Произвол

КАКОЕ ЭТО ОБЩЕСТВО?

деньги
Август 31
04:40 2017

СОГРАЖДАНАМ

В Российскую академию наук Козлову В.В.

НИИ, вузам, общественным организациям, СМИ и т.д.  (по списку)

Членам Совета при Президенте РФ по развитию гражданского общества и правам человека (каждому члену Совета)

Членам Экспертного совета при Уполномоченном по правам человека (каждому члену Совета)

В Общественную палату РФ Фадееву В. А.

В Академию труда и социальных отношений Кузьминой Н.Н.

Законодательным собраниям и другим госорганам субъектов РФ (по списку)

В Конституционный Суд РФ  Зорькину В.Д., Генпрокуратуру РФ Чайке Ю.Я., Уполномоченному по правам человека в РФ  Москальковой Т.Н.

Президенту Российской Федерации Путину В.В., в Правительство РФ Медведеву Д.А., Госдуму Володину В.В,  Совет Федерации  Матвиенко В.И., Минтруд России Топилину М.А., Минэкономразвития РФ Орешкину М.С., Росстат Суринову А.Е.

от Гречишникова Леонида Васильевича (экономист по труду)

 

Открытое письмо

ЕСЛИ ОДНИ СУБЪЕКТЫ ОБЩЕСТВА НАРУШАЮТ КОНСТИТУЦИЮ, А ДРУГИЕ «ЗАКРЫВАЮТ ГЛАЗА» НА ЭТО, ТО КАКОЕ ЭТО ОБЩЕСТВО?

 

Тем более что нарушают Конституцию, права человека (по Конституции, ст. 2 – высшая ценность) не кто-нибудь. А, убеждён, — такие субъекты общества как самые высшие госорганы страны — Госдума, Совет Федерации, Правительство РФ (далее – ПРФ) и т. д. Десятилетиями. О примерах чего (они по трудовому профилю автора этих строк) – несколько ниже.

 

А в других субъектах общества – в не высших госорганах РФ, госорганах субъектов РФ, РАН, НИИ, вузах, СМИ и т.д. (см. выше перечень адресатов настоящего открытого письма) – «закрывают глаза» на это (за редчайшими исключениями).

 

«Закрывают глаза» на  это и конкретные сограждане. Как работающие в перечисленных в предыдущем абзаце субъектах общества, так и другие.

 

Судя по их реакции на обращения к ним. В которых — о не конституционности, убеждён, решений высших госорганов.

 

О гражданине с большой буквы – очень хорошо у Николая Алексеевича Некрасова: «Не может сын глядеть спокойно/ На горе матери родной,/ Не будет гражданин достойный/ К отчизне холоден душой,/.

 

Чем же это можно объяснить? Что высшие госорганы десятилетиями принимают и реализуют неконституционные, убеждён, нарушающие права человека федеральные законы и постановления. Что очевидно вразрез с интересами общества, страны. А другие субъекты общества это позволяют,  «закрывают глаза» на это.

 

Объяснить это можно, думается, тем, что высшие госорганы в России по сути бесконтрольны. И это даёт им возможность принимать и внедрять в жизнь законы и постановления в своих СОБСТВЕННЫХ интересах. В том числе — и неконституционные, нарушающие права человека.

 

А почему высшие госорганы по сути бесконтрольны? И почему другие субъекты «закрывают глаза» на это? Думается, причина этого коренится в том, что мы, члены общества (в массе, от домохозяек до  академиков), — СОЦИАЛЬНО ПАССИВНЫЕ.

 

В ходу такие формулы массового сознания. Пусть-де кто-то другой исправляет общественные порядки, а я «посижу дома». Или. От меня-де всё равно ничего не зависит. Или. Проголосую-ка я за действующую власть, а то как бы хуже не было.  И т.п. Ведь как думаем, так и действуем (бездействуем).

 

По Конституции (ст. 3), народ – это единственный источник власти. Но выполняем ли мы, члены общества, это конституционное предписание? Весьма сомнительно.

 

Неконституционных, убеждён, нарушающих права человека федеральных законов и постановлений много. Впору говорить о целой, говоря образно, «атаке» на Конституцию, на права человека и т.д.

 

Об «атаке», убеждён, на конкретных рабочих и специалистов, на весь трудовой потенциал страны. А это —   главный ЭКОНОМИЧЕСКИЙ ресурс общества. И, значит, «атака» эта — и на всю ЭКОНОМИКУ страны.

 

Согласно обследованиям Института социологии РАН («Российская газета», 11.03.10 г., стр. 11), малообеспеченных в России (самой богатой природными и территориальными ресурсами стране в мире) – 51%, большинство (в феврале 2009 г).   При этом (невероятно, но факт) почти 70% малообеспеченных – это РАБОЧИЕ И СПЕЦИАЛИСТЫ. Не пенсионеры и т.п.

 

На ухудшение экономики эти федеральные законы и постановления  «работают» не только тем, что, убеждён, ухудшают качественные и количественные характеристики трудового потенциала страны – главного экономического ресурса общества.

 

Но и тем, что это одна из причин и недостаточного ВНУТРЕННЕГО СПРОСА на продукцию товаропроизводителей. Достаточность которого – это одно из НЕОБХОДИМЫХ условий успешного развития экономики.

 

А ещё и тем, что это одна из причин уменьшения заинтересованности хозяйствующих субъектов В ИННОВАЦИЯХ. Зачем им инновации, если приемлемую для них прибыль можно получить и за счёт недопустимо низкой «зарплаты», десятилетиями внедряемой решениями высших госорганов.

 

Неконституционные, убеждён, законы и постановления прямо и явно «работают» также и на другие острейшие проблемы страны. На массовую малообеспеченность населения. На просто-таки зашкаливающее расслоение общества по уровню доходов. На громадную преступность.

 

О неконституционных, убеждён, федеральных законах и постановлениях – в открытом письме от 17.07.17 г. (высшим и другим госорганам РФ оно направлено 17.07.17 г. обычной почтой). Его заголовок: «НЕКОНСТИТУЦИОННЫЕ ЗАКОНЫ И ПОСТАНОВЛЕНИЯ – ЭТО «УДАР» ПО ЛЮДЯМ, ПО ОБЩЕСТВУ, ПО СТРАНЕ».

 

Подробнее в настоящем открытом письме — только о Законах о «МРОТах» (в кавычках), о минимальном размере «оплаты труда» (в кавычках).

 

Этими Законами Госдума, Совет Федерации, ПРФ и т.д. десятилетиями внедряют «зарплату» (в кавычках), «вознаграждение за труд» (в кавычках), которые даже меньше прожиточного минимума (далее – ПМ). То-есть, — меньше (!) МИНИМАЛЬНО НЕОБХОДИМОГО для сохранения здоровья и трудоспособности людей труда. См. разъяснение Росстата, что такое ПМ.

 

Меньше даже ОФИЦИАЛЬНОГО ПМ (устанавливаемого постановлениями ПРФ). Который, по расчётам независимых экспертов, очень сильно занижен. По расчётам некоторых из них, – в 2-2,5 раза.

 

Во 2-м квартале 2016 г., к примеру, даже официальный  ПМ трудоспособного человека (10722 руб.) был больше «МРОТа», больше «зарплаты», больше «вознаграждения за труд» от высших госорганов (6204 руб.) на 4518 руб., или на 72,8%. Чуть ли не вдвое.

