Экономика

Экономическая безопасность и государственный суверенитет

Февраль 09
09:19 2008

Катастрофа 90-х годов привела к колоссальному ослаблению не только политической и военной, но и экономической безопасности России. За первое десятилетие «реформ» из страны было вывезено материальных и финансовых ресурсов на сумму порядка триллиона долларов, а общие потери российской экономики, по оценке Е.Примакова, более чем в 2 раза превысили потери советского народного хозяйства за все годы второй мировой войны (см.: Примаков Е. По счетам удач и упущений // Экономика и жизнь. 2008. № 2. С. 4). Объём валового продукта снизился к концу 90-х гг. до 40% от уровня 1990 г., а в наиболее конкурентоспособных высокотехнологичных отраслях – в 8-10 раз. А что можно сказать о продовольственной безопасности страны, которая закупает за рубежом до 70% потребляемых её населением продуктов? Что и говорить: «агенты влияния» потрудились на славу, они с лихвой отработали свои «сребреники», превратив их в зарубежные банковские счета и в рублёвские особняки.


Восстановление реальной экономической безопасности России потребует многих лет напряжённого труда и значительных военно-политических усилий по укреплению государственного суверенитета. Проблемы безопасности и суверенитета связаны неразрывно. Не способная обеспечить свою военно-политическую, экономическую и идеологическую безопасность страна по определению не может быть независимой; в то же время последовательность и твёрдость в защите государственного суверенитета создаёт такие предпосылки и условия развития, которые способствуют укреплению безопасности.

В научной и публицистической литературе вопросы сущности, критериев и показателей экономической безопасности обсуждаются весьма активно; получили известность системы показателей, разработанных экспертами СБ РФ, С.Ю.Глазьевым, В.К.Сенчаговым и другими авторами (см., напр.: Рябова Т.Ф., Колпакова Т.В. Критерии и индикаторы обеспечения экономической безопасности // Экономка, статистика и информатика. 2007. № 2. С. 36-38). Как правило, исходным критерием этих систем выступают абсолютные и относительные показатели объёма и динамики валового продукта – его общей величины и величины в расчёте на душу населения, места страны по этим показателям в мировом рейтинге.

По абсолютным показателям валового продукта Россия в настоящее время приблизилась к объёмам рубежа 80-90-х гг. прошлого века, что позволило ей войти в десятку крупнейших экономик мира – достижение, при оценке которого нельзя не вспомнить о втором месте СССР в мировом рейтинге крупнейших экономических держав и о том, что за истекшее с той поры время группировка высокоразвитых стран нарастила свой экономический потенциал на 60%, развивающиеся страны – ещё значительнее, а Китай – в несколько раз. По показателям же относительной величины валового продукта в расчёте на душу населения Россия находится в середине второго десятка, а по интегральным показателям индекса развития человеческого капитала сместилась в седьмой десяток стран мира. К числу ключевых абсолютных показателей экономической мощи относится и величина трудовых ресурсов страны; демографическая катастрофа последних десятилетий повлияла на существенное ухудшение этого показателя; попытки же его улучшения посредством внешней трудовой миграции чреваты подрывом экономической, а в перспективе — и социально-политической безопасности государства.

Важнейшее значение при оценке экономической безопасности имеют и индикаторы эффективности и конкурентоспособности производства, особенно соотносительно с мировыми показателями. В наше время никакая, даже самая крупная и самодостаточная по ресурсообеспеченности экономическая система не может эффективно развиваться без интеграции в мировое хозяйство; изоляционизм неизбежно ведёт к отставанию в важнейших наукоёмких отраслях, а тем самым – и к снижению экономической безопасности. По ключевым показателям эффективности – производительности труда, ресурсо- и капиталоотдаче – за годы «либерализации» произошло ухудшение в полтора-два раза. Возрастание доли отраслей низких степеней переработки в валовом продукте и экспорте усилило колониально-сырьевой характер экономики и повысило степень её зависимости от более развитых стран. Да и о какой, собственно, экономической безопасности можно вести речь, сидя на нефтегазовой «игле» и обеспечивая внутренний рынок готовой продукции за счёт импорта? Ключевое значение при оценке состояния экономической безопасности страны имеет выявление того уровня, «этажа» мировой экономики, на который встраивается национально-государственная экономическая система. Если на мировом «хай-тек» рынке доля США составляет 36%, Германии – 16%, Китая – 6%, то доля России – не более 0,6%. Эти цифры наглядно демонстрируют зависимость нашей страны от государств, определяющих сегодня направления научно-технического прогресса. В этом же контексте следует оценивать и такие показатели, как доля инновационных предприятий в их общем числе и доля инновационной продукции в её общем выпуске.

