Политика

Казахстану объявлен джихад

Ноябрь 23
08:26 2011

Казахстану объявлен джихад


«Асимметричным ответом» на планы восстановления Союза стал внезапный всплеск исламского терроризма на юге республики


В ноябре центром террористической активности на постсоветском пространстве неожиданно стал Казахстан, о существовании в котором экстремистов прежде мало кто подозревал. Агрессия исламистов в отношении республики совпала с публичным недовольством США казахской политикой. А недовольство, в свою очередь, последовало за объявлением о создании Евразийского союза, одной из опор которого должен стать Казахстан.


Антигосударственный терроризм впервые заявил о себе в республике еще весной нынешнего года, однако считать его тенденцией не было оснований. В мае в Актюбинске некий приезжий, смертник, подорвал себя у дверей областного департамента Комитета национальной безопасности. Чуть позже в столице, Астане, недалеко от изолятора КНБ, был взорван автомобиль, начиненный взрывчаткой.


В конце августа в Атырауской области с боем ликвидировали экстремистскую группировку, участники которой планировали теракты по всей территории республики. В состав группировки входило около 20 человек. Однако сделать они ничего не успели: единственным погибшим оказался главарь группы, застреленный казахскими чекистами во время штурма штаб-квартиры.


Хронология атак


Собственно «тенденция» наметилась двумя месяцами позже. 31 октября в Атырау прогремели два взрыва. Первый — недалеко от областной прокуратуры, взрывчатка была заложена в мусорном баке. Вторая бомба взорвалась на смертнике, по непонятным причинам покончившем жизнь самодетонацией спустя полчаса на пустыре неподалеку от областной администрации. В этот же день ответственность за теракт в Атырау взяла на себя группировка «Джунд аль-Халифат» («Солдаты Халифата»). Расследование дела было засекречено, но уже 7 ноября Генеральная прокуратура сообщила о задержании ОПГ, подозреваемой в организации взрывов.


Следствием было установлено, что террористическая группа сформировалась в 2009 году под воздействием джихадистских идей, в том числе погибшего на Северном Кавказе экстремистского проповедника Саида Бурятского. Участники группы первоначально намеревались выезжать на джихад за границу. Затем в сентябре установили контакты с членами террористической организации «Солдаты Халифата», созданной летом другими жителями казахского Юга «в целях развязывания джихада на территории Казахстана», как говорится в полицейских сводках.


Задержать удалось не всех террористов, некоторые сбежали из республики. «Данные лица в настоящее время скрываются в афганско-пакистанском пограничье и участвуют в боевых действиях на стороне международных террористов», сообщили представители казахстанских спецслужб.


Уже через два дня, 9 ноября, поступило сообщение о расстреле двух полицейских в Алма-Ате (бывшая столица — тоже юг республики). Патрульные старшина полиции Максат Дабылов и его коллега старшина полиции Галымжан Абдиров были обстреляны неизвестными из 9-миллиметрового оружия, предположительно пистолета Макарова. Оба полицейских от полученных ранений скончались. С учетом сходства нападения с «кавказскими расстрелами», когда объектами насилия являются представители власти, СМИ сразу же заподозрили в совершении преступления террористов.


Наконец утром 12 ноября, когда еще в одном южном городе, Таразе (бывшем Джамбуле), двое сотрудников казахской нацбезопасности следили за подозреваемым в экстремизме 34-летним Максатом Кариевым, тот выявил слежку и в панике начал действовать. Он напал на спецслужбистов, убил обоих, захватил встречную машину, связал водителя, прибыл в охотничий магазин, убил охранника и посетителя, взял два ствола, убил двоих полицейских, затем обстрелял из запасенного дома гранатомета здание местного Комитета нацбезопасности, ранил конных полицейских и, наконец, взорвался с помощью самодельной бомбы вместе с еще одним офицером, пытавшимся его обезвредить.


С чего бы это вдруг


Группировка «Джунд альХалифат» стала известна после размещения 21 октября видео в Интернете, где пригрозила Казахстану актами насилия в случае, если власти не отменят нашумевший закон о религии. В своем обращении исламисты обвинили власти Казахстана в том, что те придерживаются политики, схожей с политикой Туниса, Египта и Ливии и предупредили, что это «может обернуться потерями». Собственно казахстанский закон «О религиозной деятельности и религиозных объединениях» был подписан 13 октября. Он запрещает комнаты для намаза в госучреждениях, незарегистрированную религиозную деятельность на территории республики и предусматривает перерегистрацию религиозных организаций.