 

Внедряются такие «МРОТы», такая «зарплата», такое «вознаграждение за труд» от высших госорганов весьма «успешно»: в России «зарплата»  меньше ПМ – у каждого ПЯТОГО работника («Российская газета», 15.08.14 г., стр. 3).

 

Следует подчеркнуть, что Законы о «МРОТах», говоря образно, «бьют» не только по самым низкооплачиваемым, но и по другим рабочим и специалистам.

 

Поскольку, в принципе, МРОТ, говоря образно,  — это «фундамент» ВСЕЙ системы оплаты труда. И, значит, если недопустимо низкие «МРОТы», то и недопустимо низкие «зарплаты», размер которых определён исходя из недопустимо низких «МРОТов».

 

Именно поэтому в России, убеждён, были недопустимо низкими «зарплаты» специалистов едва ли не самых общественно значимых профессий: педагогов, врачей, учёных (а также и других бюджетников). На протяжении десятилетий. Чем, убеждён, нанесён невосполнимый ущерб  образованию, здравоохранению, науке, обществу, стране в целом.

 

На эту тему — открытое письмо «ЗАРПЛАТА БОЛЬШЕ, НО МЕНЬШЕ  К ОЦЕНКЕ  ЕЁ ПОВЫШЕНИЯ ПЕДАГОГАМ, ВРАЧАМ  И Т.Д.».  Высшим и другим госорганам оно отправлено обычной почтой. Есть в интернете.

 

Почему, применительно к Законам о «МРОТах», слова «оплата труда», «зарплата», «вознаграждение за труд» (и саму аббревиатуру «МРОТ») надо, убеждён, брать в кавычки?   Потому что цифры из Законов о «МРОТах», убеждён, конечно же, не отвечают назначению настоящей оплаты труда, настоящей зарплаты, настоящего вознаграждения за труд,

 

Каково социально-экономическое назначение настоящих (без кавычек) оплаты труда, зарплаты, вознаграждения за труд? Их назначение – ВОСПРОИЗВОДСТВО, ВОССТАНОВЛЕНИЕ людей труда. Об этом, в частности, — в учебниках по экономике труда.

 

Ведь когда люди работают, они РАСХОДУЮТСЯ. И поэтому должны постоянно восстанавливаться, воспроизводиться. Это НЕОБХОДИМО для них самих, для экономики страны, для общества, для страны в целом.

 

Уместна, думается, такая аналогия. Если не выделяются необходимые средства на ремонт и модернизацию станков и другого технологического оборудования, то что происходит? Понятно, что в этом случае они досрочно, в экономически необоснованный срок, приходят в негодность.

 

Так и рабочие и специалисты. Если им («с подачи» высших госорганов) «отстёгивают» за труд «зарплату», «вознаграждение за труд», которые  меньше необходимых для их восстановления, воспроизводства (для их «ремонта и модернизации»), то они от этого деградируют, деквалифицируются. «Приходят в негодность» как работники. Раньше или позже.

 

Ещё раз. Цифры из Законов о «МРОТах» и обусловленные ими «зарплаты» меньше минимально необходимых для сохранения здоровья и трудоспособности рабочих и специалистов. Вывод из чего бесспорно таков: для восстановления, воспроизводства людей труда эти цифры явно НЕДОСТАТОЧНЫ.

 

И, значит, российские «МРОТы» и обусловленные ими «зарплаты» —  это не оплата труда, не зарплата, не вознаграждение за труд. Они ведь не отвечают назначению настоящих (без кавычек) оплаты труда, зарплаты, вознаграждения за труд – воспроизводить, восстанавливать людей труда.

 

Поэтому, убеждён, цифры из Законов о «МРОТах» надо называть не МРОТами, а, как-то иначе. К примеру – МРПТ (минимальный размер пособия за труд).  Чтобы не оплата труда, не зарплата, не вознаграждение за труд не выдавались за оплату труда, за зарплату, за вознаграждение за труд.

 

Вот, кстати, мнение едва ли не главного в системе власти «зарплатчика», министра труда РФ, Топилина М.А: платить МРОТ ниже прожиточного минимума — это нонсенс (см. сообщение об этом в интернете). Нонсенс, согласно словарю, — это бессмыслица, глупость, нелепость.

 

С учётом изложенного, не конституционность Законов о «МРОТах» и обусловленных ими «зарплат», «вознаграждения за труд» видна, говоря образно, «как на ладони».

 

Ведь, согласно Конституции (ст. 37), вознаграждение за труд ОБЯЗАТЕЛЬНО. Но «МРОТами», «зарплатами», «вознаграждением за труд» (от высших госорганов), которые меньше минимально необходимых для сохранения здоровья и трудоспособности рабочих и специалистов, вознаградить за труд, как того требует Конституция, убеждён, конечно же, НЕЛЬЗЯ.

 

Прямо и явно Законами о «МРОТах» десятилетиями нарушается, убеждён, не только статья 37, но и статья 7 Конституции. Которая предписывает  государству, высшим госорганам создавать условия для ДОСТОЙНОЙ жизни и РАЗВИТИЯ человека.

 

Понятно ведь, что «зарплатой», которая меньше минимально необходимой для сохранения здоровья и трудоспособности рабочих и специалистов, высшие госорганы создали им условие ДЛЯ СТРОГО ОБРАТНОГО. Для жизни недостойной (по крайней мере, — в чисто материальном отношении). Для деградации, деквалификации человека, а не для его развития.

 

Нарушают, убеждён, в Госдуме, Совете Федерации, ПРФ и Администрации Президента РФ Конституцию  ещё и вот как. Согласно Закону о работе с обращениями (ст. 5 и 10) и Конституции (ст. 33 – о праве граждан на обращение в госорганы), ответ по существу вопросов, поставленных в обращениях, ОБЯЗАТЕЛЕН. Если обращение поступило по компетенции.

 

Но в отписках из высших госорганов вовсе нет ответа на поставленный перед ними вопрос о не конституционности их законов и постановлений, на обоснования этого вопроса. Как будто этого вопроса, его обоснований и  нет в обращениях к Путину В.В., Медведеву Д.А., Володину В.В. (и к его предшественникам) и к Матвиенко В.Е. (и к её предшественникам).

 

Каким, к примеру, должен бы быть (во исполнение Закона о работе с обращениями и Конституции) ответ из высших госорганов по существу поставленного перед ними вопроса о не конституционности Законов о «МРОТах» и  обоснований этого вопроса?

 

Высшие госорганы продолжают (упорно и весьма «успешно») внедрять «МРОТы» (в кавычках), которые меньше минимально необходимых для сохранения здоровья и трудоспособности людей труда. Значит, ответ на поставленный перед ними вопрос о не конституционности, убеждён, Законов о «МРОТах» (и его обоснований) должен бы быть примерно таким.

 

Законы-де  о МРОТах очень даже конституционны.  Утверждение о их не конституционности и обоснования этого утверждения неверны.

 

Хотя-де зарплата, согласно этим Законам, и меньше минимально необходимой для сохранения здоровья и трудоспособности рабочих и специалистов, но тем не менее вознаградить их труд такой зарплатой, как того требует Конституция (ст. 37), очень даже возможно. ПОТОМУ-ТО И ПОТОМУ-ТО.

