Произвол

Кадыров открыл в Чечне памятник убийцам русских солдат. Рубрика «Дожили!»

Сентябрь 20
21:26 2013

Кадыров открыл в Чечне памятник убийцам русских солдат. Рубрика «Дожили!»


РБК сообщает:


Глава Чеченской Республики Рамзан Кадыров открыл памятник чеченским женщинам, которые во время Кавказской войны XIX века убивали русских солдат. Как отмечает пресс-служба главы правительства, торжественная церемония прошла в селе Хангиш-Юрт.


Как утверждают чеченские историки, подвиг был совершен в 1819г. После ожесточенного сражения русские войска взяли в плен большое количество людей, в том числе 46 девушек. При конвоировании через реку Терек в районе Хангиш-Юрта девушки стали хватать конвоиров и бросаться вместе с ними в бурную реку.


При этом местные ученые заявляют, что девушки мстили за жителей села Дади-Юрт, которое было сожжено войсками генерала Алексея Ермолова.


Р.Кадыров, учредивший в память об этом событии День чеченской женщины, рассказал, что в чеченском обществе женщины пользуются особым уважением. Кроме того, вспоминая о событиях 1819г. глава республики отметил, что из трагических событий нужно извлекать правильные уроки.



Франц Рубо, «Штурм аула Ахульго», резиденции Шамиля. 1839 год, спустя 20 лет после взятия Дади-Юрта — как видите, чеченцы правильных уроков не извлекли.


Напомним, что чуть раньше в Петербурге была открыта памятная плита в честь чеченских защитников Ленинграда, которых было аж 200 человек — на 100 меньше, чем защищавших Фермопилы спартанцев. Однако не удовлетворившись признанием подвига 200 чеченцев, в одиночку защитивших столицу двух революций и остановивших гигантскую армию Гитлера (что, Ленинград защищал кто-то еще кроме чеченцев? Ой, ладно вам сочинять!), Кадыров от общесоветского мифа о Великой Победе (чеченцев над Гитлером) перешел уже непосредственно к работе с мифами антирусскими.


К установке памятников убийцам русских солдат. Конечно, злая душа могла бы сказать, что такие памятники в Чечне уже есть — Кадырову старшему — но тут все-таки мы можем разглядеть культ отца, культ личности и прочую северокорейщину, тогда как женщины Дади-Юрта ничем, кроме убийств русских, не прославились.


Ну что ж, как говорил один усатый горец: «Если чеченцы хотят историческую войну — они ее получат!». Дади-Юрт — так Дади-Юрт! Обратимся к «Запискам» генерала Ермолова, где он описывает, за что именно был истреблен целый аул непокорных чеченских женщин (называя его, правда, Дадан-Юртом):


Желая наказать чеченцев, беспрерывно производящих разбой, в особенности деревни, называемые Качкалыковскими жителями, коими отогнаны у нас лошади, предположил выгнать их с земель Аксаевских, которые занимали они, сначала по условию, сделанному с владельцами, а потом, усилившись, удерживали против их воли. При атаке сих деревень, лежащих в твердых и лесистых местах, знал я, что потеря наша должна быть чувствительною, если жители оных не удалят прежде жен своих, детей и имущество, которых защищают они всегда отчаянно, и что понудить их к удалению жен может один только пример ужаса.


В сем намерении приказал я Войска Донского генерал-майору Сысоеву с небольшим отрядом войск, присоединив всех казаков, которых по скорости собрать было возможно, окружить селение Дадан-юрт, лежащее на Тереке, предложить жителям оставить оное, и буде станут противиться, наказать оружием, никому не давая пощады. Чеченцы не послушали предложения, защищались с ожесточением. Двор каждый почти окружен был высоким забором, и надлежало каждый штурмовать. Многие из жителей, когда врывались солдаты в дома, умерщвляли жен своих в глазах их, дабы во власть их не доставались. Многие из женщин бросались на солдат с кинжалами.


Большую часть дня продолжалось сражение самое упорное, и ни в одном доселе случае не имели мы столько значительной потери, ибо кроме офицеров простиралась оная убитыми и ранеными до двухсот человек. Со стороны неприятеля все, бывшие с оружием, истреблены, и число оных не менее могло быть четырехсот человек. Женщин и детей взято в плен до ста сорока, которых солдаты из сожаления пощадили как уже оставшихся без всякой защиты и просивших помилования (но гораздо большее число вырезано было или в домах погибло от действия артиллерии и пожара). Солдатам досталась добыча довольно богатая, ибо жители селения были главнейшие из разбойников, и без их участия, как ближайших к линии, почти ни одно воровство и грабеж не происходили; большая же часть имущества погибла в пламени. Селение состояло из 200 домов; 14 сентября разорено до основания.


А вот что пишет Джон Баделли в «Завоевании Кавказа русскими» (на случай, если вы не верите Ермолову): «Жители аула в основном промышляли разбоем, но столь умело заметали следы своих грязных дел, что очень редко удавалось доказать их вину».


Иначе говоря, Ермолов решил прекратить грабежи и разбои, взяв главный вертеп разбойников, Дади-Юрт. Подошли войска, предложили чеченцам сдаться. Чеченские разбойники сидели на горах награбленного, guilty as charged, и потому решили защищаться до последнего, в процессе начав резать своих женщин и детей. Недорезанные женщины, понимая, что жизнь кончилась, накрыли русские воровскую малину, стали кидаться на русских солдат с ножами (скорее всего, безрезультатно — ближнему штыковому бою наших солдат учили на отлично). Никаких «бросающихся в реку девушек» (звучащих не как исторический факт, а как часть кавказского тоста) не было, это типичное горное хвастовство, историки ни о чем подобном не упоминают. Наконец, главный урок из этой истории — «Мудила, не воруй у русских!» — чеченцы не вынесли, и теперь Кадыров открывает памятник сожженной воровской малине.


Излишне говорить, что в России — даже самой толерантной — никаких памятников убийцам русских солдат стоять не может в принципе. Но Чечня давно уже не Россия, мы это знаем, вы это знаете, даже в Кремле это отлично знают, но боятся сказать вслух, потому что отделение горной Африки порушит всю концепцию «стабильности», базирующейся на имидже Путина-усмирителя горных зулусов.


В Африке зулусы тоже ставят памятники героям «антиколониальной борьбы» с проклятыми белыми, но после отделения от европейских метрополий. Уникальность нашей чеченской ситуации в том, что по всем параметрам Чечня — независимая постколониальная исламская ближневосточная страна, которая, тем не менее, до сих пор входит в состав Федерации и живет припеваючи на наши дотации, льготы и инвестиции, растрачивая их на памятники убийцам наших солдат, рассказывая про некультурную Европу и в целом издеваясь над культурным русским европейским населением, саботируя строительство национального государства и развитие национальной демократии.


Это нетерпимо.


Русское правительство должно отделить от Чечни равнинную часть, выселив с нее чеченцев (это абсолютно наши земли, которые в силу их равнинного характера легко контролировать, проблемы с боевиками всегда были собственно в горах), предоставив сомалийскую независимость горной части, которую чеченцы смогут заставить какими угодно памятниками хоть до самого потолка.