Экономика

Капитализм, версия 2012

Март 16
08:42 2012
Ради сохранения своей жизнеспособности капитализм и политические системы должны постоянно развиваться

 

Дэвид Роткопф, генеральный директор и обозреватель журнала Foreign Policy, опубликовал новую умную книжку под названием «Корпорация «Власть» (Power, Inc.) об эпическом противостоянии между крупным бизнесом и государством, раскрывающую во многих отношениях ту тему, которая должна стать центральной в ходе выборов 2012 года. Это, хотя слово и начинается на «к», не «контрацепция», а будущее «капитализма» и вопрос о том, где оно будет решаться: в Америке или где-то еще.

 

Роткопф утверждает, что если большую часть ХХ века на мировой арене шла великая битва между капитализмом и коммунизмом, в которой победил капитализм, то великая битва XXI века будет вестись между различными версиями капитализма, и победит та, которая сможет наиболее эффективно генерировать рост и чаще других будет предметом для подражания.

 

«Будет ли это капитализм Пекина с китайской спецификой? — вопрошает Роткопф. — Будет ли это капитализм демократического развития, как в Индии и Бразилии? Будет ли это предпринимательский капитализм малого государства, как в Сингапуре и Израиле? Будет ли это европейский социально ответственный капитализм? Или же это будет капитализм американского типа?» Этот интригующий вопрос влечет за собой следующий: каков он, сегодняшний американский капитализм, и что позволит ему процветать в XXI веке?

 

Мнение Роткопфа, которое я разделяю, таково: элемент американского капитализма, вызывающий в мире наибольшее восхищение и чаще всего являющийся предметом для подражания — это именно то, что мы систематически игнорируем. Успех Америки на протяжении более чем 200 лет в значительной степени связан с ее здоровым, сбалансированным государственно-частным партнерством, когда государство предоставляет институты, правила, социальные гарантии, образование, исследования и инфраструктуры, дающие частному сектору возможность заниматься инновациями, инвестициями и брать на себя риски, способствующие росту и созданию рабочих мест.

 

Когда частный сектор превосходит государственный, мы получаем кризис ипотечных кредитов класса «сабпрайм», как в 2008 году. Когда государственный сектор превосходит частный, мы получаем удушающие нормативные акты. Нужно равновесие, и именно поэтому не стоит обращать внимания на карикатурный аргумент, согласно которому «выбор стоит между государством и рынком в чистом виде», — считает Роткопф. Урок истории, добавляет он, состоит в том, что капитализм лучше всего развивается, когда достигнуто это равновесие, а «когда равновесие теряется, начинаются проблемы».

 

По этой причине идеальные выборы 2012 года были бы такими, на которых общественности предлагались бы два варианта — консервативный и либеральный — основополагающих больших сделок, способов достижения равновесия, которые Америка должна сформулировать для того, чтобы приспособить свой капитализм к требованиям нынешнего столетия.

 

Первая из них — это налоговая реформа, которая позволит решить проблему нашего долгосрочного структурного дефицита посредством постепенного увеличения налогов на 1 доллар на каждые 3-4 доллара сокращения социальных пособий и расходов на оборону. Если Республиканская партия продолжит держаться того мнения, что никакого повышения налогов быть не должно, мы будем топтаться на месте. Капитализм не может работать без социальных гарантий или фискального благоразумия, и нам нужно устойчивое равновесие между ними двумя.

 

В рамках этого нам потребуется большая межпоколенческая сделка, призванная избежать межпоколенческой гражданской войны. Нам нужно адекватное равновесие между государственными расходами на дома престарелых и детские сады — на последние и первые полгода жизни.

 

Еще одна необходимая нам большая сделка должна быть заключена между природоохранным сообществом и нефтегазовой отраслью и касаться вопроса о том, как сделать сразу две вещи: безопасно эксплуатировать недавно открытые месторождения газа и в то же время построить мост к экономике, предполагающей снижение выбросов углекислого газа и больший акцент на энергоэффективности.

 

Еще одна необходимая нам большая сделка должна быть заключена в области инфраструктуры. Нам не хватает более 2 триллионов долларов на инвестиции в мосты, дороги, аэропорты, порты и широкополосный Интернет, а у государства нет этих денег. Нужна сделка, которая позволит государству привлечь в инфраструктуру инвестиции частного сектора, служащие обществу и предлагающие инвесторам адекватную прибыль.

 

В сфере образования и здравоохранения нам нужны такие большие сделки, которые позволят лучше распределить ресурсы между ликвидацией последствий и профилактикой. В обеих сферах мы тратим больше, чем любая другая страна мира — но результаты не лучше. Мы тратим слишком много на лечение болезней, которых можно избежать путем профилактики, и заново учим студентов колледжей тому, чему их должны были научить в старших классах. Современному капитализму нужны квалифицированные работники и работники, пользующиеся мобильной системой здравоохранения, позволяющей им переходить на любую работу.

 

Кроме того, нам нужна большая сделка между работодателями, наемными работниками и государством по немецкому образцу, когда государство создает работодателям стимулы для того, чтобы нанимать, обучать и переобучать рабочую силу.

 

Однако ни одна из этих сделок не может быть заключена без более грамотных общественных дебатов. «Важная вещь, которой так не хватает» в современной американской политике, сказал мне в одном из недавних интервью Билл Гейтс, — это «технократическое понимание фактов и того, где предлагаемые решения работают, и где — нет», что позволило бы строить дебаты на основе фактов, а не идеологии.

Ради сохранения своей жизнеспособности капитализм и политические системы — как и компании — должны постоянно развиваться. Люди наблюдают за нашим развитием и решают для себя, способна ли наша версия демократического капитализма продолжить процветать. Ставки здесь высоки. Но если «мы продолжим трактовать политику как реалити-шоу, устраиваемое ради дешевых театральных эффектов, — пишет Роткопф, — то тем самым повысим вероятность того, что следующую главу продолжающейся истории капитализма напишут где-то еще».