 

Хотя-де зарплата, согласно этим Законам, и меньше минимально необходимой для сохранения здоровья и трудоспособности рабочих и специалистов, но тем не менее Госдума, Совет Федерации, ПРФ и т.д. создали им Законами о МРОТах  условие для  очень даже достойной жизни и развития. Как того требует от высших госорганов страны Конституция (ст.7). ПОТОМУ-ТО И ПОТОМУ-ТО.

 

Увы. В высших госорганах предпочитают «благоразумно» (и, убеждён, — в нарушение Конституции), как говорят, «в упор не видеть» поставленного перед ними вопроса о не конституционности Законов о «МРОТах» и его обоснований.

 

И понятно, думается, — почему. Ведь сколь-нибудь приемлемых доводов (этих «ПОТОМУ-ТО И ПОТОМУ-ТО; см. через абзац выше)   в пользу конституционности Законов «МРОТах» и других подобных решений высших госорганов, убеждён, просто-таки не существует.

 

«Доводы» в пользу «МРОТов», «зарплат», «вознаграждения за труд», которые меньше минимально необходимых для сохранения здоровья и трудоспособности рабочих и специалистов, тоже надо брать в кавычки. Ввиду их несостоятельности. И с экономической, и с социальной, и с чисто правовой и т.д. точки зрения.

 

Настоящее письмо и так получается длинноватым. Поэтому разбор этих «доводов» в нём не даётся. О том, почему эти «доводы» несостоятельны – в открытом письме, озаглавленном: «НОНСЕНС» — НАРАСТАЕТ?». До высших и других госорганов, а также до РАН оно доведено. Есть в интернете.

 

Очень коротко – о других неконституционных, убеждён, нарушающих права человека решениях высших госорганов (подробнее о них – в упомянутом выше, на стр. 1,  открытом письме от 17.07.17 г.). Они тоже, говоря образно, «бьют» по конкретным людям труда, по всему трудовому потенциалу страны, по её экономике, по обществу, по стране в целом. Это:

 

— принимаемые десятилетиями решения высших госорганов о размере «пособия по безработице». Тоже в кавычках.

 

В кавычках потому, что ЦЕЛЕВОЕ НАЗНАЧЕНИЕ пособия по безработице (см., в частности, постановление КС от 16 декабря 1997 г. № 20-П», п. 3)  — предоставить временный источник средств к существованию. Но существовать в течение месяца на «пособие» от высших госорганов величиной, к примеру, 850 руб. (ранее – в разы меньше), конечно же, нельзя.

 

То есть, такое «пособие» от высших госорганов (как и «МРОТы») – это, убеждён, тоже прямое и явное нарушение Конституции. И в части права человека на защиту от безработицы (ст. 37). И в части обязательности создания высшими госорганами  условий для достойной жизни и развития человека (ст. 7);

 

— решения высших госорганов об отнесении рабочих и специалистов, НЕ ИМЕЮЩИХ работы и (или) заработка, к занятым в экономике. То есть (не верь глазам своим), — к ИМЕЮЩИМ работу и заработок.

 

Чем, убеждён, тоже нарушаются статьи 7 и 37 Конституции;

 

— решения высших госорганов, которыми законодательно «обосновано» отнесение рабочих и специалистов, не имеющих работы и (или) заработка, к занятым в экономике (то есть, — к имеющим работу и заработок).

 

Чем, убеждён, тоже нарушаются статьи 7 и 37 Конституции.

 

Почему же высшие госорганы принимают и реализуют Законы о «МРОТах» и другие подобные не конституционные, убеждён, нарушающие права человека решения? Ответ на этот вопрос содержится, думается, в ответе на вопрос, а кому ВЫГОДНЫ эти решения?

 

При поиске ответа на этот вопрос следует учитывать следующее. Чем меньше МРОТы, чем меньше пособие по безработице, чем меньше получающих пособие по безработице, тем больше средств из бюджетов различного уровня может быть направлено на содержание разбухшего госаппарата.

 

Из газеты «АИФ» (№ 44, 2012, стр. 1): «Оказывается, наш госаппарат поглощает немыслимое количество денег – 40% от ВВП. По сути, он отъедает их у народа…». Из «АИФ» же (№ 29, 2016, стр. 12): «С 2013 г. зарплата депутатов возросла более  чем в три раза и составляет ныне 400 тыс. руб…А есть ещё ежеквартальные премии 60-80 тыс. руб…».

 

А для других граждан «зарплата» от депутатов Госдумы (и от других высших госорганов) –  даже меньше (!) МИНИМАЛЬНО НЕОБХОДИМОЙ для сохранения их здоровья и трудоспособности. Даже  хотя бы (!) ДЛЯ СОХРАНЕНИЯ. Что уж говорить об УЛУЧШЕНИИ, РАЗВИТИИ их здоровья и трудоспособности. И это на протяжении десятилетий. Как это?!

 

Как это ни странно, но  на неконституционные, убеждён, нарушающие права человека федеральные законы и постановления «закрывают глаза» и граждане России, работающие в Конституционном Суде РФ (далее – КС), Генпрокуратуре РФ и аппарате Уполномоченного по правам человека в РФ (далее – УПЧ). Хотя КС, прокуратура и УПЧ – это главные в системе власти контролёры (!) ЗА СОБЛЮДЕНИЕМ КОНСТИТУЦИИ, ПРАВ ЧЕЛОВЕКА.

 

И это, убеждён, даёт основания говорить о том, что они по сути даже  СОУЧАСТВУЮТ в нарушении Конституции, прав человека федеральными законами и постановлениями высших госорганов. Ведь если кто-то видит, что нарушается Конституция, но не предпринимает необходимых мер для прекращения этого, то он ведь соучаствует в её нарушении. Разве не так?

 

Об этом – в открытом письме «СОУЧАСТВУЮТ ЛИ  КОНТРОЛЁРЫ ЗА СОБЛЮДЕНИЕМ КОНСТИТУЦИИ В ЕЁ НАРУШЕНИИ?». Госорганам РФ, а также РАН и Общественной палате РФ (далее – ОП) оно отправлено обычной почтой. Есть в интернете.

 

Вот как, к примеру, «закрывают глаза» (и этим, убеждён, по сути соучаствуют в нарушении Конституции, прав человека решениями высших госорганов) граждане России Зорькин В.Д. и другие судьи КС.

 

На неоднократные обращения к Зорькину В.Д. о не конституционности, убеждён, федеральных законов и постановлений они отвечают так:  «…разрешение поставленных заявителем вопросов Конституционному Суду Российской Федерации неподведомственно». См., к примеру, Определение КС от 22.03.12 г. № 402-0-0 (прилагается).

 

В таком же духе ответы на подобные обращения и к Чайке Ю.Я. Их смысл: органы прокуратуры не уполномочены-де надзирать за тем, конституционны или нет решения высших госорганов. Один из таких ответов (исх. № 72/1-659-08 от 14.02.2017 г., Пожевилов В.А.) – прилагается (как пример).

 

А смысл ответа (исх. № 7158-23 от 06.03.17 г., Филиппов Н.А., прилагается) на обращения к УПЧ о нарушении, убеждён, федеральными законами и постановлениями прав человека таков: УПЧ-де и не должен контролировать соблюдение прав человека высшими госорганами.

