли Зорькин В.Д., Чайка Ю.Я. и Памфилова Э.А. добиваться этого. Увы, ответа на этот вопрос нет. Как будто он и не поставлен в обращениях к ним.

Просьбы к адресатам настоящего открытого письма такие.

К ПУТИНУ В.В., МЕДВЕДЕВУ Д.А., НАРЫШКИНУ С.Е. И МАТВИЕНКО В.И.

1. Разработать и реализовать программу совершенствования организации власти в стране. В качестве одной из САМЫХ ПРИОРИТЕТНЫХ. Реализация которой позволила бы решить имеющиеся в этой области проблемы. И прежде всего – проблему БЕСКОНТРОЛЬНОСТИ высшей власти (см. стр. 6, абз. 1-4).

Это в интересах (долгосрочных) и самой высшей власти. Ведь власть, которая не контролируется, которой не сопротивляются, обычно деградирует и рушится. Раньше или позже. Пример – КПСС. А «расплачивается» за это народ.

2. Исправить Законы о КС, прокуратуре и УПЧ. НЕЗАМЕДЛИТЕЛЬНО.

Чтобы главные контролёры за соблюдением Конституции, прав человека контролировали соблюдение Конституции, прав человека в полном объёме. В том числе ПРФ, Госдумой, Совфедом и т.д. Это, убеждён, — явно в интересах людей, общества, страны.

2. Исправить решения высшей власти в области труда и занятости, о которых в настоящем и других письмах. НЕЗАМЕДЛИТЕЛЬНО. Ущерб, который, убеждён, нанесён ими трудовому потенциалу страны, экономике, обществу, восполнить нельзя, но надо хотя бы остановить его нанесение.

Для чего:

2.1. Установить МРОТ, который больше официального (по мнению независимых экспертов, — сильно заниженного) ПМ.

2.2. Намного увеличить минимальное пособие по безработице. По крайней мере, — для тех безработных граждан, которым не предоставлена возможность участвовать в оплачиваемых общественных работах. Восстановить доплату к нему на иждивенцев.

2.3. Начать защищать от безработицы рабочих и специалистов, не имеющих работы и (или) заработка и нуждающихся в них. Платить им пособие по безработице. Это относится:

— к отправленным организациями в длительный неоплачиваемый «отпуск» (который вовсе никакой не отпуск, а самая настоящая БЕЗРАБОТИЦА);

— к тем, кому подолгу не платят за работу, чей труд фактически НЕ ВОЗНАГРАЖДАЕТСЯ (в нарушение Конституции).

С последующим возмещением (пусть и не сразу) организациями (нарушившми Конституцию в части обязательности вознаграждения за труд) бюджетных расходов на выплату этим безработным гражданам пособия по безработице и т.п.

2.4. Закрепить в Законе о занятости определение занятости в экономике (занятости экономической деятельностью), из которого ОДНОЗНАЧНО вытекало бы, что заработок – это необходимое условие занятости в экономике, БЕЗ КАКИХ-ЛИБО ИСКЛЮЧЕНИЙ.

2.5. Закрепить в Законе о занятости и Трудовом кодексе определение понятия «рабочее место» в значении ВСЕГО необходимого для занятости, включая РАБОТУ И ЗАРАБОТОК.

Вариант его определения содержится, в частности, в проекте Типового положения о разработке в составе федеральных целевых программ раздела об итоговых данных о создании и сохранении рабочих мест в результате реализации этих программ, направленном в Минтруд России (по компетенции) ещё из Минэкономики России (исх. № ША-936/12-456 от 26.05.2000 г., Шаронов А.В.).

Этот проект был направлен Минтрудом России (исх. № 408-12 от 23.06.03 г.) на экспертизу в профильный НИИтруда. Который дал принципиально положительное заключение и на проект в целом, и на содержащееся в нём определение рабочего места.

Ещё в начале века Минтруд России (исх. № Г-19746 от 20.08.02 г., Герций Ю.В.) признал, что в «…настоящее время нет четкого понятия термина «рабочее место» и сообщил, что что в соответствующий законопроект предполагается включить понятийную часть, куда «… предположительно, войдёт и новая трактовка термина «рабочее место». Но, увы.

Законопроект (по этому вопросу) «О внесении дополнений и изменений в Трудовой кодекс Российской Федерации» и пояснительная записка к нему — приложения 6 и 7 к настоящему открытому письму. (Кстати, они были приложены и к письму от 15.09.15 г. Но о них в отписке из АП от 30.09.15 г. – НИ СЛОВА.)

