Горячие точки

Митрополит Черногорский Амфилохий: неизданный дневник Косовской Голгофы

Февраль 06
12:44 2013

Митрополит Черногорский Амфилохий: неизданный дневник Косовской Голгофы


В Косово усилилась напряженность: по краю прокатилась новая волна разрушения и грабежа православных храмов. 31 января неизвестными был ограблен храм святого Иоанна Предтечи в Штрпце, на следующей день ограблен храм святых апостолов Петра и Павла в Клокоте, а 2 февраля – храмы святой Петки в селе Донья Будрига и святителя Николая в селе Бинач. Вчера ОВЦС Русской Православной Церкви сделал по этому поводу заявление, в котором перечислены злодеяния и в очередной раз ставится вопрос о будущем православного населения Косово и Метохии. А как начиналась трагедия в 1999-2000 гг.? Публикуем записи из еще не изданного дневника одного из самых известных иерархов Сербской Церкви митрополита Черногорско-Приморского АМФИЛОХИЯ (Радовича), переведенного Светланой ЛУГАНСКОЙ.

Церковь Святой Троицы. Разрушена в июне 1999 года.

Святой апостол Ерма и мученик Ермий
31 мая/13 июня 1999


По патриаршему благословению, я прибываю в Косово и Метохию, в направлении к Косовской Митровице. В Митровице – пустота и руины. Французские силы КФОР уже добрались до города и разместились в нем. Множество западных журналистов кружит по городу. Как будто забыв уже о бомбардировках и враждебных действиях своих правительств, задают вопросы: «Кто все это разрушил? Откуда такая пустота»? «Война, – говорю, – это не шутки», – будучи и сам ошеломлен хаосом, с которым встретился.

Мы продолжаем путь на Приштину. Проезжаем мимо колонны танков и наших солдат, которая покидает Косово. В Ибарской долине нас встречает множество народа, женщин и детей, автомобилей, но и повозок, запряженных волами, и телег, несчастных людей, нагруженных самым необходимым скарбом. Это народ косовско-метохийский, приведенный в ужас, оставляет свои вековые очаги. Неизвестно, доведется ли им когда-нибудь вернуться. Возле дороги брошенные стада коров, с разбухшим выменем: нет больше хозяек, чтобы их подоить…

В подобной бесконечной колонне я сам оказался четырьмя годами ранее, в 1995 г., когда из Сербской Крайны, через Мартин Брод, Дрвар, Баня Луку, Дервент, двигалась она в сторону Сербии. Я спросил тогда одного крестьянина, двинувшегося со стадом овец через плоскогорья после Мартина Брода: «Куда, отец»? Собирая овец, он ответил спокойно: «В Сербию, отче»! Как будто Сербия где-то здесь рядом, за первой рощей. Я так никогда и не узнал, что стало с ним и с его стадом. Добрался ли он хотя бы до Мрконич-града. Выкупили ли военные у него овец на еду, как я просил одного офицера. Невозможно было тому старику, пастуху, уйти далеко, а куда уж его овцам…

Вдоль дороги, по которой мы едем на Приштину, скачет мелкой рысью конь. Очевидно, потерял своего хозяина и в испуге бросился в неизвестность. Грива его вьется по ветру. Рысь его торжественна и исполнена достоинством. Спрашиваю себя: как долго сможет он сопровождать автомашину? Пока машина отрывается от него все дальше, оборачиваюсь… Серый в яблоках конь исчезает вдали, не оставляя своего намерения… И сегодня стоит у меня перед глазами эта животинка, словно какая-то редкость, виденная в течение жизни.

Проезжаем Приштину, в которой уже разместились войска Великобритании. Широкое косовское небо и его молчание разрывают своими лопастями и ревом стальные птицы новых конкистадоров постхристианского тысячелетия. Мы прибываем в Грачаницу и здесь остаемся на ночь, чтобы на следующее утро поехать обратно в сторону Митровицы и оттуда двинуться на Печскую патриархию.

Я все время смотрю по сторонам от дороги, не увижу ли где вчерашнего коня. И пока танки все прибывают, и войска и народ судорожно спешат в сторону Ибарской долины, чуть дальше от того места, где я вчера видел коня, обнаруживаю его – лежащим, павшим и уже мертвым, вытянувшимся во всю длину своих окоченевших членов, обращенных к небу, уже добычей червей и ворон… «Не появился ли на Косово, – спрашиваю я себя, – какой-то новый Дамянов Серко, подобный тому, о ком поется в песне про мать Юговичей, которой вóроны приносят в крылышках руку мертвого сына, вырванную на Косовом поле…».


