Закон и беззаконие

Гусь-Криминальный

Декабрь 10
14:08 2010

Гусь-Криминальный


Как о «второй Кущёвской» на прошлой неделе заговорили о некогда знаменитом городе «стекла и хрусталя» Гусь-Хрустальном. На днях туда отправились сыщики из Следственного комитета. То, что происходит там, поражает обыденностью творящегося зла. Здесь не было ни кровавой резни, ни 12 зверски убитых, есть 50-тысячный город, который год живущий в страхе перед бандитами: с лета 2010-го в городе сожгли уже 30 торговых точек и домов. Что там происходит — на месте выяснял The New Times.


Темное драповое пальто, шляпа, усталые глаза: «Почему это случилось именно с моим сыном?» Елена Алексеевна боится идти в прокуратуру и в ГУВД рассказывать о том, что ее сына убили. «Сначала собиралась, а потом подумала, что снохе и внукам будет хуже», — говорит она The New Times. У сына неизвестные отняли мобильный телефон и жестоко избили мартовским вечером 2010 года. Его увезла скорая — и ночью он скончался в больнице. В справке о смерти написали: «Отравление суррогатом». Но через некоторое время участковый показал справку о вскрытии: у парня обнаружили отек головного мозга и повреждения внутренних органов. В милиции предложили отказаться от возбуждения уголовного дела: ведь все равно прямых свидетелей избиения нет и виновных не найдут. Отказались. «Нет у нас сил воевать», — говорит Елена Алексеевна.


Этот обычный случай для одного из неблагополучных районов Гусь-Хрустального, так называемого «жилучастка». «Здесь живут бандиты, местные жители на улицу вечером не выходят, да и мы объезжаем этот квартал стороной», — рассказал The New Times местный таксист.


В последние годы Гусь-Хрустальный уверенно делит второе-третье места по уровню зарегистрированных тяжких преступлений во Владимирской области с Александровом, знаменитым «101-м километром», куда десятилетиями из Москвы высылали и рецидивистов, и обычных уголовников.


Бывшее Золотое кольцо


Гусь — город некрасивый, недобрый. Полуразрушенные здания бывшего Хрустального завода, выбитые стекла, как после бомбежки, останки выселенных двух-трехэтажных домов в центре города, множество аляповатых вывесок мелких магазинчиков. Ночью фонари в городе не горят.


Главная местная достопримечательность — огромный оптовый хрустальный рынок. Сюда со всей России, СНГ и Европы везут хрусталь и стекло. Местные криминальные группировки, которые с начала 90-х вели борьбу за обладание Хрустальным заводом, теперь делят между собой весь гусевский бизнес и оптовый рынок стекла, годовой оборот которого оценивается в несколько миллиардов рублей. Сам завод был расчленен на несколько предприятий, его имущество разграблено, и в результате в городе возникло множество полулегальных кустарных производств хрусталя. До начала развала предприятия на нем работало более 5 тыс. человек, сейчас — около 200. Остальные ушли в «теневой бизнес»: по словам мэра Гришкина, 70% местных предпринимателей работают нелегально. И торговцы, и кустари платят дань бандитам. И разумеется — милиции.


Долгое время местные жители молча терпели бандитский беспредел, боялись и терпели — как во многих других городах, где милиция не только не может защитить от криминала, но и сама воспринимается как его часть. Но в последнее время нарыв прорвался.


Пробиться к Путину


Все началось с истории двух немолодых женщин, которые в октябре прошлого года смогли докричаться до премьера Путина — он встречался с жителями области во Владимире. Одна из них — Татьяна Демидова. 23 августа 2008 года в ДТП погиб ее внук — 17-летний Максим Староверов. Вместе с другом Никитой они ехали на мотоцикле, который сбила машина «хонда». 6 февраля 2010 года был вынесен приговор: виновной в ДТП признали Анастасию Доронину. Ее приговорили к 4 годам колонии-поселения. Демидова с приговором суда не согласна. «Я уверена, что за рулем сидел Виктор Доронин, директор конно-спортивного клуба. Его в городе хорошо знают, говорят, он торговец наркотиками. Есть свидетели, которые видели, что за рулем был именно он. А жена Доронина взяла вину на себя, и было понятно, что ей дадут небольшой срок: у нее двое малолетних детей. Теперь она вообще просит об отсрочке наказания».


«Нас чудом пропустили: желающих пробиться к Путину было очень много. Лариса Рыбакова (у нее сын скончался после жестокого избиения на улице) кричала: «Пустите, у нас убили детей!» Я рассказала премьеру о том, что следствие по делу о ДТП ведется предвзято, назвала все фамилии, — вспоминает Демидова. — Он обещал дать задание генпрокурору Чайке и Бастрыкину, чтобы они взяли на контроль расследование, наказали виновных в сокрытии преступления». Ларисе Рыбаковой, которая жаловалась на следователей, Путин тоже пообещал поддержку: «Убийцы ваших детей будут наказаны».


В Гусь-Хрустальный вскоре прибыла комиссия из Генпрокуратуры и СК, а после ее визита следователь Ленинской прокуратуры города Владимира Андрей Романенко попытался доказать виновность Доронина и привлечь к ответственности начальника «убойного отдела» Бориса Аванесяна и его заместителя Александра Федорова. Но Романенко неожиданно отозвали в Москву…


«Когда мы встречались с Путиным, то говорили ему, что о беспределе следствия безрезультатно писали Чайке и Бастрыкину, — вспоминает Лариса Рыбакова. — Премьер тогда сказал: «До встречи со мной все было формально, теперь будет по-настоящему».


«Но Путин не выполнил своих обещаний, — говорит Татьяна Демидова. — Виновный в гибели моего внука на свободе. А милиционеры, которые его прикрывали, получили лишь выговоры».