 

То есть, «закрывая глаза» на нарушение, убеждён, Конституции, прав человека решениями высших госорганов, граждане России из КС, аппарата Генпрокуратуры РФ и аппарата УПЧ как бы говорят (дружно): Бог-де с ними, с Конституцией, с правами человека. Главное-де, — чтобы Законы о КС, прокуратуре и УПЧ выполнялись. Как это?!

 

Высшие госорганы, действительно, «благоразумно» вывели себя (полностью или частично) из-под контроля этих, главных в системе власти контролёров за соблюдением Конституции, прав человека. Прямо Законами о них. И этим, убеждён, — позаботились о СОБСТВЕННОМ благополучии. Но отнюдь – не о благополучии людей, общества, страны.

 

УПЧ, к примеру (ст. 16 Закона об УПЧ), запрещено ДАЖЕ РАССМАТРИВАТЬ  жалобы на решения Госдумы, Совета Федерации и т.д. То есть: как только увидел, что  жалоба на нарушение прав человека, Конституции их решениями, так сразу же, говоря образно, «выброси жалобу на это в корзину для использованных бумаг». Не вздумай-де её рассматривать.

 

Поэтому перед гражданами России Зорькиным В.Д., Чайкой Ю.Я. и УПЧ уже не один год ставится вопрос о том, что им необходимо добиваться (и добиться) исправления Законов о КС, прокуратуре и УПЧ. Чтобы они контролировали соблюдение Конституции, прав человек И ВЫСШИМИ ГОСОРГАНАМИ (в полном объёме).

 

Но, судя по реакции на постановку этого вопроса, добиваться исправления этих Законов в КС, аппарате Генпрокуратуры РФ и аппарате УПЧ не будут. Что, убеждён, особенно наглядно подтверждает вывод о их соучастии в нарушении, убеждён, Конституции, прав человека решениями высших госорганов.

 

Они ведь, убеждён,  не могут не видеть, что они ими нарушается. Но необходимых мер для прекращения этого не предпринимают. И, в частности, — не добиваются того, чтобы Законами о КС, прокуратуре и УПЧ на них был возложен контроль за соблюдением Конституции, прав человека И ВЫСШИМИ ГОСОРГАНАМИ (в полном объёме).

 

«Закрывают глаза» на неконституционные, убеждён, федеральные законы и постановления и граждане России, работающие в Минтруде России, Минэкономразвития России и Росстате. В их отписках, так же как и в отписках из высших госорганов, тоже нет ответа на поставленный перед ними вопрос о не конституционности, убеждён, федеральных законов и постановлений, на обоснования этого утверждения.

 

На эту тему – открытые письма «МИНЭКОНОМРАЗВИТИЯ  И МИНТРУД НЕ ВЫПОЛНИЛИ СВОИ ОБЯЗАННОСТИ» и «НАРУШАЕТ ЛИ РОССТАТ КОНСТИТУЦИЮ, ПРАВА ЧЕЛОВЕКА?». До госорганов эти письма доведены обычной почтой. Есть в интернете.

 

В «Российской газете» (федеральный выпуск № 7339 (173) – статья «Президент предостерег чиновников от «бюрократического футбола» с населением». В ней, в частности, о недопустимости, по мнению главы государства, по его образному выражению — «бюрократического футбола».

 

Сказано это по отношению к местной власти. Но, к сожалению, такой «футбол» свойственен, как показано выше, и самым высшим и другим ФЕДЕРАЛЬНЫМ госорганам. Отписки от них в течение многих лет дают автору этих строк вполне достаточные основания для такого утверждения.

 

«Закрывают глаза» на не конституционность, убеждён, федеральных законов и постановлений и граждане России, работающие в законодательных собраниях и других госорганах субъектов РФ. В их ответах на обращения к ним – о чём угодно. Но только не  о главном в них – о не конституционности, убеждён, федеральных законов и постановлений.

 

Нет от госорганов субъектов РФ и ответа на просьбу к ним (в упомянутом выше, на стр. 1, открытом письме от 17.07.17 г., стр. 7, абз. 8-10): сформировать свою позицию по проблемам, созданным, убеждён, высшими госорганами, и довести её до главы государства, Госдумы, Совета Федерации и Правительства РФ.

 

Ниже в подтверждение этого – полный текст ответа Законодательного Собрания Республики Карелия (исх. № 2-2366 от 14.08.17 г.):

 

«Уважаемый Леонид Васильевич!

Ваше обращение, поступившее в адрес Законодательного Собрания Республики Карелия 18 июля 2017 г. (вх. № 335), с предложениями по совершенствованию законодательства Российской Федерации, рассмотрено и принято к сведению.

Председатель

Законодательного Собрания

Республики Карелия                                                   Э.В. Шандалович»

 

 

В нём по существу поставленных вопросов – НИ СЛОВА. Одно предложение.

 

Хотя понятно, что гражданам России, работающим и в госорганах субъектов РФ, «закрывать глаза» на  не конституционность, убеждён, решений высших госорганов, конечно же, тоже НИКАК НЕЛЬЗЯ.

 

Не менее тревожно, что сигналы о не конституционности, убеждён, законов и постановлений высших госорганов, сигналы о неблагополучии в российском обществе не воспринимают (за редчайшими исключениями) не только граждане России, работающие в госорганах, но и работающие в других субъектах российского общества. Опять-таки, — судя по их реакции на обращения к ним по этому вопросу.

 

В подавляющем числе случаев ответов от них на эти обращения нет вовсе. А если они и есть,  — то это откровенные отписки. В которых тоже нет ответа по существу главного в этих обращениях к ним вопроса – о не конституционности, убеждён, федеральных законов и постановлений.

 

Вот как, к примеру, «закрыли глаза» на это в Общественной палате РФ (ОП). Помимо всего, убеждён, — и в нарушение Закона об ОП.

 

Вновь избранному секретарю ОП Фадееву В.А. было направлено обращение. Оно – от 19.06.17 г. В материалах этого обращения – примерно о том же, о чём и в настоящем открытом письме. Концовка обращения к Фадееву В.А. такая:

 

«Просьба к Вам – сделать всё возможное для разрешения весьма болезненных для российского общества проблем…

Был бы признателен за ответ по существу поставленных в нём вопросов, по существу содержащихся в нём предложений. За ответ о принятых по ним решениях».

 

Спустя много времени пришла отписка на это обращение к Фадееву В.А. Которая весьма наглядно подтверждает, что приёмами «бюрократического футбола» владеют не только в госорганах, но и в ОП.  Вот полный текст отписки:

 

«Уважаемый Леонид Васильевич!

Благодарим Вас за активную гражданскую позицию. Ваши предложения будут рассмотрены и учтены в деятельности Общественной палаты Российской Федерации.

Михеева Л.Ю.,

Заместитель секретаря Общественной палаты».

 

То есть, в ОП, говоря образно, и «пальцем не пошевелили», чтобы хоть что-то сделать для решения весьма болезненных для людей,  для общества проблем, о которых в материалах обращения к Фадееву В.А. Не удосужились ДАЖЕ РАССМОТРЕТЬ  предложения по решению этих проблем. Ну что тут скажешь?! Остаётся только руками развести.