2.6. Внести в законы и другие решения высшей власти изменения и дополнения, которые вытекают из предложенного в пунктах 2.1-2.5.

К ЗОРЬКИНУ В.Д., ЧАЙКЕ Ю.Я И ПАМФИЛОВОЙ Э.А. (И как руководителям госорганов, и как ГРАЖДАНАМ России. Гражданам – в высоком, некрасовском, понимании значения этого слова: «Не может сын глядеть спокойно/ На горе матери родной,/ Не будет гражданин достойный/ К отчизне холоден душой,/.)

Сделать всё возможное для исправления Законов о КС, прокуратуре и УПЧ и тех, убеждён, неконституционных, нарушающих права человека, решений высшей власти в области труда и занятости, о которых в настоящем и других письмах.

Приложения: на 14 листах.
Гречишников Л.В.
12.11.15 г.

ПРИЛОЖЕНИЕ 1

Копия

Администрация Президента
Российской Федерации

Управление
Президента Российской Федерации
по работе с обращениями граждан
и организаций
ГРЕЧИШНИКОВУ Л.В.
ул. Ильинка, д. 23, Москва, Российская Федерация, 103132

30 сентября 2015 г.
№ А26-02-98334291

Ваше обращение на имя Президента Российской Федерации, подписанное 15.09.2015 г., полученное 15.09.2015 г. в Приёмной Президента Российской Федерации по приёму граждан и зарегистрированное 15.09.2015 г. за № 983422, рассмотрено.
В целях объективного и всестороннего рассмотрения Вашего обращения в Министерстве труда и социальной защиты Российской Федерации были запрошены необходимые документы и материалы.
Из полученной информации следует, что: «В Российской Федерации основное количество предприятий находятся в частной собственности, которая признаётся и защищается Конституцией. Это ограничивает возможность государства вмешиваться в процесс экономической деятельности данных предприятий.
Начиная с 1990 года в условиях развития рыночных отношений размер оплаты труда работников внебюджетных организаций устанавливается данными организациями самостоятельно за счёт собственных средств с учётом мнения выборного профсоюзного органа организаций.
В соответствии со статьёй 132 Трудового кодекса Российской Федерации (далее – ТК РФ) заработная плата каждого работника зависит от его квалификации, сложности выполняемой работы, количества и качества затраченного труда и максимальным размером не ограничивается.
Согласно статье 135 ТК РФ заработная плата работнику устанавливается трудовым договором в соответствии с действующими у данного работодателя системами оплаты труда.
Системы оплаты труда, включая размеры тарифных ставок, окладов (должностных окладов), доплат и надбавок компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, системы доплат и надбавок стимулирующего характера и системы премирования, устанавливаются коллективными договорами, соглашениями, локальными нормативными актами в соответствии с трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права.
Локальные нормативные акты, устанавливающие системы оплаты труда, принимаются работодателем с учётом мнения представительного органа работников.
В систему основных государственных гарантий по оплате труда работников статьёй 130 ТК РФ включена величина минимального размера оплаты труда (далее – МРОТ).
Согласно части 1 статьи 133 ТК РФ МРОТ устанавливается одновременно на всей территории Российской Федерации и не может быть ниже прожиточного минимума трудоспособного населения.
Введение данной нормы отложено статьёй 421 ТК РФ, в соответствии с которой порядок и сроки поэтапного повышения МРОТ до величины прожиточного минимума устанавливаются федеральным законом.
Повышение МРОТ является одной из важнейших задач законодательного обеспечения оплаты труда.
С 1 января 2013 года МРОТ был увеличен на 12,0%, с 1 января 2014 г. – на 6,7%. Статьёй 1 Федерального закона от 1 декабря 2014 г. № 408-ФЗ «О внесении изменения в статью 1 Федерального закона «О минимальном размере оплаты труда» с 1 января 2015 г. МРОТ установлен в сумме 5965 руб. в месяц.
Следует отметить также, что ТК РФ предоставлено право субъектам Российской устанавливать региональным соглашением размер минимальной зарплаты в соответствующем субъекте.
Размер минимальной зарплаты в субъекте Российской Федерации устанавливается с учётом социально-экономической условий и величины прожиточного минимума трудоспособного населения в соответствующем субъекте. Размер минимальной зарплаты в субъекте Российской Федерации не может быть ниже минимального размера оплаты труда, установленного федеральным законом.