Далеки от пороговых показателей безопасности и стабильности и социальные индикаторы. По важнейшим из них – доля населения с доходами ниже прожиточного минимума, отношение среднедушевого дохода на члена семьи к прожиточному минимуму, децильный коэффициент (отношение доходов 10% самых состоятельных жителей страны к доходам 10% наименее обеспеченных) – даже официальные данные демонстрируют уровни, признаваемые во всём мире как крайне опасные для социальной стабильности. Так, по официальной оценке, децильный коэффициент в России составляет 14:1, в то время как социально опасным считается превышение соотношения 10:1; в США оно составляет ныне примерно 8:1, в крупных западноевропейских странах – 5-6:1, в странах «функционального социализма» (Скандинавия, Швейцария, Австрия) и в Китае – 3-4:1. Между тем, по оценкам учёных РАН, децильный коэффициент в России в действительности составляет ныне порядка 40-45:1, а по мнению экономистов из лагеря оппозиции – не менее 50:1 (см., напр.: Экономика и жизнь. 2008. № 1, С. 1-2).

Не способствуют социальной стабильности, устойчивому развитию реального сектора экономики и предпринимательской активности и высокие показатели инфляции: в 2007 году по набору товаров потребительской корзины они были едва ли ниже 30-35%, что существенно превышает обещанный правительством максимум и все широко рекламируемые надбавки к зарплатам и пенсиям. Пороговыми показателями экономической безопасности по инфляции С.Ю.Глазьев и В.К.Сенчагов считают 20-25% инфляционного роста цен за год, и вряд ли можно сомневаться, что в прошлом году этот порог превышен.

Относительно благополучно выглядят по пороговым критериям такие показатели экономической безопасности, как уровень безработицы, объёмы и отношение к валовому продукту внешнего и внутреннего государственного долга, доля расходов на обслуживание и погашение государственного долга в расходах государственного бюджета и дефицит госбюджета. Более того, по последнему показателю знак «обратный», то есть имеет место профицит бюджета, однако анализ его использования неизбежно приводит к вопросу о том, в какой степени способствует экономической безопасности страны и укреплению её суверенитета финансово-денежная политика правительства.

Справедливая критика этой политики уже «навязла в зубах», но беда в том, что «воз и ныне там». Команда Кудрина, подмявшего под себя теперь не только финансы, но и МЭРТ, прямо-таки с маниакальным упорством продолжает размещать средства золотовалютных резервов, стабилизационного фонда, профицитные ресурсы госбюджета за пределами России, в иностранных финансовых институтах. Достигшие рубежа в полтриллиона долларов золотовалютные резервы вывели Россию по этому показателю на третье место в мире, но при этом они, по оценке Е.Примакова, в пять раз превышают целесообразный максимум, — притом, что наша страна по уровню жизни населения отстаёт, по крайней мере, от семи десятков других стран мира.

Не решаются и другие насущные вопросы, крайне важные с точки зрения политической и экономической безопасности, – структурная перестройка экономики, развитие новейших отраслей, обеспечение армии необходимым вооружением и разработка новых вооружений, реализация космических проектов и многое другое. Показателен в этом отношении ответ, который дал первый вице-премьер Д.Медведев российским рыбакам, сетовавшим на отсутствие защиты от произвола норвежских пиратов, – наши военные корабли не смогли защитить рыбаков, потому что кораблей этих «просто нет». А ведь при продолжении прежней — «кудринской» — финансовой политики ни этих, ни каких-либо других военных или гражданских, морских или космических кораблей у России не будет.