 

То, как в ОП «поработали» с обращением к новому секретарю ОП, даёт основания говорить, что и при нём в ОП продолжают, говоря образно, «прятать голову в песок» от весьма болезненных для общества проблем.

 

О том, как это делалось  при предыдущем секретаре ОП, — в открытом письме «РАБОТАЮТ ЛИ ВО ВЛАСТИ, А ТАКЖЕ В РАН И ОБЩЕСТВЕННОЙ ПАЛАТЕ  НА УХУДШЕНИЕ ТРУДОВОГО ПОТЕНЦИАЛА СТРАНЫ, НА НАРУШЕНИЕ КОНСТИТУЦИИ, ПРАВ ЧЕЛОВЕКА?». До госорганов РФ, ОП и РАН и оно доведено обычной почтой. Есть в интернете.

 

В этом открытом письме – и о том, как «закрыли глаза» на неконституционные, убеждён, нарушающие права человека законы и постановления и в РАН.

 

Вовсе не отвечают на обращения  граждане России из профильных НИИ, вузов и т.п. К примеру, — работающие в Академии труда и социальных отношений. Хотя, казалось бы, кому же, как не им, реагировать на обращения по вопросам труда и зарплаты. Вопросы-то эти, — это же, говоря образно, их «хлеб».

 

Почему же, граждане России, работающие в профильных НИИ, вузах и т.п., не отвечают тем не менее на профильные для них вопросы?

 

Думается, причина тому – их забота о собственном благополучии. Ведь ЛЮБОЙ их ответ на обращения о не конституционности, убеждён, федеральных законов и постагновлений может сказаться на их собственном благополучии не лучшим образом.

 

Допустим, что в их ответе, к примеру, – слова поддержки Законов о МРОТах. Они-де такими и должны быть. Внедряемые-де ими зарплата, вознаграждение за труд (которые меньше минимально необходимых для сохранения здоровья и трудоспособности) – это нормально.

 

Чем такой ответ может, говоря образно, по ним «ударить»? Тем, думается, что, «озвучившие» поддержку таким «МРОТам», просто-таки «потеряют лицо» как учёные. Ведь такая позиция, убеждён, — явно вразрез с основами такой науки как экономика труда.

 

Согласно которой, назначение зарплаты – воспроизводство людей труда, их здоровья и трудоспособности. Согласно  которой, зарплата должна быть достаточной для этого. Подробнее об этом – на стр. 3 и 4 настоящего письма.

 

А чем может нанести ущерб благополучию ответивших другой вариант их ответа? В котором – обратная позиция: с позиции-де науки такие «МРОТы», «зарплаты» не обоснованы. Необходимо-де незамедлительно увеличить «МРОТ». Его величина-де должна быть достаточной для воспроизводства людей труда, их здоровья и трудоспособности.

 

Такой вариант ответа чреват для благополучия ответивших так тем, что такой ответ может вызвать недовольство начальства, в том числе самого высокого. Со всем из этого вытекающим для ответивших.

 

Потому-то, думается, и не отвечают. И чтобы «учёное лицо сохранить». И чтобы недовольства начальства не вызвать.

 

С учётом всего изложенного выше, «диагноз» российскому обществу, думается, не самый утешительный. Это, — мягко говоря. Чем это чревато для общества? Что оно не реагирует должным образом на сигналы о неблагополучии в нём?

 

Тем, что масштабы неблагополучия в обществе всё увеличиваются и увеличиваются. В направлении его критического для общества уровня. Со всем вытекающим из этого отрицательным. Для членов общества, для общества в целом.

 

Одна из версий исчезновения динозавров такая. Они не были наделены надлежащим механизмом незамедлительного реагирования. Не реагировали должным образом на сигналы, на которые динозавру было жизненно необходимо реагировать незамедлительно. У него, к примеру, говоря образно, уже «полноги оттяпали», а он на это ещё и не прореагировал.

 

В интересах людей, общества, страны, убеждён, было бы прежде всего следующее.

 

  1. Разработать и осуществлять (в качестве САМОЙ ГЛАВНОЙ) программу под таким примерным названием: «Формирование гражданского общества в России». Одна из главных характеристик гражданского общества – это то, что оно в состоянии контролировать властные структуры. Противостоять их произволу.

 

Центральное место в этой программе – меры по проблеме МАССОВОГО СОЦИАЛЬНО ПАССИВНОГО СОЗНАНИЯ. Согласно разработанной поэтапной программе. Во исполнение которой, в частности, — «поставить на поток» подготовку для самой широкой аудитории правдивой и легко читаемой информации. Найти пути её доведения до сограждан и способы заинтересовать их вчитаться в неё.

 

При этом не навязывать ту или иную точку зрения (как это, убеждён, делается властными структурами через ТВ и другие СМИ). Показывать разные позиции. Пусть сограждане сами делают осознанный выбор. Когда перед ними весь спектр позиций, сделать такой осознанный (и обоснованный, отвечающий их интересам, интересам общества, страны) выбор уже не так трудно.

 

И первое, что, думается, должно впитать в себя сознание ДОСТАТОЧНО БОЛЬШОЙ части общества, — это неприемлемость 1) социальной пассивности, 2) бесконтрольности власти, необоснованной её организации и 3) неконституционного способа смены власти.

 

Когда это произойдёт, для членов общества НЕ СОСТАВИТ ТРУДА преодолеть взаимное отчуждение, самоорганизоваться, выдвинуть из своей среды достойных, проголосовать за них, не дать власти исказить итоги выборов; помогать избранным провести в жизнь то, за что проголосовали; и контролировать избранных.

 

Да, для сколь-нибудь существенного решения проблемы массового сознания требуются годы и годы. Но тем более максимально возможную активизацию работы над этой проблемой нельзя откладывать, говоря образно, «ни на секунду».

 

  1. Разработать и реализовывать программу кардинального улучшения организации власти в стране. В качестве одной из самых приоритетных. Решить имеющиеся в этой области проблемы. И прежде всего – «навалиться» на проблему бесконтрольности высших госорганов.

 

Это, убеждён, —  в интересах (долгосрочных) и самой высшей власти. Ведь власть, которая толком не контролируется, которой толком не сопротивляются, обычно деградирует и рушится. Раньше или позже. Пример – КПСС. А «расплачиваются» за это и подавляющая часть общества, и сама действующая власть.

 

  1. Во исполнения пункта исправить 2 (в частности) – исправить законы о КС, прокуратуре и УПЧ. НЕЗАМЕДЛИТЕЛЬНО. Возложив на них контроль за соблюдением Конституции, прав человека и высшими госорганами. В полном объёме.

 

В этих целях обязать КС принимать к производству жалобы на нарушение Конституции, прав человека не от ОГРАНИЧЕННОГО круга лиц (см., в частности, ст. 96 и 97 Закона о КС), а и от специалистов в различных областях науки и практики (независимо от того, «ударили» по ним НЕПОСРЕДСТВЕННО не конституционные решения власти или нет).

 

Более того, следует обязать КС, прокуратуру и УПЧ всячески СТИМУЛИРОВАТЬ (таким-то и таким-то образом) жалобы к ним на нарушение Конституции, прав человека, включая нарушение их высшими госорганами. А как же?! Речь-то – о нарушении ОСНОВНОГО закона страны.

 

  1. Исправить решения высших госорганов в области труда и занятости, о которых в настоящем письме. НЕЗАМЕДЛИТЕЛЬНО.

