Политика

Это не «начало Второй холодной войны». Это конец Первой. К итогам G20

Сентябрь 09
01:28 2013

Это не «начало Второй холодной войны». Это конец Первой. К итогам G20


…Когда зарубежные и отечественные аналитики (например, наблюдая результаты G20) говорят о нынешнем состоянии миропорядка едва ли не как о начале «новой холодной войны» — они глубочайшим образом ошибаются. Невозможно начать что-то новое, пока не завершится что-то подобное старое. А «старая холодная война», война между «западным миром» и «советским блоком», наследником которого на сегодняшний день является Российская Федерация и частично её союзники по Таможенному союзу и ОДКБ, в общем-то, до сегодняшнего дня как-то и не завершалась.


По крайней мере, результаты её — совершенно точно не зафиксированы никакими легитимными правовыми соглашениями между сторонами конфликта, а это означает только одно: юридически их, этих результатов — нет.


И именно сейчас, в эпоху обострения региональных конфликтов и неожиданно ставшего каким-то необычайно, в плохом смысле этого слова, «пластичным» международного права — для нового, образующегося на наших глазах миропорядка необходимы и новые правила. Потому как даже самые плохие «законы» лучше самого хорошего «беззакония». Особенно хорошо это видно на примере конфликтов, подобных сирийскому, в который, в той или иной степени, но уже оказались замешаны несколько глобальных игроков, некоторые из которых (совершенно точно США, Франция, Израиль, Россия и Китай), на секундочку, являются «членами ядерного клуба».


Тут ведь проблема не только в том, что исчез Советский Союз.


Проблема в том, что вместе с Советским Союзом (и со старым, дореформенным коммунистическим Китаем) между «западным» и «советским» блоками исчезли в том числе и неустранимые идеологические противоречия. И ситуация теперь скорее напоминает ту, которая могла бы сложиться после Первой мировой войны, не случись в Российской империи октябрьской фазы революции (кстати, вот уверен, усилиями предшественников нынешних либералов во Временном правительстве Украину и Прибалтику мы тогда бы точно так же потеряли, как и сейчас: да Прибалтику и по факту потеряли, что только украшает картину некоей дополнительной конгруэнтностью).


А, следовательно, большого смысла «совместно дружить» против нас, по большому счёту, у очень нестабильного конгломерата под названием «западный мир», в общем-то, нет. Кроме, пожалуй, одной: американцы слишком привыкли к тому, что все богатства и ценности «западного мира», всеми совместными усилиями созданные, — концентрируются именно у них. И не просто концентрируются: американцы уже слишком давно привыкли относиться к этим «совместным богатствам» исключительно как к своим собственным. И именно этот житейский факт заставляет их прямо-таки изо всех своих сил «лепить глобального врага» из кого угодно: где возможно — из нас, где получается — из китайцев, где нужно — из своих недавних союзников исламистов.


Враг, знаете ли, — объединяет.


А без глобального объединения «западного мира» вокруг чего угодно — от атлантической зоны свободной торговли до общего врага или хотя бы противника — нынешним Соединённым Штатам Америки ну просто никак нельзя. А то, знаете ли, могут всякие нелепые фантазии возникнуть, типа недавних глупых попыток Германии и Франции получить из США обратно свой золотой запас. В том ключе, что пока был СССР — понятно, зачем он именно в Вашингтоне хранился. А сейчас-то он там на фига?!


…Вот.


Именно поэтому в первую очередь Соединённым Штатам и нужен хотя бы «холодный мир», раз не получается полноценная «холодная война». А она и не может получиться, потому как у США в современном мире на этом уровне просто нет адекватных соперников. На уровне «горячей фазы», на уровне потенциального глобального ядерного конфликта — есть, и не только, кстати, Россия (глобальная война с нами — это просто гарантированное взаимное самоубийство, чего никому не надо). Те же китайцы вполне могут довести ситуацию до уровня «неприемлемого ущерба».


А вот на уровне «холодной фазы» — нет.


Но и держать весь мир (и своих союзников, в первую очередь) в бесконечно подвешенном состоянии, разогревая ситуацию разного рода региональными историями, — тоже, в общем-то, невозможно. Потому как любые, даже самые преданные «союзники» рано или поздно начинают в подобного рода ситуации элементарно уставать: «ни мира, ни войны» может быть более-менее хорошо только в краткосрочной, а отнюдь не в долгосрочной исторической перспективе.


Поэтому — договариваться рано или поздно придётся: фиксировать новые (или старые) границы, зоны влияния, новые общие правила игры. Войны в случае отсутствия полной и безоговорочной капитуляции одной из сторон — заканчиваются только мирными переговорами. А момент, когда эта самая капитуляция, хотя бы чисто теоретически, могла случиться, то ли безнадёжно упущен «западным миром» в 90-е, то ли правы некоторые правые американские аналитики из «ястребов», и его и чисто теоретически не существовало. Это уже не важно: сейчас его уже в любом случае нет.


А, значит, придётся именно договариваться.


Возможно, где-то предварительно, как, допустим, мы в Грузии (а американцы много ещё где) и повоевав. Возможно (чего бы, наверное, любому нормальному человеку совершенно искренне хотелось) — удастся обойтись и без этого.


Тут самое главное — это совершенно чётко понимать. Эти конфликты не есть начало «новой холодной войны», а элементарное окончание «старой». Которая обязательно закончится установлением «нового мирового порядка»: этим заканчиваются все глобальные войны. И от того, как мы себя в подобного рода конфликтах будем себя вести, во многом и будет зависеть то место, которое мы в этом «новом мировом порядке» и будем занимать.


Вот такие дела.