Горячие точки

Итоги двухлетнего противостояния в Сирии. Ситуация патовая

Март 16
02:55 2013

Итоги двухлетнего противостояния в Сирии. Ситуация патовая


Два года в Сирии продолжается противостояние между властями и «вооруженной оппозицией», поддерживаемой рядом европейских государств и США. По данным ООН, за это время в стране погибли около 70 тысяч человек. Гражданская война, возможно, скоро получит новый и совсем не мирный импульс – американцы планируют потратить еще 54 миллиона долларов (к уже 500  потраченным  миллионам) на «помощь» для сирийской оппозиции. Франция и Великобритания заявили о том, что могут самостоятельно принять решение о поставках оружия сирийским боевикам.


Владимир Сотников, ведущий научный сотрудник Центра изучения Ближнего и Среднего Востока Института Востоковедения РАН, в беседе с «Однако» заявил, что самая разумная позиция по ситуации в Сирии — у Москвы:


— Исполняется 2 года с того момента, как в Сирии начались беспорядки, которые выражались в выступлениях против Башара Асада. Потом эти беспорядки переросли в полноценную гражданскую войну. Какие результаты этой гражданской войны мы можем наблюдать?


Я считаю, что сейчас эта война находится в тупиковом состоянии. За последние полгода предпринимались многочисленные мирные инициативы по Сирии, достаточно вспомнить Женевскую конференцию. Москва настаивала и настаивает на том, чтобы те решения, которые там были приняты, выполнялись. Но пока в полной мере мы этого не видим. Можно вспомнить о миссии Брахими, который был вновь назначен посланником ООН по урегулированию конфликта. Результаты его деятельности оставляют желать лучшего. Проходили встречи типа конференции «друзей Сирии», в которой, насколько я помню, Россия не участвовала, потому что позиция так называемых друзей Сирии расходится с тем, что предлагает Москва. А предлагает она, прежде всего, прекратить насилие.


Ситуация в Сирии действительно тупиковая, потому что ни оппозиционерам, ни правительственным войскам не удаётся одержать верх. Возникает естественный вопрос – почему так происходит? Однозначного ответа нет, но мне кажется, что эта патовая ситуация объясняется тем, что ни у одной из сторон нет каких-то чётких ориентиров. Получается так, что многие оппозиционные силы были готовы к тому, чтобы вести переговоры с представителями режима Асада, и представители Асада выражают такую готовность, а потом эта готовность куда-то исчезает.


Я хотел бы сослаться на недавнюю встречу министра иностранных дел России Сергея Лаврова с новым госсекретарём США. Речь шла о прекращении насилия в Сирии – это первое условие. Если насилие прекратится, то обе стороны можно будет посадить за стол переговоров. И сейчас ситуация подошла к тому, чтобы создать правительство национального единства, как бы это фантастически не звучало. А когда подобные предложения озвучиваются Москвой и некоторыми трезвомыслящими специалистами, а от официальных сирийских властей поступают предложения о том, что теоретически Башар Асад может ещё остаться у власти на 7 или 8 лет, то возникают несогласованности. Чтобы велись полноценные переговоры о преодолении этой патовой ситуации, нужно чтобы у обеих сторон возникало доверие. А его нет.


Хочу ещё отметить два момента. Почему речь идёт в первую очередь о прекращении насилия? Потому что страдают мирные жители, о чём постоянно говорит и Москва. И второй очень важный момент, на который обращает внимание опять-таки Москва, это то, что среди сирийской оппозиции всё большую и активную роль играют радикальные исламисты. К слову, некоторые наши западные партнёры с этим не согласны, и считают, что это преувеличение.


Если учитывать эти моменты, если насилие в отношении мирных граждан будет прекращено с обеих стороны, если будет доверие, если будет полное понимание всех заинтересованных сторон (и западных партнёров России, и близлежащих к Сирии арабских стран), что радикальный исламизм – это очень серьёзная опасность, тогда можно говорить о каких-то подвижках.


Если ситуация действительно перейдёт из патовой в какую-то решительную стадию, то может получиться так, что всеми плодами разрешения ситуации в ту или иную стороны воспользуются радикальные исламисты. И мы тогда будет иметь вторую Ливию, в более мягкой форме – второй Египет, ну а худшие варианты развития событий даже не хочется упоминать.


Пока, откровенно говоря, я этого не вижу и думаю, что такая ситуация будет продолжаться неопределённое время. Если, конечно, некоторые заинтересованные участники, некоторые западные партнёры России, или те же арабские соседи-страны Залива, не предпримут широкую финансовую помощь, не вооружат оппозицию, чтобы она взяла верх над правительством.


Хочу отметить, что, несмотря на сообщения, что правительственные войска то там, то здесь терпят поражения, общая ситуация не складывается в сторону оппозиции. Но она не складывается и в пользу правительства.


Проблема еще и в том, что некоторые западные партнёры России сначала соглашаются с нашими доводами, а потом начинают принимать решения о финансировании оппозиции, о поставках если не оружия, то каких-то материалов. Получается, что общий настрой направлен именно на смену режима, но режим-то не сменяется, что говорит о некой устойчивости Башара Асада. На данный момент трезвее всего оценивает ситуацию, несмотря на жёсткую критику в свой адрес, как раз Российская Федерация.