 

(Ущерб, который, убеждён,  нанесён этими неконституционными решениями конкретным рабочим и специалистам, всему трудовому потенциалу страны, экономике, обществу, стране восполнить конечно же, нельзя. Но надо хотя бы остановить его нанесение.)

 

Для чего:

 

4.1. Установить МРОТ, который БОЛЬШЕ официального (по расчётам независимых экспертов, — сильно заниженного) ПМ.

 

4.2. Намного увеличить размер пособия по безработице (не только минимального). По крайней мере, — для тех безработных граждан, кому не предоставлена возможность участвовать в оплачиваемых общественных работах. Восстановить доплату к нему на иждивенцев.

 

4.3. Защищать от безработицы, как того требует Конституция, платить пособие по безработице фактически безработным рабочим и специалистам, не имеющим работы и (или) заработка,  и нуждающимся в нём. Это относится:

 

— к отправленным организациями в длительный неоплачиваемый «отпуск». Который, конечно же, никакой не отпуск, в том числе и не отпуск без сохранения зарплаты (ст. 128 Трудового кодекса, далее — ТК), а самая настоящая БЕЗРАБОТИЦА;

 

— к тем, кому подолгу не платят за работу, чей труд фактически НЕ ВОЗНАГРАЖДАЕТСЯ (вразрез с Конституцией).

 

С последующим возмещением (пусть и не сразу) организациями (нарушившими Конституцию в части обязательности вознаграждения за труд)   бюджетных расходов на выплату этим безработным гражданам пособия по безработице и т.п.

 

4.4. Закрепить в Законе о занятости определение занятости в экономике (занятости экономической деятельностью), из которого ОДНОЗНАЧНО вытекало бы, что заработок – это НЕОБХОДИМОЕ условие занятости в экономике, БЕЗ КАКИХ-ЛИБО ИСКЛЮЧЕНИЙ.

 

То определение занятости, которое в Законе о занятости (ст. 1), убеждён, прямо-таки подталкивает к тому, чтобы не защищать от безработицы (хотя этого прямо требует Конституция, ст. 37), не платить пособие по безработице рабочим и специалистам, не имеющим заработка, средств к существованию.

 

Ведь в этом определении, чёрным по белому, что занятость приносит заработок КАК ПРАВИЛО. Не всегда, а как правило. И, значит, — определение это предписывает считать занятыми в экономике (то есть, — имеющими заработок) и не имеющих заработка, средств к существованию.

 

4.5. Закрепить в Законе о занятости и в ТК определение понятия «рабочее место» в значении ВСЕГО необходимого для занятости, включая РАБОТУ И ЗАРАБОТОК. Законопроект по этому вопросу и пояснительная записка к нему высшим госорганам направлялись. Один из их вариантов прилагается.

 

Ещё 15 лет назад Минтруд России (исх. № Г-19746 от 20.08.02 г., Герций Ю.В.) признал, что в «…настоящее время нет четкого понятия термина «рабочее место» и сообщил, что в соответствующий законопроект предполагается включить понятийную часть, куда «… предположительно, войдёт и новая трактовка термина «рабочее место». Но, увы.

 

В статье 209 ТК дано определение рабочего места. Но рабочего места — в значении места КАК ТАКОВОГО. Достаточно одного только места как такового (пространства для труда) для занятости в экономике? Ответ понятен: недостаточно.

 

Отсутствие законодательно закреплённого определения рабочего места в значении ВСЕГО необходимого для занятости в экономике  и определение рабочего места из статьи 209 ТК,  сводящее рабочее место ЛИШЬ К МЕСТУ КАК ТАКОВОМУ, убеждён, как раз и позволяют высшим  и другим госорганам  относить рабочих и специалистов, не имеющих работы и (или) заработка, средств к существованию к имеющим рабочее место, к занятым в экономике, и лишать их защиты от безработицы, пособия по безработице. Убеждён, — вразрез с Конституцией (ст. 37).

 

4.6. Внести в законы и другие решения высшей власти изменения и дополнения, которые вытекают из предложенного в подпунктах 4.1-4.5.

 

Просьба к субъектам общества – адресатам настоящего письма: не «закрывать глаза» на не конституционность, убеждён, федеральных законов и постановлений, о которых в письме. Дать ответ по существу поставленных в письме вопросов, их обоснований, по существу содержащихся в письме предложений. Дать ответ о принятых по ним решениях.

 

Приложения:   Определение КС от 22.03.12 г. № 402-0-0, ответ из  Генпрокуратуры РФ от 14.02.17 г., ответ из  аппарата  УПЧ  от 06.03.17 г., пояснительная записка к законопроекту о   рабочем месте и сам законопроект  – всего на 7листах.

 

 

Гречишников Л.В.

17.08.17 г.

 

Постскриптум. Настоящее письмо направляется его адресатам таким образом. Высшим и другим госорганам РФ, РАН,  ОП, Членам Экспертного совета при Уполномоченном по правам человека, членам Совета при Президенте РФ по развитию гражданского общества и правам человека и Академии труда и социальных отношений – обычной почтой (двум последним — и электронной). А другим адресатам письма – электронной почтой.

 

 

—-

 

 

 

 

 

 

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

КОНСТИТУЦИОННОГО СУДА РОССИЙСКОЙ Федерации

 

об отказе в принятии к рассмотрению обращений гражданина Гречишникова Леонида Васильевича об отмене Федерального закона «О минимальном размере оплаты труда»

 

город Санкт-Петербург                                                                                          2 марта 2012 года

 

Конституционный Суд Российской Федерации в составе Председателя В.Д. Зорькина, судей К.В. Арановского, А.И. Бойцова, Н.С. Бондаря, Г.А. Гаджиева, Ю.М. Данилова, Л.М. Жарковой, Г.А. Жилина, С.М. Казанцева, М.И. Клеандрова, С.Д. Князева, А.Н. Кокотова, Л.О. Красавчиковой, С.П. Маврина, Н.В. Мельникова, Ю.Д. Рудкина,  О.С. Хохряковой, В.Г. Ярославцева,

рассморев вопрос о возможности принятия обращений гражданина Л.В. Гречишникова к рассмотрению в заседании Конституционного Суда Российской Федерации,

 

установил:

 

  1. В своих обращениях в Конституционный Суд Российской Федерации от 1 и 21 февраля 2012 года гражданин Л.В. Гречишников просит отменить Федеральный закон от 19 июня 2000 года № 82-ФЗ «О минимальном размере оплаты труда».

По мнению заявителя, указанный Закон противоречит Конституции Российской Федерации, поскольку устанавливает минимальный размер оплаты труда ниже величины прожиточного минимума трудоспособного населения.

Л.В. Гречишников просит также внести в Государственную Думу Федерального Собрания Российской Федерации законопроект, предусматривающий право специалистов в той или иной области науки и практики оспаривать конституционность федеральных законов в порядке абстрактного нормоконтроля (без предоставления документов, подтверждающих применение оспариваемых им законов при разрешении их конкретных дел).

 

Заявитель не представил документы, подтверждающие применение оспариваемого Закона при разрешении его конкретного дела.

 

  1. Конституционный Суд Российской Федерации, изучив представленные материалы, не находит оснований для принятия обращений Л.В. Гречишникова к рассмотрению.