В соответствии с решением Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации приказом Минтруда России Минтрудом России сформирована рабочая группа для подготовки предложений по поэтапному повышению МРОТ до величины прожиточного минимума трудоспособного населения с участием представителей Государственной Думы и Совета Федерации Федерального Собрания Российской Федерации, федеральных органов исполнительной власти, общероссийского объединения работодателей, общероссийского объединения профсоюзов, научных организаций.
В настоящее время Минтрудом России совместно с заинтересованными федеральными органами исполнительной власти и организациями в соответствии со статьёй 421 ТК РФ Подготовлен и проходит необходимые для внесения в Правительство Российской Федерации процедуры проект федерального закона «О внесении изменений в отдельные законодательные акты» (в части установления минимальных гарантий по оплате труда работников) (далее – законопроект). Законопроектом определяется порядок и сроки поэтапного повышения МРОТ до величины прожиточного минимума трудоспособного населения в 2020 году.
Основной проблемой реализации норм статей 133 и 421 ТК РФ является то, что в случае доведения МРОТ до среднероссийского прожиточного минимума в ряде субъектов Российской Федерации минимальная заработная плата превысит региональные прожиточные минимумы на 29-35 процентов; Это потребует значительного увеличения расходов организаций реального сектора экономики, а также бюджетов всех уровней. При этом в других регионах минимальная заработная плата составила бы чуть больше половины от региональных прожиточных минимумов. Соответственно МРОТ, установленный на уровне среднероссийского прожиточного минимума трудоспособного населения, не обеспечивает учёт региональных различий.
Таким образом, экономически целесообразно установить минимальный месячный уровень оплаты труда работников не ниже прожиточного минимума трудоспособного населения субъекта Российской Федерации. При этом уменьшится необходимость в мерах социальной поддержки, в частности оказании адресной социальной помощи малоимущим гражданам и выплаты субсидий на оплату жилищно-коммунальных услуг. Увеличение стоимости труда также будет являться стимулом для работодателей к повышению производительности труда своих организаций.
Законопроектом предлагается устанавливать одновременно на всей территории Российской Федерации единой величины МРОТ, выраженной в процентах от региональных прожиточных минимумов трудоспособного населения. При этом в абсолютном размере значения МРОТ будут различаться и таким образом учитывать региональные особенности, обеспечивая равную покупательную способность на всей территории страны.
В соответствии с изложенным законопроектом предусматривается начиная с 2017 года устанавливать МРОТ в соотношении к величине прожиточного минимума трудоспособного населения в субъекте Российской Федерации, определённой в порядке, установленном федеральным законом за 1 квартал предыдущего года, равном:
с 1 января 2017 г. – 65%;
с 1 января 2018 г. – 75%;
с 1 января 2019 г. – 85%;
с 1 января 2020 года и в последующие годы – 100%.
Одновременно предполагается внесение в законодательство Российской Федерации уточняющих корректив с учётом правоприменительной практики по вопросам, касающимся МРОТ.».

Подписал: Консультант департамента по
обеспечению деятельности Приёмной
Президента Российской Федерации по
приёму граждан С. Мясоедов

Копия верна: Гречишников Л.В. (допущенные в оригинале ошибки в настоящей копии с него сохранены).

12.11.15 г.
——————-

ПРИЛОЖЕНИЕ 2

ОПРЕДЕЛЕНИЕ
КОНСТИТУЦИОННОГО СУДА РОССИЙСКОЙ Федерации

об отказе в принятии к рассмотрению обращений гражданина Гречишникова Леонида Васильевича об отмене Федерального закона «О минимальном размере оплаты труда»

город Санкт-Петербург 2 марта 2012 года

Конституционный Суд Российской Федерации в составе Председателя В.Д. Зорькина, судей К.В. Арановского, А.И. Бойцова, Н.С. Бондаря, Г.А. Гаджиева, Ю.М. Данилова, Л.М. Жарковой, Г.А. Жилина, С.М. Казанцева, М.И. Клеандрова, С.Д. Князева, А.Н. Кокотова, Л.О. Красавчиковой, С.П. Маврина, Н.В. Мельникова, Ю.Д. Рудкина, О.С. Хохряковой, В.Г. Ярославцева,
рассморев вопрос о возможности принятия обращений гражданина Л.В. Гречишникова к рассмотрению в заседании Конституционного Суда Российской Федерации, установил:

1. В своих обращениях в Конституционный Суд Российской Федерации от 1 и 21 февраля 2012 года гражданин Л.В. Гречишников просит отменить Федеральный закон от 19 июня 2000 года № 82-ФЗ «О минимальном размере оплаты труда».
По мнению заявителя, указанный Закон противоречит Конституции Российской Федерации, поскольку устанавливает минимальный размер оплаты труда ниже величины прожиточного минимума трудоспособного населения.
Л.В. Гречишников просит также внести в Государственную Думу Федерального Собрания Российской Федерации законопроект, предусматривающий право специалистов в той или иной области науки и практики оспаривать конституционность федеральных законов в порядке абстрактного нормоконтроля (без предоставления документов, подтверждающих применение оспариваемых им законов при разрешении их конкретных дел).

Заявитель не представил документы, подтверждающие применение оспариваемого Закона при разрешении его конкретного дела.

2. Конституционный Суд Российской Федерации, изучив представленные материалы, не находит оснований для принятия обращений Л.В. Гречишникова к рассмотрению.

Заявитель настаивает на отмене Федерального закона «О минимальном размере оплаты труда» вне связи с нарушением его конституционных прав и вне процедуры конституционного судопроизводства, установленной Федеральным конституционным законом «О Конституционном Суде Российской Федерации», однако разрешение данного, а также иных поставленных в его обращениях вопросов в полномочия Конституционного Суда Российской Федерации, как они определены в статье 125 Конституции Российской Федерации и статьи 3 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», не входит.

Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 1 части первой статьи 79 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», Конституционный Суд Российской Федерации определил:

1. Отказать в принятии к рассмотрению обращений гражданина Гречишникова Леонида Васильевича, поскольку разрешение поставленных заявителем вопросов Конституционному Суду Российской Федерации неподведомственно.

2. Определение Конституционного Суда Российской Федерации по данным обращениям окончательно и обжалованию не подлежит.

Председатель
Конституционного Суда
Российской Федерации В.Д. Зорькин

№ 402-О-О

———————————

ПРИЛОЖЕНИЕ 3

ОПРЕДЕЛЕНИЕ
КОНСТИТУЦИОННОГО СУДА РОССИЙСКОЙ Федерации

город Санкт-Петербург 17 июня 2013 года

Конституционный Суд Российской Федерации в составе Председателя В.Д. Зорькина, судей К.В. Арановского, А.И. Бойцова, Н.С. Бондаря, Г.А. Гаджиева, Ю.М. Данилова, Л.М. Жарковой, Г.А. Жилина, С.М. Казанцева, М.И. Клеандрова, С.Д. Князева, А.Н. Кокотова, Л.О. Красавчиковой, С.П. Маврина, Н.В. Мельникова, Ю.Д. Рудкина, Н.В. Селезнёва, О.С. Хохряковой, В.Г. Ярославцева,
изучив обращение гражданина Л.В. Гречишникова от отмене Федерального закона от 19 июня 2000 г. № 82-ФЗ «О минимальном размере оплаты труда»,

установил:

Определением от 22 марта 2012 года № 402-О-О Конституционный Суд Российской Федерации отказал гражданину Л.В. Гречишникову в принятии к рассмотрению его обращений об отмене Федерального закона «О минимальном размере оплаты труда», поскольку разрешение поставленных заявителем вопросов Конституционному Суду Российской Федерации неподведомственно.
Во вновь поступившем в Конституционный Суд Российской Федерации обращении Л.В. Гречишников вновь настаивает на отмене Федерального закона «О минимальном размере оплаты труда» вне связи с нарушением его конституционных прав. В обращении по существу ставится тот же вопрос, решение по которому Конституционным Судом Российской Федерации уже было вынесено, к нему не приложены какие-либо дополнительные материалы, которые могли бы дать основание для принятия иного решения по предмету обращения. Фактически заявитель настаивает на пересмотре Определения Конституционного Суда Российской Федерации от 22 марта 2012 года № 402-О-О, которое согласно части первой статьи 79 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации» является окончательным и не подлежит обжалованию.
Исходя из изложенного и руководствуясь частью 5 статьи 3, частью первой статьи 79 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации» и пунктом 5 параграфа 23 Регламента Конституционного Суда Российской Федерации, Конституционный Суд Российской Федерации

определил:

1. Прекратить переписку с гражданином Гречишниковым Леонидом Васильевичем по вопросу об отмене Федерального закона «О минимальном размере оплаты труда».
2. Настоящее Определение Конституционного Суда Российской Федерации окончательно и обжалованию не подлежит.