Один из Ротшильдов как-то сказал, что управление финансами страны означает возможность полного господства над этой страной. Россия в настоящее время является страной с внешнеуправляемой финансовой системой (см., напр.: Рогова О. Денежно-кредитная система: издержки внешней зависимости // Экономист. 2007. № 11. С. 35-44). Внешнее управление осуществляется различными методами и посредством разных инструментов. Некоторые аспекты этой зависимости в гораздо большей степени определяются политикой правящих кругов, нежели объективными факторами. К числу именно таких аспектов относятся принципы и механизмы размещения и использования средств золотовалютных резервов, стабилизационного фонда (или его нынешних «наследников»), условия функционирования в стране иностранной валюты. Определение минимально необходимых и максимально целесообразных значений финансовых резервов, их размещение на условиях, обеспечивающих полноту экономического суверенитета и направление средств, превышающих целесообразный максимум — на решение актуальных задач экономического и социального развития – фундаментальные условия экономической безопасности. Россия сегодня, можно сказать, висит на финансовых «крючках», за которые нынешние ротшильды могут дёргать, когда и как им заблагорассудится. Последний тому пример – продолжающееся глумление над Россией со стороны фирмы «Нога», воротил, скупивших её активы, «независимого» французского суда, наложивших в очередной раз лапы на средства российских предприятий и учреждений, в том числе Банка России, и объявивших о намерении ареста средств Стабилизационного фонда.

Угроза такого ареста постоянно воспроизводится также вследствие бесконечных решений Европейского суда по правам человека, обязывающих российское правительство осуществлять выплаты «экономическим жертвам» военных действий в горячих точках. Суммы выплат в каждом случае очень часто исчисляются сотнями тысяч евро, причём в последнее время претензии к российскому правительству приобретают всё более издевательский характер – так, одна из «жертв» потребовала компенсации за ущерб, нанесённый бизнесу. Ущерб, возможно, действительно был нанесён, но почему претензии предъявлены российскому государству, а не террористам, не их финансовым спонсорам или политическим покровителям в других странах, не тому же, например, правительству Великобритании, самым вызывающим образом в течение многих лет укрывающему на своей территории всякого рода бандитов, предателей и иных врагов России?

Такие риторические вопросы заставляют вновь обратиться к отнюдь не риторической проблеме: нужно ли сохранять российское членство в явно антироссийских организациях? Министр иностранных дел РФ С.Лавров совершенно справедливо обратил внимание на отсутствие логики в том, что «Россию воспринимают как неотъемлемую часть Европы только в правочеловеческом измерении, отказывая нам в этом в военно-политических и экономических делах» (Лавров С. Внешняя политика России: новый этап // Эксперт. 2007. № 47. С. 76.). В этих условиях логичнее было бы следовать примеру Китая и проводить политику жёсткого отпора террористам и сепаратистам вместо заигрывания с ними, выплаты «дани» в форме субсидий из федерального бюджета, бесконечных привилегий и уступок, а то и откровенных капитуляций, многократно повторявшихся в течение последних двух десятилетий. Ведь фактов безнаказанных бесчинств этно-криминальных группировок в любой точке России, начиная с Москвы, предостаточно.

Таким образом, проблема механизмов размещения и использования золотовалютных резервов – отнюдь не только технический финансовый вопрос. Это ключевая проблема экономической безопасности и политического суверенитета страны. Не менее важно и преодоление сохраняющейся долларизации российской экономики. Обеспечение экономической безопасности настоятельно требует прекращения бесконтрольного хождения иностранной валюты на внутреннем рынке. Право на валютные операции должно предоставляться только при совершении внешнеэкономических сделок, с обязательным выявлением источников и легальности приобретения валюты физическими и юридическими лицами. В противном случае будет постоянно воспроизводиться нынешняя ситуация, когда Россия частично сама финансирует террористическую войну против себя (через цепочку посредствующих финансовых звеньев и операций террористы получают из российского бюджета, по минимальным оценкам, не менее 7 млрд. долл. ежегодно) и когда из года в год идет беспрепятственный нелегальный вывоз из страны десятков миллиардов долларов, в том числе в 2007 году — еще 25 млрд. долларов (см.: Newsru.com.25.01.2008). Именно в самых болезненных точках социальных противостояний взаимообусловленность экономической безопасности и государственного суверенитета проявляется наиболее рельефно.


Фонд стратегической культуры

0 Комментариев

Нет комментариев

На данный момент нет комментариев , вы хотите добавить?

Написать комментарий

Только зарегистрированые пользователи могут комментировать.