 

Заявитель настаивает на отмене Федерального закона «О минимальном размере оплаты труда» вне связи с нарушением его конституционных прав и вне процедуры конституционного судопроизводства, установленной Федеральным конституционным законом «О Конституционном Суде Российской Федерации», однако разрешение данного, а также иных поставленных в его обращениях вопросов в полномочия Конституционного Суда Российской Федерации, как они определены в статье 125 Конституции Российской Федерации и статьи 3 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», не входит.

 

Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 1 части первой статьи 79 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», Конституционный Суд Российской Федерации

 

определил:

 

  1. Отказать в принятии к рассмотрению обращений гражданина Гречишникова Леонида Васильевича, поскольку разрешение поставленных заявителем вопросов Конституционному Суду Российской Федерации неподведомственно.

 

  1. Определение Конституционного Суда Российской Федерации по данным обращениям окончательно и обжалованию не подлежит.

 

Председатель

Конституционного Суда

Российской Федерации                                                                                  В.Д. Зорькин

 

№ 402-О-О

—-

Гречишникову Леониду Васильевичу

Генеральная прокуратура

Российской Федерации

 

 

Ул. Б. Дмитровка, 15а

Москва, Россия, ГСП-3, 125993

 

14.02.2017 № 72/1-659-08

 

 

По результатам рассмотрения Вашего обращения от 01.02.2017 по поводу принятия федеральных законов в сфере труда, занятости населения, адресованного в т.ч. Президенту Российской Федерации и другим высшим должностным лицам разъясняю следующее.

Согласно статье 4 Федерального закона от 02.05.2006 № 59-ФЗ «О порядке рассмотрения обращений граждан в Российской Федерации» (далее – Закон № 59-ФЗ) для целей настоящего Федерального закона используются следующие основные термины: обращение – направленные в государственный орган, орган местного самоуправления или должностному лицу предложение, заявление или жалоба; предложение – рекомендация гражданина по совершенствованию законов и иных нормативных правовых актов, деятельности государственных органов и органов местного самоуправления.

В соответствии с со статьёй 7 Закона № 59-ФЗ в своём письменном обращении гражданин обязан изложить суть обращения, жалобы, предложения; в случае необходимости прилагает подтверждающие документы и материалы либо их копии.

Согласно ст. 10 Федерального закона от 17.01.1992 № 2202-1 «О прокуратуре Российской Федерации» в органах прокуратуры в соответствии с их полномочиями разрешаются обращения, содержащие сведения о нарушении законов.

Таким образом, с учётом положений Закона № 59-ФЗ Ваше обращение от 01.02.2017 является предложением по совершенствованию федеральных законов, обозначенные Вами вопросы не относятся к компетенции органов прокуратуры.

 

 

Старший прокурор отдела

управления Главного управления

по надзору за исполнением

федерального законодательства                                   В.А Пожевилов

 

 

 

 

 

 

 

 

АТ № 890052 Генеральная прокуратура Российской

Федерации

№72/1-659-2008/Он7348-17

—-

 

АППАРАТ  УПОЛНОМОЧЕННОГО

ПО ПРАВАМ ЧЕЛОВЕКА В РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

 

101000, Москва, Мясницкаяул., дом 47                  тел.  607-18-54, факс 607-39-77

 

№ 7158-23                                                                                                               06 мар 2017

 

 

Гречишникову Л.В.

 

На Ваши повторные обращения по вопросу повышения минимального размера оплаты труда и пособий по безработицы, не содержащие новых доводов и обстоятельств, поступившие Уполномоченному по правам человека в Российской Федерации (далее – Уполномоченный), повторно сообщаем, что переписка с Вами по данному вопросу прекращена, о чём Вы уведомлены письмом от 03 декабря 2014 г. № АГ34250-23.

Вновь обращаем Ваше внимание, что в соответствии с положениями Федерального конституционного закона от 26 февраля 1997 г. № 1-ФКЗ «Об Уполномоченном по правам человека в Российской Федерации» ( далее – Закон) деятельность Уполномоченного лишь дополняет существующие средства защиты прав и свобод граждан, однако не отменяет и не влечёт пересмотра компетенции иных государственных органов.

Решения и действия (бездействие) должностных лиц уполномоченных государственных органов власти, в том числе Министерства труда и социальной защиты Российской Федерации и Министерства экономического развития Российской Федерации, в случае несогласия с ними, Вы вправе оспорить вышестоящему руководителю либо в суд в установленном законодательством порядке.

Компетенция Уполномоченного позволяет оказать Вам помощь лишь в виде приведённых выше разъяснений.

 

 

Начальник отдела защиты  трудовых

и экономических прав человека                                                                     Н.А. Филиппов

 

—-

Пояснительная записка к  проекту закона «О внесении  дополнений

и изменений в Трудовой кодекс Российской Федерации»

 

В законах и других документах (в том числе и в Трудовом кодексе) термин «рабочее место употребляется в двух значениях: 1) в значении места как такового, какого-то пространства для труда (в пределах которого перемещаются, когда работают) и 2) в значении ВСЕГО непосредственно необходимого для занятости работника в экономике. А официально закреплено определение рабочего места лишь в первом из этих значений, в значении пространства для труда (ст. 209 Трудового кодекса):

 

«рабочее место — место, где работник должен находиться или куда ему необходимо прибыть в связи с его работой, и которое прямо или косвенно находятся под контролем работодателя». (Такое рабочее место в настоящем законопроекте  называется РАБОЧИМ МЕСТОМ (МЕСТОМ ДЛЯ ТРУДА).

 

Очевидно, однако, что для того, чтобы быть занятым в экономике, иметь рабочее место одного только пространства для труда недостаточно. Для занятости работника требуется ещё и многое другое: работа, оборудование, сырьё и т.п., а также, что крайне важно, — деньги на зарплату и т.п.

 

Когда говорится о создании и  сохранении рабочих мест (чтобы люди реально были заняты в экономике), речь — не только о рабочих местах (местах для труда как таковых), но о рабочих местах во втором из указанных значений, в значении ВСЕГО непосредственно необходимого для занятости в экономике.

 

Не выработано и законодательно не закреплено конкретное определение именно такого рабочего места, рабочего места во втором из указанных значений, в значении ВСЕГО необходимого для занятости работника.

 

То, что в тексте Трудового кодекса дано определение только рабочего места (места для труда), и в то же время термин «рабочее место» используется в Кодексе и в значении всего необходимого для занятости – это  явно «ни в какие ворота».

 

(Можно ли представить, чтобы власть оперировала термином «валовой внутренний продукт» (ВВП), не вооружив практику предельно однозначными разъяснениями, а что это такое — ВВП?  В данном же случае ситуация именно такая.)

 

Из-за этого – разночтения, путаница, дезориентация. Из-за этого — поручения органов власти о создании и сохранении рабочих мест  подобны поручению: принеси то, не скажу что. Из-за этого завышается число рабочих мест в стране и соответственно занижается безработица.

 

В том числе и из-за этого (и это главное) – те экономически активные (то есть нуждающиеся в заработке) граждане России, у которых нет РАБОТЫ И (ИЛИ) ЗАРАБОТКА, официально признаются имеющими рабочее место, занятыми в экономике и от безработицы их не защищают. К примеру, отправленные в длительный неоплачиваемый «отпуск» и те, кому подолгу не платят за труд. То есть те, у кого фактически нет работы и(или) заработка.