Председатель
Конституционного Суда Российской Федерации В.Д. Зорькин

№ 30-ПРП

—————————

ПРИЛОЖЕНИЕ 4

Генеральная прокуратура
Российской Федерации

Ул. Б. Дмитровка, 15а
Москва, Россия, ГСП-3, 125 993

22.03.2015 № 72/1-659-08

Гречишникову Леониду Васильевичу

В Генеральной прокуратуре Российской Федерации рассмотрено Ваше обращение29.04.2015, адресованное в т.ч. Президенту Российской Федерации, Председателю Конституционного Суда Российской Федерации, Уполномоченному по правам человека в Российской Федерации, Председателю Верховного Суда Российской Федерации.
Согласно установленным ст. 4 Федерального закона от 02.05.2006 № 59-ФЗ «О порядке рассмотрения обращений граждан Российской Федерации» основным терминам, используемым в данном Законе, Ваше обращение является предложением (рекомендацией) по поводу совершенствования законодательства, регулирующего вопросы функционирования федеральных органов власти, трудового законодательства и законодательства о занятости населения.
В силу ст. 10 Федерального закона от 17.01.1992 № 2202-1 «О прокуратуре Российской Федерации» в органах прокуратуры в соответствии с их полномочиями разрешаются заявления, жалобы и иные обращения, содержащие сведения о нарушении законов. Вместе с тем каких-либо конкретных сведений о нарушении закона, Ваших прав и свобод в обращении Вами не указано.
Относительно довода о несогласии с порядком рассмотрения Ваших обращений вышеуказанными лицами повторно разъясняем, что прокуратура Российской Федерации не наделена полномочиями по осуществлению надзора за их деятельностью.

Начальник управления по надзору
За соблюдением прав и свобод граждан
Главного управления по надзору за
Исполнением федерального законодательства Л.И. Коптева

АР № 220915

———————————-

ПРИЛОЖЕНИЕ 5

АППАРАТ УПОЛНОМОЧЕННОГО
ПО ПРАВАМ ЧЕЛОВЕКА В РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

101000, Москва, Мясницкая ул., дом 7 тел. 607-18-54, факс 607-39-77

№ АГ34250-23 03 дек 2014 г.

Гречишникову Л.В.

Ваши очередные обращения по вопросу повышения минимального размера оплаты труда и пособия по безработице не содержат новых доводов или обстоятельств.
Разъяснения о компетенции Уполномоченного по правам человека в Российской Федерации, определённой положениями Федерального конституционного закона от 26.02.97 г. № 1- ФКЗ «Об Уполномоченном по правам человека в Российской Федерации», а также о том, что законодательством Российской Федерации он не наделён правом законодательной инициативы, равно как и правом на вынесение государственно-властных решений, направлялись Вам письмами должностных лиц его Рабочего аппарата.
Согласно пункту 5 статьи 11 Федерального закона от 02.05.06 № 59-ФЗ «О порядке рассмотрения обращений граждан Российской федерации» указанные обстоятельства послужили основанием для принятия решения о прекращении с Вами переписки, о чём Вы уведомляетесь.

Руководитель Секретариата
Уполномоченного по правам человека
в Российской Федерации А.В. Глушенков
——————

ПРИЛОЖЕНИЕ 6

Проект
Федеральный закон

О внесении дополнений и изменений в Трудовой кодекс Российской Федерации

Статья 1
Внести в Трудовой кодекс Российской Федерации от 30 декабря 2001 г. № 197-ФЗ следующие дополнения и изменения:

1) начать изложение Трудового кодекса Российской Федерации в следующей редакции:

Основные понятия и термины, используемые в двух
частях Трудового кодекса и более

Рабочее место (место для труда) — все места, где работникам необходимо находиться или куда им необходимо следовать в связи с их работой, и которые прямо или косвенно находятся под контролем работодателя.

Рабочее место — часть организации и т.п., которая включает в себя все элементы процесса труда, непосредственно необходимые для трудовой деятельности работника, а также денежные и другие средства на вознаграждение его труда: на выплату ему заработной платы и т.п.

