Духовная жизнь

Актуальные уроки Антония Печерского

Июль 26
09:27 2012

Актуальные уроки Антония Печерского


 Он прожил на свете девяносто лет.Он пережил несколько княжеских правлений, чудовищных раздоров, войн.
 Его жизнь была наполнена странствиями и затворничеством, молитвой.
 Он научил Русь молиться. В его Житии можно ясно увидеть несколько актуальных уроков.
 23 (10) июля — день памяти преподобного Антония Печерского, Киевского, начальника всех русских монахов.


 Преподобный Антоний жил тысячу лет назад (983 — 1073), и теперь порой кажется, что «это было так давно, что уже почти и не правда». Но сказал Экклезиаст: «Что было, то и будет, и что творилось, то творится, И нет ничего нового под солнцем». Вот именно поэтому опыт жизни каждого человека, тем более человека выдающегося, святого — актуален во все времена, надо бы лишь видеть ту актуальность. Под солнцем, возможно, действительно ничто не ново. Но преподобный жил в грандиознейшую эпоху бурного перетекания Руси из демонского язычества в спасительное для души христианство. Это был перелом тысячелетий, где мятущаяся молодая Русь отыскивала и отыскала свой идеал — святость.


1. Святой патриотизм


 Город Любеч (по Днепру от Киева километрах в 150-ти на север), где родился преподобный, известен истории тем, что в нём же родилась мать великого князя Владимира Святославовича, Крестителя Руси, Милуша. Известен и тем, что в 980 году князь Владимир в окрестностях того города разгромил дружину Ярополка, а в 1015-м, после смерти Владимира, у Любеча же, на берегу Днепра новгородский князь Ярослав Мудрый разбил своего сводного брата, киевского князя Святополка Окаянного…


 Мы не знаем, почему, когда и с кем (невозможно ведь в одиночку) Антоний отправился в свое первое странствие, в страну Греческую, христианскую, ту, что мы именуем Византией. И хорошо, что не знаем: на фоне минувшего тысячелетия такие подробности могли бы придать странствию частный, а то и случайный характер, отвлечь от сути. Из Царьграда-Константинополя он попадает на святую гору Афон. Святитель Димитрий Ростовский, составитель жития преподобного Антония, повествует: «Обходя её монастыри, он удивлялся жизни в них святых отцов, которые, будучи во плоти, возвышались над человеческой природой, подражая в подвигах бесплотным Ангелам. И сильнее прежнего возгорелась в сердце Антония любовь ко Христу. Желая уподобиться по жизни инокам, он пошел в одну из обителей Афона и умолял игумена возложить на него ангельский образ…» Сердечное его желание было исполнено, с годами он обрёл опыт духовный жизни, стал наставником другим монахам.


 Не может человек не думать о Родине своей, о родных, близких людях. Не мог Антоний не размышлять, что Русь хоть и крещена, но нравственно далека она от благодати Афона — второго удела Пресвятой Богородицы.


 Игумен благословил: «Антоний! Иди обратно в Русскую землю, пусть и там живущие через тебя преуспевают и утверждаются в вере христианской; да будет с тобою благословение Святой Горы!»


 Вернувшись, он обошёл киевские монастыри, но ни один ему не пришёлся по сердцу, всё было не так, как на Афоне, всё было не то. Он пробовал жить в пещере. А вокруг всё было молодо, разболтанно, а то и кроваво, словно б и креста ещё Русь не знала. Тогда же на Русской земле произошли чудовищные события. После смерти равноапостольного князя Владимира в 1015 году власть захватил безбожный Святополк, убив святых благоверных князей Бориса и Глеба.


 Антоний вновь удалился на Святую Гору.


 Но через годы вновь игумен, получив высшее откровение, благословил: «Антоний! По воле Божией иди опять в землю Русскую, и да будет с тобою благословение Святой Горы!»


 В Киеве Антоний уже не блуждал по монастырям, зная, что не найдёт того, что сердце ждёт. Он поселился в пещере, оставленной Иларионом, который эту пещеру выкопал «сажени в две» (под 4 м) и которую теперь уже покинул, став при новом князе митрополитом.


 Слух об афонском старце, поселившемся над Днепром, произвёл на Руси впечатление. Антоний жил в пещере и молился, этого было достаточно. Впрочем, в затворах он пребывал годами, его пламенная молитва длилась десятки и десятки лет.