* * *

Происхождение Честного Креста, святые мученики Маккавеи, 1/14 августа

По сообщению МВД, в Призрене вместе с Митрой Павлович, найден зарезанным старик пенсионер 84 лет, бывший преподаватель математики, Милорад Цуцуревич, а его жена Даница арестована. Юноша Деян Янкович (22) найден мертвым в собственном доме. Также схвачены Велимир Йованович, похищенный из своей квартиры на улице Досифея Обрадовича, Жарко Димитриевич (28), с улицы З. М. Юси, Боян Алексич (17), на глазах у которого бандиты изнасиловали его малолетнюю сестру Д. Позже она сумела бежать и добраться до родственников в Македонии. Брата и сестру Жарко и Деяну Станоевичей похитили албанские бандиты (в Призрене?), когда они пытались добраться до Джаковицы, чтобы забрать оттуда мать, которая осталась в доме без пищи и увезти в Сербию.

* * *

В Приштине в течение четырех часов албанские бандиты издевались над Милисавом и Радой Милентиевич, пока кто-то не сообщил в КФОР, и силы КФОР не арестовали одного из насильников. К Йоргованке Томич со Сремской ул. пытались ворваться в дом несколько молодых парней с ватагой албанских детей, им удалось перелезть через ограду во двор, они перебили все окна, но приехали военные из КФОР и прекратили буйство малолеток. Албанские башибузуки (Башибузук — Башибузукство неотесанный, жестокий, способный на всякое насилие человек – прим.пер. ). ежедневно угрожают, бешено колотят в двери, бьют окна в домах десятков, сотням сербских жителей города. Параллельно с отдельными преступными группами, действуют в Приштине и профессиональные банды, снабженные подслушивающими устройствами, которые передвигаются одновременно с патрулями КФОР. Пожилых сербов запугивают и принуждают подписать документы о продаже своих квартир албанцам за пару тысяч немецких марок…

* * *

Журналист Небойша Еврич опубликовал материал о буднях сербских детей, находящихся в заточении по квартирам , в приштинском аду. Цитирую:

«Феодора здесь больше не живет.
сколько лет Феодоре, я не знаю, на ее столе лежат, детским почерком написанные расписание уроков, и записка: «Я не решаюсь выйти в коридор. Не смею и подумать, чтобы открыть дверь. Не смею побежать к маме, когда она хочет открыть. Я должна слушаться матери. Должна слушаться мамочки». И большими буквами: «ЭТО НЕ МОЯ ЗАБОТА, ЗВОНИТ ЛИ КТО-НИБУДЬ В ДВЕРЬ, ИЛИ
НЕТ!»

Слова последней сербской жительницы из Протиной улицы в Печи, Браниславы Ристич, сказанные ею в Печской патриархии, где она сейчас живет:
«Я пришла сюда 10 июля. Из дома меня выгнали 8 июля. С десяти часов до часу дня на меня нападали. Я отбивалась. Только, чтоб не вошли в мой дом. Соседи еще раньше уехали. В конце концов, когда они двинулись, чтобы занять всю улицу, навалились на мои ворота. Кричали, ругались, всякое говорили. Я звала на помощь итальянцев, соседей… Никто не отозвался. Плакала, рыдала. Одна, немощная…

Кричала: «Убейте меня, это мой дом, я из него не выйду!» Была в отчаянии, в конце концов, открыла. Схватили меня за плечи: «Иди в церковь!» «Режь меня, убейте меня, отсюда не выйду!»

Плакала, но меня никто не услышал, я была так одинока…
Ко мне приходили гражданские, две женщины и три парня с гранатами в руках, в бешенстве. Выбросили меня из дома как мешок. Не знала, что делать и куда идти.


* * *

Митрополит Черногорский и Приморский Амфилохий и Светлана Луганская

Справка: митрополит Черногорский и Приморский, Зетско-Брдский и Скендерийский
Амфилохий (Ристо Радович, родился 7 января 1938 г.) – один из самых известных иерархов и богословов Сербской Православной Церкви. Огромное влияние на духовную жизнь владыки Амфилохия оказали преподобный Иустин (Попович) – духовный отец владыки, и старец Паисий Святогорец, под духовным руководством которого находился на Афоне. Митрополит Амфилохий учился в Белграде, Берне и в Риме, откуда отправился в Грецию. Здесь Ристо Радович проводит семь лет и принимает монашество, в Греческой Православной Церкви его рукополагают в священника. В течение своего пребывания в Греции он защищает докторскую диссертацию, посвященную святителю Григорию Паламе (на греческом языке). Иеромонах Амфилохий один год проводит на Святой Горе, откуда его направляют преподавать в Париж в Свято-Сергиевский Институт, а с 1976 г. становится преподавателем на кафедре православной педагогики в Белградской Духовной академии Святого Иоанна Богослова. В мае 1985 г., после избрания его епископом Банатской епархии, переезжает в Цетине. 30 декабря 1991 г. возведен в сан митрополита Черногорского и Приморского, Зетско-Брдского и Скендерийского. 22 января 2006 г. избран доктором богословия Honoris Causa Московской духовной академии. В 2009 году был Местоблюстителем Патриаршего престола после кончины Святейшего Патриарха Сербского Павла. Владеет русским, греческим, итальянским, немецким и французским языками. Член Союза писателей Сербии и Черногории. Автор многочисленных богословских работ, очерков и проповедей