Элементы процесса труда — работа и то, что требуется для ее выполнения: рабочее место (место для труда); технологическое оборудование и другие основные фонды; сырьё и другие предметы труда; электрическая и другие виды энергии; информация, отражённая в проектной, конструкторско-технологической и другой документации и на других носителях; и тому подобное — в зависимости от отраслевых и других особенностей производства продукции (работ, услуг);
1 1
2) в статьях 21, 72 , 210, 212, 214, 216 , 218, 219 (в частях 2, 4, 9, 11 и 16) слова «рабочее место» в соответствующих падеже и числе заменить на: «рабочее место (место для труда)» в соответствующих падеже и числе;

3) часть шестую статьи 209 исключить.

(См. пояснительную записку к настоящему законопроекту.)

Гречишников Л.В.
12.11.15 г.

——————————

ПРИЛОЖЕНИЕ 10

Пояснительная записка к проекту закона «О внесении дополнений
и изменений в Трудовой кодекс Российской Федерации»

В законах и других документах (в том числе и в Трудовом кодексе) термин «рабочее место употребляется в двух значениях: 1) в значении места как такового, какого-то пространства для труда (в пределах которого перемещаются, когда работают) и 2) в значении ВСЕГО непосредственно необходимого для занятости работника в экономике. А официально закреплено определение рабочего места лишь в первом из этих значений, в значении пространства для труда (ст. 209 Трудового кодекса):

«рабочее место — место, где работник должен находиться или куда ему необходимо прибыть в связи с его работой, и которое прямо или косвенно находятся под контролем работодателя». (Такое рабочее место в настоящем законопроекте называется РАБОЧИМ МЕСТОМ (МЕСТОМ ДЛЯ ТРУДА).

Очевидно, однако, что для того, чтобы быть занятым в экономике, иметь рабочее место одного только пространства для труда недостаточно. Для занятости работника требуется ещё и многое другое: работа, оборудование, сырьё и т.п., а также, что крайне важно, — деньги на зарплату и т.п.

Когда говорится о создании и сохранении рабочих мест (чтобы люди реально были заняты в экономике), речь — не только о рабочих местах (местах для труда как таковых), но о рабочих местах во втором из указанных значений, в значении ВСЕГО непосредственно необходимого для занятости в экономике.

Не выработано и законодательно не закреплено конкретное определение именно такого рабочего места, рабочего места во втором из указанных значений, в значении ВСЕГО необходимого для занятости работника.

То, что в тексте Трудового кодекса дано определение только рабочего места (места для труда), и в то же время термин «рабочее место» используется в Кодексе и в значении всего необходимого для занятости – это явно «ни в какие ворота».

(Можно ли представить, чтобы власть оперировала термином «валовой внутренний продукт» (ВВП), не вооружив практику предельно однозначными разъяснениями, а что это такое — ВВП? В данном же случае ситуация именно такая.)

Из-за этого – разночтения, путаница, дезориентация. Из-за этого — поручения органов власти о создании и сохранении рабочих мест подобны поручению: принеси то, не скажу что. Из-за этого завышается число рабочих мест в стране и соответственно занижается безработица.

В том числе и из-за этого (и это главное) – те экономически активные (то есть нуждающиеся в заработке) граждане России, у которых нет РАБОТЫ И (ИЛИ) ЗАРАБОТКА, официально признаются имеющими рабочее место, занятыми в экономике и от безработицы их не защищают. К примеру, отправленные в длительный неоплачиваемый «отпуск» и те, кому подолгу не платят за труд. То есть те, у кого фактически нет работы и(или) заработка.

Это противоречит и документам Международной организации труда. Безработный (главное, суть) – это тот, кто нуждается в ДОХОДНОМ занятии, но его не имеет. То есть о безработице, отсутствии рабочего места свидетельствует на только отсутствие работы, но и отсутствие заработка.

Нет заработка — человек безработный. У него нет рабочего места. «Беззаработица» — это и есть безработица. И это означает отсутствие рабочего места. Даже если есть работа, и человек работает.

Главная цель прилагаемого законопроекта – вооружить практику обоснованным определением РАБОЧЕГО МЕСТА (рабочего места в значении всего необходимого для занятости). Разъяснить, чем РАБОЧЕЕ МЕСТО отличается от РАБОЧЕГО МЕСТА (МЕСТА ДЛЯ ТРУДА), «развести» эти понятия. То, что это до сих пор не сделано, – одна из главных причин перечисленных выше и других отрицательных последствий.