 Вскоре вокруг его пещерки начали селиться монахи. Первыми были Никон и Феодосий, будущие игумены Печерского монастыря. Преподобный Никон был уже монахом, причём высокообразованным. По благословению Антония он постригал в монашество вновь приходящих. Так был пострижен и преподобный Феодосий, выходец из военной среды, из Курска, которому в Киевских монастырях не находилось места. Когда черноризцев стало дюжина, они под руководством Антония выкопали в горе подземный храм и кельи. Этот храм и эти пещеры (Дальние, Феодосиевые) сохранены и поныне. Сам же Антоний перешёл на новое место, на соседнюю гору, заросшее дремучим лесом, и выкопал там себе новую пещеру. И вновь вокруг него начали селиться подвижники благочестия. Так было положено начало новым пещерам, которые мы именуем Ближними, Антониевыми.


 Когда число братии удесятерилось, преподобный Феодосий, как говорится в Житии, «стал совещаться с братией об устройстве монастыря. Потом он отправился к преподобному Антонию и сказал ему: «Отче! Братия всё более и более возрастают в числе, — не поставить ли нам монастырь?» Преподобный Антоний обрадовался: «Благословен Бог, — воскликнул он, — за все! Молитва же Пресвятой Богородицы и отцов Святой Горы да будет с вами и да содействует вам».


 Князь Изяслав Ярославич с радостью отдал под будущий монастырь гору. Ему было лестно, но был он и христолюбив, точнее был он ищущим Христа. Когда Изяслав в первый раз занял Киевский престол, он с дружиной приходил к святому подвижнику, прося молитв и благословения.


 Через годы в Пещерском монастыре будет возведена и каменная Великая Успенская церковь, сам план и размеры которой, как и золото на её устройство, были чудесным образом даны Самой Богородицей.


 Вот святой патриотизм!


 Антоний высший идеал мироустройства привил своей Родине. Антоний вымолил, чтобы на его Родине появился Третий Удел Богородицы, чтобы его Родина стала именоваться Святой Русью, как именуется и Афонская гора — святой.


2. О вразумлении князей


 Среди христолюбцев, пришедших к Антонию, были блаженный Варлаам, сын очень влиятельного киевского боярина, и слуга княжеский евнух Ефрем. Они желали принять монашеский постриг. Антоний, видя основательность намерения, благословил Никона постричь их. Преподобный исходил из интересов духовной жизни, это было главным, но не жизни мирской. Боярин, отец Варлаама, пришёл в ярость, узнав о монашестве сына, он с дружиной налетел на пещеры, разогнал монахов, устроил погром. С сына своего он сорвал монашеские чёрные одежды. И князь Изяслав впал во гнев, узнав о монашестве своего любимого слуги и монашестве боярского сына. Антонию, Никону и всей братии власти грозили тюрьмой.


 Преподобный Антоний с братией покинул пещеры. Монахи ушли в соседнее Черниговское княжество.


 Подобное когда-то было у ляхов в Польше. За изгнанием черноризцев там последовала кара Божия. Княгиня, жена Изяслава, умолила мужа вернуть монахов.


 И ещё раз после очередной княжеской распри, бегства Изяслава, а затем нового восшествия на княжеский престол он разгневался на Антония. Изяслав поверил клеветническому доносу, «будто бы Антоний любил Всеслава (соперника Изяслава, отнявшего престол), давал ему советы, что он будто бы даже главный виновник всей смуты, происшедшей в Киеве». Клевета возымела действие. Антоний ушёл из Киевских пределов. Он поселился в Чернигове. Князь Черниговский Святослав высоко почитал Антония и был рад дать ему убежище.


 В Чернигове на Болдынской горе святой Антоний вырыл себе пещеру. Так и в Чернигове появились Антониевы пещеры, а затем и новый монастырь.


 Житие повествует: «Вскоре князь Изяслав, рассмотрев хорошенько и беспристрастно дело, убедился в незлобии святого и узнал козни искусителя. Сожалея о случившемся, он послал в пределы Черниговские к преподобному Антонию, умоляя его опять возвратиться в Киевскую область к своему богоизбранному стаду. Преподобный Антоний, кроткий и смиренный подвижник, склонился на эти просьбы: он возвратился к печерской братии, находившейся в смятении и забвении, как овцы без пастыря…»


 Урок, вроде бы и немудрёный, вероятно, в том, что поступал Антоний по совести и совесть же пробуждал правдой своей у власть имущих.
 