Ларисе Рыбаковой «повезло» больше. После вмешательства премьера гусевских следователей от расследования отстранили, а виновного в гибели ее сына осудили на 6 лет.


Кущёвский синдром?


Шум, который поднялся в начале ноября после убийства 12 человек в станице Кущёвская, обнадежил жителей Гусь-Хрустального: они решили, что уж теперь-то руководители страны услышат их всех.


13 ноября межрайонный прокурор города Владимир Орлов, упреждая коллективные жалобы, сам послал в область представление об ухудшении криминогенной ситуации в Гусь-Хрустальном. А через несколько дней письмо Путину и Медведеву составили и гусевские бизнесмены. «Город, расположенный в Центральной части России, подвергается настоящему террору со стороны криминальных структур, — писали коммерсанты. — Все преступления совершаются против лиц, занимающихся предпринимательской деятельностью или просто не желающих сотрудничать с криминалом. Владимир Владимирович! Помогите нам!» Под письмом около 50 подписей. По крайней мере, трое из подписавших — члены «Единой России», которые собираются выставлять свои кандидатуры на выборах в городское собрание в марте 2011 года.


«Да, в последние месяцы мы отмечаем рост разбойных нападений и грабежей. С лета 2010 года было совершено около 30 поджогов торговых точек и домов, — комментирует ситуацию The New Times межрайонный прокурор города Гусь-Хрустальный Владимир Орлов. — Мы предполагаем, что определенные криминальные группировки активизировали свои действия. Эти преступления не раскрыты: часть из них, может быть, и связана с предстоящими выборами, а часть, может, с тем, что у бизнесменов вымогали деньги, а они отказывались платить». Орлов говорит, что раскрыть эти преступления сложно: жители Гусь-Хрустального неохотно идут в милицию и неохотно рассказывают о случаях рэкета.


Источники The New Times в правоохранительных органах Владимирской области называют несколько версий обострения криминальной ситуации в Гусь-Хрустальном: передел сфер влияния на теневом рынке между ОПГ и возвращение из колоний криминальных авторитетов.


Единоросс под судом


«О том, что криминал проник в правоохранительные органы и во власть, я пишу уже давно, — говорит The New Times депутат Законодательного собрания Владимирской области Виктор Шохрин. — На мартовских выборах мэра города я проиграл нынешнему главе города члену «Единой России» Юрию Гришкину 329 голосов. Но ему присудили победу, потому что за него открыто агитировали глава области Николай Виноградов, депутат Госдумы Михаил Бабич и представители криминальных структур, которые сидят в городском Совете народных депутатов. У нас в городе криминал не только претендует на нишу в местных органах власти, но и на власть в городе».


Власть в городе, как и по всей России, принадлежит единороссам. Пока только один единоросс из гусевского горсовета находится под судом: депутата Андрея Кашина обвиняют в хищении имущества ОАО «ВОТЭК»,  Кашин являлся директором ВОТЭК — Водопроводно-канализационное предприятие. В результате которого муниципалитету был нанесен ущерб на 488 501 рубль. Летом это дело было прекращено Гусь-Хрустальным городским судом, поскольку на защиту Кашина встал мэр Гришкин, заявляя, что бывший директор возместил ущерб, причиненный муниципалитету. Но в начале ноября областной суд это решение отменил и направил дело на новое рассмотрение.


Отметим, Кашин в городе человек известный. 23 сентября 2010 года он выиграл в городском суде иск о защите чести и достоинства как раз у Шохрина. На пресс-конференции 18 марта 2010 года тот назвал Кашина «известным авторитетом, фактически управляющим криминалом в городе». Суд признал эти сведения несоответствующими действительности. В неофициальных беседах представители прокуратуры и милиции признались The New Times, что у них все-таки «есть вопросы к Кашину».


Не могу молчать


Обращения прокурора Орлова и гусевских бизнесменов не прошли незамеченными: 18 ноября от своих должностей были временно отстранены начальник Гусь-Хрустального ГУВД Николай Гарькин и его заместитель. На место начальника УВД назначен начальник управления УгРо по Владимирской области Сергей Мосалев. Но бизнесмен-единоросс Валерий Сибиряков, один из подписавших «письма отчаяния» Путину и Медведеву, считает это полумерой: «Криминал связан с милицией, снимать надо не только начальника УВД, но и всех начальников отделов милиции, — утверждает Сибиряков. — Жить в нашем городе страшно. После того, что случилось с моей семьей, я кладу около кровати ружье. Мы ставим дом на сигнализацию. На ночь спускаю во двор собаку».


15 июля, когда Валерий был в командировке, в его дом через окно проникли трое неизвестных в масках. Они избили жену Сибирякова Надежду, связали сына. Надежда отдала все деньги, которые были в доме, бандиты взломали сейф и унесли золотые украшения.


«У жены был сломан позвоночник, врачи говорили, что она чудом не осталась инвалидом. Было возбуждено уголовное дело. Я в милиции сказал, кого я подозреваю. Ко мне еще раньше подъезжали бандиты с предложением «крыши», но я отказался. Это дело рук организованной банды, которая наверняка связана с милицией. Ведь тех людей, на которых я указал, следователи даже не задержали». Сибиряков не верит, что областная милиция сможет кардинально изменить ситуацию в городе.


В Гусь-Хрустальном многие солидарны с ним и подозревают, что областное милицейское начальство поспешило в город с проверкой, опасаясь, что после письма бизнесменов приедут комиссии из Москвы и «накопают чего-нибудь лишнего». Местные не хотят, чтобы начальником УВД назначили кого-то из тех, кого в городе боятся не меньше, чем бандитов. В Гусе опасаются: проверяющие уедут, а они останутся со всем этим кошмаром один на один.