В этих целях законопроект дополняет Кодекс определением РАБОЧЕГО МЕСТА:

«рабочее место — часть организации и т.п., которая включает в себя ВСЕ элементы процесса труда, непосредственно необходимые для трудовой деятельности работника, а также денежные и другие средства на вознаграждение его труда: на выплату ему заработной платы и т.п.
Элементы процесса труда — работа и то, что требуется для ее выполнения: рабочее место (место для труда); технологическое оборудование и другие основные фонды; сырьё и другие предметы труда; электрическая и другие виды энергии; информация, отражённая в проектной, конструкторско-технологической и другой документации и на других носителях; и тому подобное — в зависимости от отраслевых и других особенностей производства продукции (работ, услуг)».
В заключении профильного НИИ – НИИ труда и социального страхования — выражено принципиальное согласие с этим определением.
Из предложенного определения видно, что рабочее место и рабочее место (место для труда) соотносятся друг с другом как целое и его часть. РАБОЧЕЕ МЕСТО (МЕСТО ДЛЯ ТРУДА) — лишь одна из необходимых составных частей РАБОЧЕГО МЕСТА.

Соответственно законопроектом вносится ясность, в каких статьях Кодекса о каком рабочем месте идёт речь. Для этого рабочие места в одних статьях Кодекса обозначаются термином «рабочее место», а в других – термином «рабочее место (место для труда)». О РАБОЧЕМ МЕСТЕ (рабочем месте в значении всего необходимого для занятости) говорится в статье 74 и в восьмой части статьи 219 Кодекса.

Статья 74 даёт работодателю право «…в целях сохранения рабочих мест…» вводить режим неполного рабочего времени. Если бы в этой статье говорилось о рабочем месте (месте для труда), как его трактует статья 209, то для введения неполного рабочего времени работодателю достаточно было бы сохранить лишь производственные площади.

На самом же деле, чтобы получить право на введение неполного рабочего времени, работодатель должен сохранить не только производственные площади, не только рабочие места (места для труда), но и всё остальное для занятости работников, то есть сохранить РАБОЧИЕ МЕСТА (всё для занятости, хотя и в течение неполного рабочего времени).

В таком же значении термин «рабочее место» употребляется и в восьмой части статьи 219, в которой говорится о праве работника на переподготовку «…в случае ликвидации рабочего места…». Что в данном случае ликвидируется? Почему требуется переподготовка работника? Потому, что он лишается работы, которую ранее выполнял, и заработка.

Рабочее место (место для труда), как его трактует статья 209, может при этом и не ликвидироваться, продолжать существовать. То есть в данном случае тоже говорится не о рабочем месте (месте для труда), а о РАБОЧЕМ МЕСТЕ (в значении всего необходимого для занятости).

Во всех других случаях в Кодексе (в статьях 21, 72, 210, 212, 214, 216, 218 и в частях 2, 4, 9 11 и 16 статьи 219) термин «рабочее место» употребляется в значении рабочего места (места для труда).

В законопроекте даётся и другое определение РАБОЧЕГО МЕСТА (МЕСТА ДЛЯ ТРУДА), то есть того рабочего места, о котором говорится в статье 209. Это делается для того (в частности), чтобы привести его в соответствие с тем определением, которое дано в Конвенции Международной организации труда о безопасности и гигиене труда (№ 155), которую российская сторона РАТИФИЦИРОВАЛА.

То определение, которое в статье 209, отличается от определения в Конвенции МОТ НЕ В ПОЛЬЗУ РАБОТНИКА. В Конвенции МОТ говорится, что термин «рабочее место» означает ВСЕ МЕСТА, где трудящиеся должны находиться или куда они должны следовать в связи с их работой, а в статье 209: рабочее место – это МЕСТО, где работник должен находиться или куда он должен прибыть в связи с его работой. Это весьма существенно меняет смысл определения. В законопроекте даётся такое определение РАБОЧЕГО МЕСТА (МЕСТА ДЛЯ ТРУДА):

«рабочее место (место для труда) означает все места, где работникам необходимо находиться или куда им необходимо следовать в связи с их работой, и которые прямо или косвенно находятся под контролем работодателя».

От определения в Конвенции МОТ оно отличается только тем, что вместо слова «трудящиеся» использовано слово «работники», вместо слова «предпринимателя» — слово «работодателя», а название рабочего места дополнено словами в скобках: (место для труда)».

Тэги
Страны

Об авторе