 При этом, когда спрашивали его совета и благословения, он не льстил, говорил прямо. Однажды три сына Ярослава Мудрого — князья Изяслав Киевский, Святослав Черниговский и Всеволод Переяславский — пришли к нему за благословением перед войной с половцами. Преподобному было открыто, и он ответил: «За ваши грехи вы будете побеждены варварами и обращены в бегство. Многие из ваших воинов утонут в реке, другие будут взяты в плен, а остальные падут от меча». Исход битвы на реке Альте с войском половецкого хана Шарукана был печален. Но вот что интересно, в том же 1068 году, поздней осенью, трёхтысячная дружина Святослава Черниговского разбила 12-тысячное войско Шарукана, а самого хана боголюбивый князь взял в плен.


3. Творчество


 Все, что связано с началом чудесного возведения Великой церкви, замкнуто на Антонии. Преподобный предсказал князю Шимону, который привёз на Русь, сам того не ведая, меру для строительства храма — золотой пояс с Распятия из земли варяжской, что он в битве на Альте «не только избегнет смерти, находясь уже среди трупов, но спустя много лет первым будет положен в каменной Печерской церкви».


 Вернувшись цел с кровавой битвы, Шимон рассказал Антонию, «что, действительно, лежал он раненный, среди убитых, но какая-то Божественная сила исхитила его из их среды и исцелила от ран, что и всех своих близких воинов нашел невредимыми» (из Скандинавии Шимон привёл на Русь дружину в три тысячи человек). О будущей церкви Шимон говорил: «Видел я дважды на воздусе подобие церкви, которая должна создаться и которая будет местом моего упокоения: при реке Альте, находясь среди убитых, и еще раньше на море, когда бежал в Русскую землю к князю Ярославу от дяди Якуна, изгнавшего меня из варяжского княжества». Он принёс с собой золотой пояс. Ему же было в чудесном видении объявлено соотношение длины-ширины-высоты этого будущего храма: 20-30-50. Но кто будет строить дивный храм? И где его строить?


 А в свой срок на юге, в Константинополе, как передаёт «Киево-Печерский патерик», Сама Богородица, призвав четырёх церковных мастеров во Влахернский собор (в котором хранились ризы Царицы Небесной), объявила им: «Хочу церковь построить Себе на Руси, в Киеве». Мастерам был явлен в небе образ церкви, которую им предстояло возвести, и сказано им загадочное: «Меру же Я послала — пояс Сына Моего». Какой пояс? Как послала? Ничего этого мастера не знали. В Киев они попали в 1073 году, спросили преподобных Антония и Феодосия: «Где вы хотите строить церковь?» В ответ услышали: «Где Господь укажет». И место действительно было открыто самым чудесным образом: на поле после молитв святых место трижды обозначалось чудесным образом — выпадавшей росой и небесным огнём. Пресвятая Богородица избрала Своим домом Киевскую лавру. Об этом знала вся Русь. «Великой Успенской церковью» храм назвали современники строительства Антония.


 Высшее творчество — понимание и исполнение высшего замысла.
 Преподобный Антоний в тот же год отошёл в вечность. Великий труд его молитвенной жизни был завершён.


 Святитель Димитрий Ростовский сравнивает преподобного Антония не только с Антонием Великим, учителем всех монахов, но и с ветхозаветным пророком Моисеем: как Моисей «принес Закон с горы Синайской», так «принес он закон для земли Русской с Афонской горы». И как «мощи Моисея, израильского законодателя, сокрыты от зрения, также сокровенны от взоров и мощи прп. Антония, российского законодателя».
 
 Преподобный Антоний назван в Житии светозарным солнцем Русской земли.                                                                        


  Здесь мы скажем, что современные политики и зодчие, восстанавливая в конце 1990-х Успенский собор, вопрос о придании ему первоначального вида, который был дан Самой Богородицей, не рассматривали. Храм восстановлен в том виде, какой он приобрёл после пожаров, перестроек, расширений и украшений «в стиле украинского барокко» в начале 18 века.


  В тропаре преподобному Антонию Печерскому, Киевскому, начальнику всех русских монахов мы слышим: «Отечество свое просветил еси, и множеству монашествующих стезю ведущую к Небесному Царствию показав, Христу сия привел еси. Егоже моли, Антоние преподобне, да спасет души наша».