 

Это противоречит и документам Международной организации труда. Безработный (главное, суть) – это тот, кто  нуждается в ДОХОДНОМ занятии, но его не имеет. То есть о безработице, отсутствии рабочего места  свидетельствует на только отсутствие  работы, но и отсутствие заработка.

 

Нет заработка  — человек безработный. У него нет рабочего места. «Беззаработица» — это и есть безработица. И это означает отсутствие рабочего места. Даже если есть работа, и человек работает.

 

Главная цель прилагаемого законопроекта – вооружить практику обоснованным определением РАБОЧЕГО МЕСТА (рабочего места в значении всего необходимого для занятости). Разъяснить, чем  РАБОЧЕЕ МЕСТО отличается от РАБОЧЕГО МЕСТА (МЕСТА ДЛЯ ТРУДА), «развести» эти понятия. То, что это до сих пор не сделано, – одна из главных причин перечисленных выше и других отрицательных последствий.

 

В этих целях законопроект дополняет Кодекс определением РАБОЧЕГО МЕСТА:

 

«рабочее место — часть организации и т.п., которая включает в себя ВСЕ элементы процесса труда, непосредственно необходимые для трудовой деятельности работника, а также денежные и другие средства на вознаграждение его труда: на выплату ему заработной платы и т.п.

 

Элементы процесса труда — работа и то, что требуется для ее выполнения: рабочее место (место для труда); технологическое оборудование и другие основные фонды; сырьё и другие предметы труда; электрическая и другие виды энергии; информация, отражённая в проектной, конструкторско-технологической и другой документации и на других носителях; и тому подобное — в зависимости от отраслевых и других особенностей производства продукции (работ, услуг)».

 

В заключении профильного НИИ – НИИ труда и социального страхования — выражено принципиальное согласие с этим определением.

 

Из предложенного определения видно, что рабочее место и рабочее место (место для труда) соотносятся друг с другом как целое и его часть. РАБОЧЕЕ МЕСТО (МЕСТО ДЛЯ ТРУДА) — лишь одна из необходимых составных частей РАБОЧЕГО МЕСТА.

 

Соответственно законопроектом вносится ясность, в каких статьях Кодекса о каком рабочем месте идёт речь. Для этого рабочие места в одних статьях Кодекса обозначаются термином «рабочее место», а в других – термином «рабочее место (место для труда)». О РАБОЧЕМ МЕСТЕ (рабочем месте в значении всего необходимого для занятости) говорится в статье 74 и в восьмой части статьи 219 Кодекса.

 

Статья 74 даёт работодателю право «…в целях сохранения рабочих мест…» вводить режим неполного рабочего времени. Если бы в этой статье говорилось о рабочем месте (месте для труда), как его трактует статья 209, то для введения неполного рабочего времени работодателю достаточно было бы сохранить лишь производственные площади.

 

На самом же деле, чтобы получить право на введение неполного рабочего времени, работодатель должен сохранить не только производственные площади, не только рабочие места (места для труда),  но и всё остальное для занятости работников, то есть сохранить РАБОЧИЕ МЕСТА (всё для занятости, хотя и в течение неполного рабочего времени).

 

В таком же значении термин «рабочее место» употребляется и в восьмой части статьи 219, в которой говорится о праве работника на переподготовку «…в случае ликвидации рабочего места…». Что в данном случае ликвидируется? Почему требуется переподготовка работника? Потому, что он лишается работы, которую ранее выполнял, и заработка.

 

Рабочее место (место для труда), как его трактует статья 209, может при этом и не ликвидироваться, продолжать существовать. То есть в данном случае тоже говорится не о рабочем месте (месте для труда), а о РАБОЧЕМ МЕСТЕ (в значении всего необходимого для занятости).

 

Во всех других случаях в Кодексе (в статьях 21, 72  ,  210, 212, 214, 216  , 218 и в частях 2, 4, 9 11 и 16 статьи 219) термин «рабочее место» употребляется в значении рабочего места (места для труда).

 

В законопроекте даётся и другое определение РАБОЧЕГО МЕСТА (МЕСТА ДЛЯ ТРУДА), то есть того рабочего места, о котором говорится в статье 209. Это делается для того (в частности), чтобы привести его в соответствие с тем определением, которое дано в Конвенции Международной организации труда о безопасности и гигиене труда (№ 155), которую российская сторона РАТИФИЦИРОВАЛА.

 

То определение, которое в статье 209, отличается от определения в Конвенции МОТ НЕ В ПОЛЬЗУ РАБОТНИКА. В Конвенции МОТ говорится, что термин «рабочее место» означает ВСЕ МЕСТА, где трудящиеся должны находиться или куда они должны следовать в связи с их работой, а в статье 209: рабочее место – это МЕСТО, где работник  должен находиться или куда он должен прибыть в связи с его работой.  Это весьма существенно меняет смысл определения. В законопроекте даётся такое определение РАБОЧЕГО МЕСТА (МЕСТА ДЛЯ ТРУДА):

 

«рабочее место (место для труда)  означает все места, где работникам необходимо находиться или куда им необходимо следовать в связи с их работой, и которые прямо или косвенно находятся под контролем работодателя».

 

От определения в Конвенции МОТ оно отличается только тем, что вместо слова «трудящиеся» использовано слово «работники», вместо слова «предпринимателя» — слово «работодателя», а название рабочего места дополнено словами в скобках: (место для труда)».

 

Приложение: законопроект, на 1 листе.

Гречишников Л.В.

30.03.17 г.

—-

Проект

 

Федеральный закон

 

О внесении дополнений и изменений в Трудовой кодекс Российской Федерации

 

Статья 1

 

Внести в Трудовой кодекс Российской Федерации от 30 декабря 2001 г. № 197-ФЗ следующие дополнения и изменения:

 

1) начать изложение Трудового кодекса Российской Федерации в следующей редакции:

 

Основные понятия и термины, используемые в двух

частях Трудового кодекса и более

 

Рабочее место (место для труда) — все места, где работникам необходимо находиться или куда им необходимо следовать в связи с их работой, и которые прямо или косвенно находятся под контролем работодателя.

 

Рабочее место — часть организации и т.п., которая включает в себя все элементы процесса труда, непосредственно необходимые для трудовой деятельности работника, а также денежные и другие средства на вознаграждение его труда: на выплату ему заработной платы и т.п.

 

Элементы процесса труда — работа и то, что требуется для ее выполнения: рабочее место (место для труда); технологическое оборудование и другие основные фонды; сырьё и другие предметы труда; электрическая и другие виды энергии; информация, отражённая в проектной, конструкторско-технологической и другой документации и на других носителях; и тому подобное — в зависимости от отраслевых и других особенностей производства продукции (работ, услуг);

1                                              1

2) в статьях 21, 72  , 210, 212, 214, 216 , 218, 219 (в частях 2, 4, 9, 11 и 16) слова «рабочее место» в соответствующих падеже и числе заменить на: «рабочее место (место для труда)» в соответствующих падеже и числе;

 

3) часть шестую статьи 209  исключить.

 

(См. пояснительную записку к настоящему законопроекту.)

 

Гречишников Л.В

30.03.17 г.

Тэги
Страны

Об авторе