Что любопытно: закон подвергся критике со стороны США и был признан «не отвечающим международным обязательствам республики». Кей Ли, глава офиса по управлению ресурсами постпредставительства США при ОБСЕ, в своем выступлении 17 октября заявил: «Соединенные Штаты обеспокоены тем, что этот процесс может быть использован для ограничения деятельности религиозных групп, тем самым негативно влияя на свободу вероисповедания в Казахстане». Ли в своем заявлении также добавил, что, ограничивая свободу вероисповедания и свободу слова, «правительство рискует оттолкнуть верующих и стимулировать проявления экстремизма».


Удивительная синхронность действий американской дипломатии и исламистского терроризма, отмечаемая, мягко говоря, не впервые, на сей раз вызвала подозрения, что дело вовсе не во внезапной заинтересованности США в свободе казахской совести. Ибо для стороннего наблюдателя у этих одновременных атак имеется повод куда более весомый: они начались спустя несколько дней после того, как премьер-министр России Владимир Путин опубликовал в «Известиях» свою программную статью о неизбежности создания Евразийского союза, а Нурсултан Назарбаев публично поддержал идею (соавтором или даже автором которой он является).


По понятным причинам, воссоздание на постсоветской территории военно-экономического блока никак не совпадает с американскими интересами. Неслучайно перспектива возникновения единого сверхсубъекта вызвала близкую к истерике реакцию у политических сателлитов США на территории бывшего СССР. Так, президент Литвы Далия Грибаускайте, выступая в начале октября в Казахстане на совместном бизнес-форуме, внезапно попросила казахов не делать Евразийский союз политическим. «Ваша страна может играть большую роль в этом союзе, смягчая или стараясь не разрешить, чтоб этот союз был политизирован. То есть союз таможенный — пускай он и останется таможенным», — заявила Грибаускайте, и было не вполне понятно, личная это просьба или переданное предписание руководителей из «вашингтонского обкома».


Известие о воссоздании новой формы Союза вступило в противоречие с недавно разработанной и представленной Соединенными Штатами собственной концепцией «региональной интеграции Средней Азии». Она крайне напоминает доктрины, ранее изготавливавшиеся для Восточной Европы и благополучно провалившиеся. Называется этот план «Новый шелковый путь» и предусматривает специализацию Средней Азии как источника сырья, а Южной Азии — как сборочного цеха. «Хлопок из Центральной Азии будет перерабатываться в Южной Азии и затем продаваться по всему миру», — пояснил в ноябре на презентации программы в фонде «Джеймстаун» заместитель госсекретаря США по вопросам Южной и Центральной Азии Роберт Блейк.


В итоге Нурсултан Назарбаев, до последнего времени сохранявший сносные отношения с Вашингтоном, к концу нынешнего года грозит окончательно превратиться в одного из «злых восточных деспотов» в упрощенном мире проамериканских СМИ и публичной риторики. Тем более что первые шаги были сделаны заранее: еще в середине года выражающий внешнеполитический курс США журнал Foreign Policy поспешил включить Назарбаева в «список диктаторов» и приписал ему «страх перед восстаниями, проходящими в других нефтегосударствах».


Казахская «группа риска»


Существуют ли в самом Казахстане предпосылки для того, чтобы превратить его в «землю войны» по северокавказскому образцу? В целом республика — с учетом большого процента городского населения, высокого уровня образования, индустриализации и интегрированности в «общесоюзную» русскоязычную культуру — не кажется подходящим местом для распространения экстремистских идей. Однако и здесь есть своего рода группа религиозного риска. В частности это так называемые оралманы. Речь о более чем 1 млн репатриантов, переселившихся в Казахстан в 1990-х, преимущественно из сельской местности окрестных среднеазиатских республик и дальнего зарубежья.


С учетом более низкого культурного уровня оралманов, приобретенной за рубежом религиозно-бытовой «упертости» и устоявшейся отчужденности между ними и городским населением именно они могут стать средой для распространения джихадистских настроений в Казахстане.